neosee.ru

25.04.19
[1]
переходы:67

скачать файл
ВЕДЕНИЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ПЕРЕГОВОРОВ. ПРАКТИКУМ

ВЕДЕНИЕ МЕЖДУНАРОДНЫХ ПЕРЕГОВОРОВ. ПРАКТИКУМ.


ОГЛАВЛЕНИЕ

Предисловие





Часть первая

Теория и практика ведения международных переговоров


Раздел 1

Интересы


1.1

Интересы и позиция на переговорах. Искусство распознавания своих и чужих интересов


1.2

Варианты согласования интересов. Изобретение вариантов


Раздел 2

Сила позиции сторон на переговорах


Раздел 3

Общение и сбор информации


3.1

Вопросы


2.2

Ответы


Раздел 4

Стратегия и тактика на переговорах


4.1

Стратегия


4.2

Тактики переговорного процесса


4.3

Как защититься от психологического давления и использования нечестных уловок на переговорах? НАОС


Раздел 5

Подготовительный этап переговоров


5.1

Содержательные стороны подготовки переговоров


5.2

Организационные стороны подготовки переговоров


5.3

Формирование делегации


Раздел 6

Личностный стиль ведения переговоров


Раздел 7

Многосторонние переговоры


Часть вторая

Задания для самостоятельной работы


Раздел 1

Переговоры между противниками


Раздел 2

Переговоры между союзниками


Раздел 3

Переговоры в условиях имеющегося соглашения


Список рекомендуемой литературы






Введение.

Учебное пособие предназначено для студентов факультета международных отношений направлений «международные отношения» и «регионоведение». Пособие строится на основе программы курса «Методика ведения переговоров», входящего в учебную программу обоих направлений. Пособие состоит из трех разделов. В первом разделе приводятся темы занятий в рамках теоретической части курса и их краткое содержание. Во втором разделе представлены различные материалы для проведения практических занятий и имитационной игры. Третий раздел содержит подборку ситуаций, которые могут быть использованы как в качестве основы для проведения имитационной игры, так и как материал для анализа и обсуждения на практических занятиях и в теоретической части.

Курс «Методика ведения переговоров» рассчитан на один семестр и состоит из теоретической части (лекции) и практических занятий. В теоретической части дается теория ведения переговоров, на конкретных примерах разбираются основные виды переговоров, возникающие проблемы, а также происходит знакомство с методикой ведения переговоров, вариантами стратегии и тактики. В теоретической части кроме лекций для освоения материала используются активные методы обучения, студентам предлагается выполнять небольшие задания с последующим обсуждением, используются элементы имитационной игры.

Практические занятия проходят в два этапа. Первый этап состоит из семи занятий. Каждое занятие посвящено одной из проблем, касающихся ведения международных переговоров, работа ведется по группам. Для подготовки к каждому практическому занятию студент должен прочитать определенный объем материала, помещенный в пособии, на основе которого на занятии группа выполняет различные задания. В пособии имеется широкий спектр материалов и заданий, которые могут быть использованы как для работы в ходе практических занятий в группе так и для самостоятельной работы студента.

Во время второго этапа практических занятий организуется имитирующая многосторонние переговоры игра. В игре по общему сценарию участвуют все группы, каждая из которых представляет одну из сторон на переговорах. В ходе игры студенты получают возможность использовать на практике полученные знания и навыки.




Раздел 1.

Лекционная часть



Тема 1. Переговоры в международных отношениях.

Возможности использования международных переговоров. Переговоры в структуре внешнеполитических инструментов. Типы международных переговоров, цели преследуемые государствами во время переговоров. Функциональные особенности различных видов переговоров. Регулирование переговорной деятельности в международных отношениях.


Тема 2. Понятие переговорного процесса.

Основные понятия, терминология. Общая характеристика переговоров, суть переговорного процесса. Виды переговоров. Основные этапы переговорного процесса: подготовительный, основной, возможные варианты переговорного процесса после окончания основного этапа, проблема реализации достигнутых соглашений. Содержание основных этапов переговорного процесса.


Тема 3. Подготовительный этап переговоров.

Подготовка к переговорам: определение места, состава участников и повестки дня. Значение выбора процедуры, варианты процедур переговоров. Критерии определения процедуры переговоров. Прогнозирование развития переговорного процесса и выбор стратегии переговоров. Тактика ведения переговоров в зависимости от общей стратегии. Психологическая подготовка к переговорам. Документация на переговорах, ведение досье.


Тема 4. Переговорный процесс.

Интересы и позиция на переговорах. Искусство распознания своих и чужих интересов: вопросы, сбор и анализ информации. Варианты согласования интересов. Изобретение вариантов. Понятие торга. Методы ведения переговоров: позиционный торг и принципиальные переговоры. Распределительный и интегративный торг. Разновидности тактики ведения переговоров. Понятие поля переговоров. Понятие НАОС (BATNA).





Тема 5. Тактика ведения переговоров

Структура переговорного процесса. Понятие тактики ведения переговоров и тактического приема. Соотношение стратегии и тактики. Виды тактических приемов, правила их применения. Положительные и отрицательные стороны различных тактик. Проблема эффективности использования тактических приемов


Тема 6. Переговорный процесс: распределительный торг.

Особенности тактики распределительного торга. Тактики, уловки, силовое давление, как им противостоять. Виды давления и поощрения, требования и уступки. Правила применения и ограничения различных тактик. Комбинирование тактик. Психологические особенности распределительного торга.


Тема 7. Переговорный процесс: проблема силы.

Понятие силы в международных переговорах, характер силы позиций сторон. Слагаемые силы позиции сторон, основные переговорные ресурсы. Личность переговорщика как ресурс. Проблема асимметрии в силах позиций участников переговоров. Реструктуризация асимметрии, поиск ресурсов. Манипулирование представлениями о соотношении сил сторон. Значение информации и контроля над информацией для усиления позиции.


Тема 8. Психологические проблемы переговоров.

Понятие стиля переговоров, варианты переговорных стилей. Значение личности переговорщика. Культурные особенности переговоров. Национальные стили переговоров: примеры. Значение психологических особенностей. Человеческий фактор: эмоции, общение, восприятие. Феномены восприятия. Теория потребностей А.Маслоу. Игры, в которые играют люди. Как справляться с эмоциями (своими и партнера). Установление рабочих отношений.


Тема 9. Переговорный процесс: интегративные переговоры.

Особенности интегративных (принципиальных) переговоров. Тактики и приемы интегративных переговоров, поиск приемлемых альтернатив, расширение переговорного поля. Восприятие стонами друг друга и проблемы переговоров. Психологические особенности принципиальных переговоров и поиска компромисса. Проблема уступок. Пакетные соглашения за пределами переговорной проблемы.


Тема 10. Двусторонние и многосторонние переговоры.

Особенности и различия двусторонних и многосторонних переговоров. Многосторонние переговоры: проблема структуризации, формирования процедуры. Адаптация процедуры, переформулирование как тактика. Особенности ведения многосторонних переговоров в рамках международных организаций. Специфические тактики многосторонних переговоров, циркулярный торг. Коалиции на переговорах, принципы их формирования


Раздел 2.


Практические занятия, первая часть.

1. Интересы.


1.1.Интересы и позиция на переговорах. Искусство распознавания своих и чужих интересов.

Все, что говорится в ходе переговоров - есть отражение вашей (или чужой) позиции. Позиция - это не многостраничный опус, вручаемый переговорщику, это - то, что лежит на поверхности любого общения, даже когда вас просто спрашивают «Который час?».

Позиция - это средство, которое вы выбрали для достижения вашей цели. Например, нехитрая фраза «который час?» может быть способом завязать знакомство. Или привлечь внимание. Или намекнуть припозднившемуся гостю о том, что он засиделся. То есть одним и тем же средством можно добиваться разных целей. И наоборот, одну цель можно достигать самыми различными способами.

Позиция - решение о том, как вы можете достичь цели.

Ваша цель заключается в реализации интересов. Интерес - это то, чего вы хотите достичь. И если цель ваша остается неизменной в переговорах, то в выборе средств вы можете быть сколь угодно гибкими. Трудность заключается в том, что позиция, как правило, четко заявлена и конкретна, интересы же - непоследовательны и трудноуловимы. Поэтому одно из важнейших качеств переговорщика - умение видеть, что скрывается за той или иной позицией. И, пожалуй, самое главное - сознавать, в чем заключаются его собственные интересы, а также интересы тех, кого он представляет на переговорах.

Чтобы понимать, что стоит за позициями на переговорах, нужны хорошее знание психологии, умение собирать и анализировать информацию о людях и организациях. Интересы людей, как правило, проистекают из основных человеческих нужд (потребностей). Существует множество теорий потребностей, самая распространенная из которых - теория А.Маслоу. Согласно этой теории, основными являются следующие потребности:

  1. Потребности физиологические (в еде, питье, одежде, жилище);

  2. Потребности в уверенности и безопасности;

  3. Потребность в эмоциональной привязанности (любить и быть любимым, обладать и принадлежать);

  4. Потребность в уважении;

  5. Потребность в самореализации, возможность распоряжаться собственной жизнью;

  6. Потребность знать и понимать;

  7. Потребности эстетические.

Итак, потребности - это то, что определяет базовые интересы человека или группы людей. При определении интересов необходимо также учитывать и потребности «избирателей» (т.е. тех, к чьим интересам чувствительна сторона на переговорах: семья, родственники, начальство, электорат и т.д.). Базовые интересы государства (национальные интересы) также можно определить исходя из его потребностей. Важнейшими среди них являются:

  1. Потребность в выживании (сохранении себя как государства), т.е. в суверенитете

  2. Потребность в безопасности

  3. Потребность в экономическом благополучии

  4. Потребность в признании (со стороны других государств) и уважении.


Задание № 1

Описание ситуации:

Устный экзамен по истории международных отношений. Он идет уже третий час, и еще около 20 студентов ожидают в коридоре. Преподавательница, принимающая экзамен, читала лекции по курсу в течение года. Отвечает студент Н.

- На конгрессе в Лайбахе страны Священного Союза приняли решение об интервенции в Непал…

- Куда, простите ??? *изумленно*

- В Непал. Там назрел народный бунт, который нужно было подавить..

- Хм. Я думаю, Вам предстоит еще много открытий в изучении истории. Приходите в следующий раз.

- Анна Ивановна, можно я Вам отвечу еще на какой-нибудь вопрос? У меня уже есть один экзамен на пересдачу, меня отчислят с курса! Родители меня убьют! Пожалуйста…

Задание: определить, какие интересы и потребности стоят за позициями обеих сторон.





Задание № 2

Описание ситуации:

Артур пришел домой около часа ночи, его мать - Алена Борисовна - вне себя от злости.

- У меня завтра важная деловая встреча, а я не могу заснуть, потому что жду тебя! Ты должен возвращаться домой не позже 12 вечера. По улицам бродят маньяки, хулиганы, гоняют сумасшедшие водители, а ты где-то шляешься! Почему я должна не спать ночами и переживать за тебя?!!

- Мама, мы репетировали в гараже, я как-то потерял счет времени…

- В гараже?? В каком гараже? С кем и что ты там репетируешь? Почему я слышу об этом первый раз?

- Потому что ты не спрашивала. Я всегда старался возвращаться, когда тебя еще не было дома.

- Нет, я не понимаю, почему я последней узнаю о том, что мой сын, вместо того, чтобы учиться, занимается неизвестно чем?!! Я, в конце концов, мать или как?

Задание: выявить, какие интересы и потребности стоят за позициями обеих сторон. Какое решение могло бы согласовать эти интересы?


Задание № 3

Развод - одна из наиболее стрессовых для человеческой психики ситуаций. Трудно сохранять хладнокровие, владеть своими эмоциями и предлагать разумное решение проблем. Поэтому легче предложить взаимовыгодное соглашение человеку со стороны. Для того чтобы придумать такое соглашение, необходимо четко определить интересы сторон. В этом и будет заключаться Ваша задача.

Описание ситуации:

Никита и Марта поженились, учась на 4 курсе престижного физико-математического института. Оба имели неплохие перспективы, подавали надежды. После окончания ВУЗа Никита занялся научной работой, Марта год проработала в лаборатории и ушла в декрет. Четыре года она занималась домашним хозяйством и воспитанием дочки. Денег хватало исключительно на текущее потребление, при том, что Никита не упускал никакую возможность подработать. В 2000 году Н. предложили контракт на работу в крупнейшей лаборатории Франции с хорошими перспективами и высокой зарплатой. Марта не захотела ехать с ним сразу, мотивируя тем, что не знает языка, рядом нет родных, и тем, что она только недавно вышла на работу (учителем физики). Три года они жили в разных странах, Н. исправно присылал семье 60% зарплаты (1800 Евро). Инициатором развода был Н., так как за эти три года он почувствовал, что их пути с женой разошлись, и у них осталось не так много общего.

*Зарплата Никиты - 3000 Евро после выплаты налогов, съем квартиры - 450 Евро*

Участники: Никита и Марта, возможно, посредники с той и другой стороны

Задание: Обсудить сумму алиментов Марте и дочери, а также возможность для дочери ездить к отцу на каникулы, ее будущее. Проанализировать интересы и потребности обеих сторон. Попробовать согласовать интересы сторон.


Документ 1.


Из воспоминаний С.Ю.Витте о заключении мира с Японией в Портсмуте (август 1905 года)1

Вечером я уже получил приглашение его величества на другой день приехать к нему. На другой день утром, это было 29 июня, последовало мое назначение главным уполномоченным по ведению мирных переговоров с Японией, и на другой день утром я был у государя, и государь меня благодарил, что я не отказался от этого назначения, и сказал мне, что он желает искренно, чтобы переговоры пришли к мирному решению, но только он не может допустить ни хотя бы одной копейки контрибуции, ни уступки одной пяди земли…

На другой день после того, как я имел счастье быть у государя, я был у великого князя Николая Николаевича. Великий князь мне сказал, что он со своей стороны отказывается высказать какое бы то ни было мнение относительно того, следует ли окончить войну миром, и какие условия могут быть приняты; что он со своей стороны ограничится только передачей мне того положения, в котором находится наша действующая армия в настоящее время, и затем уж он предоставляет мне вывести из этого те или иные заключения…Великий князь мне довольно обстоятельно объяснил положение дела со свойственной ему определенностью речи, которая сводилась к следующему: 1) наша армия не может более потерпеть такого крушения, какое она потерпела в Ляояне и Мукдене; 2) при благоприятных обстоятельствах с возможным усилением нашей армии имеется полная вероятность, что мы оттесним японцев до Квантунского полуострова и в пределы Кореи, т.е. за Ялу, что для этого, вероятно, потребуется около года времени, миллиарда рублей расхода и тысяч 200-250 раненых и убитых, и 3) что дальнейших успехов без флота мы иметь не можем; 4)что в это время Япония займет Сахалин и значительную часть Приморской области. Великий князь выражал мнение, что во всяком случае невозможно соглашаться на отдачу Японии хоть пяди исконно русской земли. Управляющий морским министерством Бирилев мне сказал, что вопрос с флотом покончен. Япония является хозяином вод Дальнего Востока. Что же касается мирных условий, то невозможно соглашаться на какие бы то ни было унизительные условия; что касается уступок территориальных, то, по его мнению, возможно уступить часть того, что мы сами в благоприятные времена награбили…

Что касается положения наших финансов, то мне как члену финансового комитета, бывшему так долго министром финансов, было и без министра финансов хорошо известно, что мы уже ведем войну на текущий долг, что министр финансов сколько бы то ни было серьезного займа в России сделать не может, так как он уже исчерпал все средства, а за границею никто более России денег не даст.

Таким образом, дальнейшее ведение войны было возможно, только прибегнув к печатанию бумажных денег (а министр финансов в течение войны и без того увеличил количество их в обращении вдвое - с 600 млн. до 1200 млн. рублей), т.е. ценою полного финансового, а затем и экономического краха. Такое положение произошло, с одной стороны, по неопытности министра финансов Коковцова, а с другой - вследствие оптимистического настроения относительно результатов войны...

Я несколько дней пробыл в Париже, чтобы видеться с президентом кабинета министров Рувье и президентом республики Лубэ. Я заговорил с Рувье, что России во всяком случае понадобятся деньги или для ведения войны, если мне не удастся заключить мир, или для ликвидации таковой в случае заключения мира. Рувье мне заявил, что Россия должна иметь в виду, что при настоящем положении вещей она не может рассчитывать на французский денежный рынок, что, по его мнению, России необходимо заключить мир, что, по его сведениям, это будет возможно только при уплате Японии контрибуции и что Франция окажет содействие России для такой уплаты, так как она как союзница России главным образом заинтересована в том, чтобы Россия покончила эту несчастную войну и развязала себе руки в Европе; покуда вся военная сила России находится на Дальнем Востоке, она является бессильной союзницей Франции на случай каких-либо осложнений в Европе. Я ответил Рувье, что, будучи убежденным сторонником мира, я ни в каком случае не соглашусь на такой договор, по которому пришлось бы уплатить один су контрибуции. Россия никогда контрибуции никому не платила, и не будет платить. По поводу этого моего заявления Рувье сказал, что Франция в 70-х годах уплатила громадную контрибуцию Германии, и это не умалило ее достоинства; на это я заметил, что, если японская армия подойдет к Москве, тогда, может быть, и мы будем относиться к вопросу о контрибуции иначе. Лубэ, который нарочно приехал на Рамбулье, чтобы со мной повидаться, также настойчиво советовал мне заключить мир. Он мне говорил, что из донесений французских офицеров, бывших и ныне находящихся при действующих армиях, очевидно, что дальнейший ход военных действий не может быть для нас более благоприятный, нежели был до настоящего времени, и что потом мирные условия будут еще более тягостные. Затем мне Лубэ сказал конфиденциально, что он имеет положительные сведения, что Япония поддерживает смуты в России и антирусское движение в европейской прессе…

Уже будучи в Париже, я почувствовал чувство патриотического угнетения и обиды. Ко мне, первому уполномоченному русского самодержавного государя, публика уже относилась не так, как она относилась прежде только как к русскому министру финансов, когда мне приходилось бывать в Париже, и даже не так, как она относилась прежде ко всякому русскому, занимающему более или менее известное общественное или государственное положение. Большинство относилось равнодушно как к представителю “quantité négligeable2, и иные с чувством какого-то соболезнования, другие, впрочем, малое меньшинство, с каким-то злорадством, а некоторые на вокзале в Париже при приезде и отъезде кричали: “Faites la paix3. Все левые газеты относились к государю и России недостойно и оскорбительно…

Нравственно тяжело быть представителем нации, находящейся в несчастье, тяжело быть представителем великой военной державы России, так ужасно и так глупо разбитой!

И не Россию разбили японцы, не русскую армию, а наши порядки, или, правильнее, наше мальчишеское управление 140-миллионным населением в последние годы…

Именно убеждение, что разбита не Россия, а порядки наши, подняло гордо мою голову со дня приезда моего в Париж, и это дало мне силы в Америке одержать нравственную победу, а с другой стороны, возмутило меня, когда мне пришлось показываться на парижских улицах и видеть отношение ко мне части французского населения. Впрочем, может быть, но во всяком случае только отчасти, я преувеличивал отношение ко мне многих французов, что так было бы естественно щепетильной гордости представителя России, очутившейся случайно в несчастном положении. Если в Париже отношение к представителю России населения меня несколько коробило, то чувство это еще усилилось в Шербурге, где было оказано мне и моим сотрудникам, с которыми я там встретился, полное невнимание. Я затем это высказал некоторым французским корреспондентам, которые, вероятно, передали это Рувье, ибо при обратном моем проезде он передо мной извинялся. Поэтому, когда я подъехал в Шербурге к немецкому пароходу, и на нем раздались звуки: «боже, царя храни» - и все русские и многие нерусские пассажиры обнажили вместе со мною головы, то такое отношение к России, конечно, было для меня в высшей степени отрадно и еще более приподняло мой дух…

Через шесть дней, после того как я сел на пароход, я уже должен был вступить в дипломатический страшный бой, поэтому я решил в эти шесть дней предаться размышлениям, сосредоточиться и внутренне исключительно для себя определить план кампании.

Имея возможность на пароходе часто находиться наедине и много передумав, я остановился на следующем поведении: 1) ничем не показывать, что мы желаем мира, вести себя так, чтобы внести впечатление, что если государь согласился на переговоры, то только ввиду общего желания почти всех стран, чтобы война была прекращена; 2) держать себя так, как подобает представителю России, т.е. представителю величайшей империи, у которой приключилась маленькая неприятность; 3) имея ввиду громадную роль прессы в Америке, держать себя особливо предупредительно и доступно ко всем ее представителям; 4) чтобы привлечь к себе население в Америке, которое крайне демократично, держать себя с ним совершенно просто, без всякого чванства и совершенно демократично; 5) ввиду значительного влияния евреев, в особенности в Нью-Йорке, и американской прессы вообще не относиться к ним враждебно, что, впрочем, совершенно соответствовало моим взглядам на еврейский вопрос вообще.

Этой программы я строго держался в течение всего моего пребывания в Америке, где по особым условиям, в которых находился, я был ежеминутно на виду, как актер на большой сцене, полной народа. Эта программа мне во многом помогла окончить дело благоприятным миром в Портсмуте. Таковым признал этот мир образованный мир всего света. Скажу более, еще за несколько дней до подписания мира никто бы не поверил, что мной будет достигнут мир на таких условиях…

Этот образ моего поведения постепенно все более и более располагал ко мне как американскую прессу, так и публику. Когда меня возили экстренными поездами, я всегда подходил, оставляя поезд, к машинисту и благодарил его, давая ему руку. Когда я это сделал в первый раз к удивлению публики, то на другой день об этом с особой благодарностью прокричали все газеты. Судя по поведению всех наших послов и высокопоставленных лиц, впрочем, не только русских, но вообще заграничных, американцы привыкли видеть в этих послах чопорных европейцев, и вдруг явился к ним чрезвычайный уполномоченный русского государя, председатель Комитета министров, долго бывший министром финансов, статс-секретарь его величества, и в обращении своем он еще более прост, более доступен, нежели самый демократичный президент Рузвельт, который на своей демократической простоте особенно играет. Я не сомневаюсь, что такое мое поведение, которое налагало на меня, в особенности по непривычке, большую тяжесть, так как в сущности я должен был быть непрерывно актером, весьма содействовало тому, что постепенно американское общественное мнение, а вслед за тем и пресса все более и более склоняли свою симпатию к главноуполномоченному русского царя и его сотрудников. Этот процесс совершенно ясно отразился в прессе, что легко проследить, изучив со дня на день американскую прессу того времени. Это явление выразилось в телеграмме президента Рузвельта в конце переговоров в Японию, после того, как он убедился, что я ни за что не соглашусь на многие требования Японии и в том числе на контрибуцию, в которой он, между прочим, констатировал, что общественное мнение в Америке в течение переговоров заметно склонило свои симпатии на сторону России, и что он, президент, должен заявить, что если Портсмутские переговоры ничем не кончатся, то Япония уже не будет встречать то сочувствие и поддержку в Америке, которую она встречала ранее. Телеграмму эту показал мне Рузвельт, когда я ему откланивался, покидая Америку.

Рузвельт с самого начала переговоров и все время старался поддерживать Японию. Его симпатии были на ее стороне. Это выразилось и в поездке, уже предпринятой в то время, его дочери с американским военным министром в Японию, но как умный человек, по мере того, как склонялись симпатии общественного мнения в Америке к России, он почувствовал, что ему опасно идти против этого течения, и он начал склонять Японию к уступчивости. Такому повороту общественного мнения содействовали и японские уполномоченные. В этом отношении они явились моими союзниками. Если они не были чопорны как европейские дипломаты-сановники, чему, впрочем, случайно препятствовала и их внешность, то тот же эффект производился на американцев их скрытностью и уединенностью.

Заметив это, я с самого начала переговоров, между прочим, предложил, чтобы все переговоры были доступны прессе, так как все, что я буду говорить, я готов кричать на весь мир, и что у меня как уполномоченного русского царя нет никаких задних мыслей и секретов. Я, конечно, понимал, что японцы на это не согласятся, тем не менее мое предложение и отказ японцев сейчас же сделались известными представителям прессы, что, конечно, не могло возбудить в них особенно приятного чувства по отношению к японцам.

Затем было решено давать после каждого заседания краткие сообщения прессе, которые редактировались секретарями и утверждались уполномоченными, но и тут прессе сделалось известным, что малосодержательность этих сообщений происходит всегда от строгости цензуры японцев. Во всех разговорах с президентом и с публикой я держал себя так, как будто с Россией приключилось в Маньчжурии небольшое несчастье и только.

В течение всех переговоров на конференциях говорили только я и Комура; вторые уполномоченные говорили весьма редко и весьма мало. Я все время выражал свои суждения так, что однажды вызвал у Комуры восклицание: «Вы говорите постоянно так, как победитель», на это я ему ответил: «Здесь нет победителей, а потому нет и побежденных»…

Через сутки после нашего приезда в Нью-Йорк приехал Комура со своей свитой…

Встреча была устроена на море около Остер-бея, дачи президента, на его яхте…

Когда мы вошли на яхту, президент взаимно представил уполномоченных и их свиты и затем сейчас же пригласил завтракать. Я ранее выражал барону Розену опасение, чтобы японцам было дано в чем-нибудь преимущество перед нами, и в особенности настоятельно указывал на то, что я не отнесусь спокойно к тому, если Рузвельт во время завтрака провозгласит тост за нашего царя после тоста за микадо. Я боялся, чтобы президент по неопытности в подобных делах, и как типичный американец, не особенно обращающий внимание на формы, не сделал какой-либо оплошности в этом отношении. Барон Розен обо всем этом предупредил еще в Нью-Йорке товарища4 министра иностранных дел, долго ранее служившего в Петербурге в американском посольстве. Он был назначен заниматься конференцией и уполномоченными, он заранее установил, так сказать, церемониал, чтобы избежать каких-либо неловкостей. Что касается тоста, то он был связан с речью президента, таким образом редактированной, чтобы тост провозглашался одновременно за обоих монархов.

Конечно, первая встреча с японцами была очень тягостна в смысле нравственном, потому что как бы там ни было, а все-таки я являлся представителей, хотя и величайшей страны света, но в данном случае на войне побитой, и побитой не вследствие отсутствия с нашей стороны мужества, не вследствие нашего бессилия, а вследствие нашей крайней опрометчивости…

Хотя мы жили с японцами в одной и той же гостинице, мы друг другу визитов не делали, а только обменялись по приезде в Портсмут карточками. Только раз в конце конференции я попросил зайти второго японского уполномоченного, чтобы условиться относительно времени одного из последних заседаний: это было тогда, когда я заявил японцам, что ни на какие дальнейшие уступки я не соглашусь и что совершенно излишне тратить время, и когда между Комурой и его правительством происходили заминки в сношениях, не решались - прервать заседания или согласиться на мои предложения. В это время в Токио боролись две партии, одна, во главе которой находился Ито; она настаивала на том, чтобы согласиться на мои предложения, а другая - военная, находившая необходимым настаивать на контрибуции, а иначе продолжать войну. Тогда именно президент Рузвельт, испугавшись, что общественное мнение в Америке все более склоняется к России и что окончание переговоров ничем может возбудить общественное мнение против него и японцев, телеграфировал микадо, советуя согласиться на мои предложения. Комура получил приказ уступить, но сам Комура был против уступки и потребовал приказа непосредственно от микадо, отчего и произошла заминка во времени заседаний. Так по крайней мере сообщили мне корреспонденты газет, находившихся в постоянных сношениях с лицами свиты Комуры.

Японцы держали себя на конференции сухо, но корректно, только часто прерывали заседания, чтобы посоветоваться. На конференции присутствовали только уполномоченные, т.е. я, барон Розен, Комура, японский посол в Вашингтоне и три секретаря с каждой стороны. Говорили я и Комура, только несколько раз в дебатах участвовали вторые уполномоченные. Я хотел, чтобы присутствовали также ассистенты, но Комура, не знаю почему, решительно сему воспротивился. Некоторые ассистенты были приглашены только на одно заседание. Это решение крайне огорчило Мартенса, и он все время не мог успокоиться. Я и барон Розен, мы ездили на конференцию без ассистентов, а Комура брал их с собою и держал их в комнатах, отведенных для японских уполномоченных. С ним был один советник, бывший адвокат, американец в Японии, который затем несколько лет тому назад поступил на службу в японское министерство иностранных дел и там играет большую роль, хотя и не показную. С этим-то советчиком Комура постоянно ходил советоваться…

[После подписания мира русские и японцы начали между собою видеться, и лица свиты Комуры говорили нашим, что Комура подписал мирные условия вопреки своим убеждениям и что ему готовится незавидная участь Японии. Действительно, когда в Японии сделались известными мирные условия, в Токио вспыхнула смута, памятник, сооруженный при жизни Ито, был разрушен толпою. Токио было объявлено на военном положении, войскам пришлось действовать, были раненые и убитые. Когда Комура вернулся в Японию, ему не только не дали никакой награды, но он был вынужден покинуть пост министра иностранных дел и удалиться в частную жизнь. Только потом, когда все успокоилось, он был назначен послом в Лондон. Я же был восторженно встречен, возведен в графство, затем наступила революция, которую мне подавить как вопреки моему желанию назначенному председателем Совета министров. Оставляя по собственному желанию этот пост, я удостоился милостивого рескрипта и новой выдающейся награды, но затем уже попал в опалу]…

Из телеграмм Ламздорфа и одной телеграммы личной государя, в которой проявилась его тревога, как бы я не согласился на контрибуцию в скрытой форме, и зная вечно колеблющийся характер государя при слабости его воли, я заметил, что на государя действуют в том смысле, что: смотри, Витте из самолюбия заключит мир вопреки вашим инструкциям. Я имел основание полагать, что в этом отношении на него больше всего действовал Коковцов.

Конечно, все это была только интрига. Единственная существенная уступка в смысле инструкции государя, мне данной, которая была сделана, - это уступка Южного Сахалина, и ее сделал сам государь. Сия честь принадлежит лично его величеству, я, может быть, ее не сделал бы, хотя нахожу, что государь поступил правильно, так как без этой уступки едва ли удалось бы заключить мир…

Я, как уже говорил, со дня моего назначения главноуполномоченным не получил непосредственно или посредственно ни одного слова от главнокомандующего Линевича, а ведь армия наша стояла в бездействии после Мукдена уже около полугода. Я не возбуждал вопроса о перемирии, приступив к мирным переговорам, для того чтобы не связывать главнокомандующего. Он знал же, что мирные переговоры идут!

Ну что же, оказал ли он мне силой какое бы то ни было содействие?!

-Ни малейшего!

Со дня выезда моего из Европы японцы забрали у нас без боя пол-Сахалина, а затем наш отряд встретился с японским между Харбином и Владивостоком и при первом столкновении отступил, а затем, когда мир был подписан, когда главнокомандующий не сумел отстоять свою армию от революции, когда он спасовал перед шайкою революционеров, приехавших в армию ее совершенно деморализовать, когда для водворения порядка в армии был послан генерал Гродеков, а Линевич вызван в Петербург, этот старый хитрец, вернувшись в Петербург, начал нашептывать направо и налево: «Вся беда в том, что Витте заключил мир: если бы он не заключил мира, я бы показал японцам!»…

Что касается отношения Линевича к мирным переговорам, то, собственно, о них…он ничего не телеграфировал его величеству, но телеграфировал, что он выработал план наступления, который посылает государю на утверждение (хорош главнокомандующий), а когда государь ему ответил, что план этот не подлежит утверждению его величества и что государь уполномочивает его привести наступление в исполнение, то он замолчал и затих, и так продолжалось все время, покуда не был заключен мир…

Как я говорил, в день, когда я поехал на заседание, на котором должно было решиться - примут ли наши условия японцы или нет, что зависело от того, получит ли Комура подтверждение от самого микадо принять предложенные Россией условия, у меня не было уверенности, будет или не будет заключен мир. Я был убежден в том, что мир для нас необходим, так как в противном случае нам грозят новые бедствия и полная катастрофа, которые могут кончиться свержением династии, которой я всегда был и ныне предан до последней капли крови, но, с другой стороны, как никак, а мне приходилось подписать условия, которые превосходили по благоприятности мои надежды, но все-таки условия не победителя, а побежденного на поле брани. России давно не приходилось подписывать такие условия; и хотя я был ни при чем в этой ужасной войне, а, напротив того, убеждал государя ее не затевать, покуда он меня не удалил, чтобы развязать безумным авантюристам руки, тем не менее судьбе угодно было, чтобы я явился заключателем этого подавляющего для русского самолюбия мира, и поэтому меня угнетало тяжелое чувство. Не желаю никому пережить то, что я пережил в последние дни в Портсмуте. Это было особенно тяжело потому, что я уже тогда был совсем болен, а между тем должен был все время быть на виду и играть роль торжествующего актера. Только некоторые из близких мне сотрудников понимали мое состояние. Весь Портсмут знал, что на следующий день решится трагический вопрос, будет ли еще потоками проливаться кровь на полях Манчьжурии или этой войне будет положен предел. В первом случае, т.е. если последует мир, из адмиралтейства должны были последовать пушечные выстрелы…

Ночью я не спал.

Самое ужасное состояние человека, когда внутри, в душе его что-то двоится. Поэтому как сравнительно несчастны должны быть слабовольные. С одной стороны, разум и совесть мне говорили: «Какой будет счастливый день, если завтра я подпишу мир», а, с другой стороны, мне внутренний голос подсказывал: «Но ты будешь гораздо счастливее, если судьба отведет твою руку от Портсмутского мира, на тебя все свалят, ибо сознаться в своих грехах, своих преступлениях перед отечеством и богом никто не захочет и даже русский царь, а в особенности Николай II». Я провел ночь в какой-то усталости, в кошмаре, в рыдании и молитве.

На другой день я поехал в адмиралтейство.

Мир состоялся, последовали пушечные выстрелы…

Почему мне удалось после всех наших жестоких и постыднейших поражений заключить сравнительно благоприятный мир?

В то время никто не ожидал такого благоприятного для России результата, и весь мир прокричал, что это первая русская победа после более нежели годовой войны и сплошных наших поражений… Это произошло потому, что с появления моего в Америке я сумел своим поведением разбудить в американцах сознание, что мы, русские, и по крови, и по культуре, и по религии им сродни, приехали вести у них тяжбу с расой, им чуждой по всем этим элементам, определяющим природу, суть нации и ее дух. Они увидали во мне человека такого же, как они, который, несмотря на свое высокое положение, несмотря на то, что является представителем самодержца, такой же, как и государственные и общественные деятели. Мое поведение восприняли и все находившиеся при мне русские, что увеличивало объем впечатления. Мое отношение к прессе, к ее деятелям расположило их ко мне, а они везде, а в особенности в Америке, играют громадную роль в смысле проведения впечатления и идей, хотя часто и непрочных. Японские представители своим поведением содействовали мне в смысле впечатления на американцев. Американские евреи, зная, что я никогда не был ненавистником евреев и после моих бесед с их столпами, о которых я скажу несколько слов ниже, во всяком случае, мне не вредили; в их интересах было поддерживать такого русского государственного деятеля, о котором по всему моему прошлому, они знали, что я к ним отношусь как к людям. Сие же последнее - большая редкость за последние десятилетия, а ныне представляется в России заморским чудом.

Рузвельт желал, чтобы дело кончилось миром, так как к этому понуждало его самолюбие как инициатора конференции; успех его инициативы усиливал его популярность, но симпатии его были на стороне японцев. Он хотел мира, но мира, как можно более выгодного для японцев, но он наткнулся на мое сопротивление, на мою с ним несговорчивость, а затем он испугался совершающегося поворота в общественном мнении Америки в пользу русских. О том, что Америке не особенно выгодно крайнее усиление Японии, ни он, ни вообще американцы не думали. Вообще, познакомившись с Рузвельтом, и многими американскими деятелями, я был удивлен, как мало они знают политическую констелляцию5 вообще и европейскую в особенности. От самых видных их государственных и общественных деятелей мне приходилось слышать самые наивные, если не сказать невежественные, политические суждения касательно Европы, например: Турция существовать не должна, потому что это страна магометанская, ей не место в Европе, а кому она достанется, это безразлично; почему нельзя воссоздать отдельной сильной Польши, это так естественно и справедливо и т.п.

Франция жаждала мира, так это был ее прямой и самый серьезный интерес. Ее же государственные люди, находившиеся у власти, большею частью лично симпатизировали своей союзнице. Англия, государственные и общественные деятели которой традиционные политики и мастера этого дела, желала, чтобы мир был заключен, конечно, более или менее выгодный для Японии, так как у них явилось совершенно ясное сознание, что России хороший дан урок, который принесет им пользу по урегулированию всех спорных с нею вопросов, но что, с другой стороны, чрезмерное усиление Японии для них может со временем представить опасность.

Как раз в это время истек срок соглашения Англии с Японией. В Лондоне велись переговоры о возобновлении договора, и редакция окончательного соглашения ставилась в зависимость от того, что скажет Портсмут. На это я обращал из Портсмута внимание Ламздорфа, но мы не могли узнать, почему именно переговоры в Лондоне ставились в зависимость от переговоров в Портсмуте. Японская война произвела порядочную пертурбацию в финансах Европы, а потому весь денежный мир желал, чтобы война кончилась.

Все христианские церкви и их представители сочувствовали заключению мира, так как все-таки дело шло о борьбе христиан с язычниками. О том, что японцы, пожалуй, язычники, но особого рода, с непоколебимой идеей о бессмертной жизни и всесильной верой в бога, это вопрос, о котором мало кто думал и знал, да многие ли это знают и ныне? Наконец, император Вильгельм. До свидания в Бьорках в его интересе было еще более обессилить Россию, а раз были Бьорки, его интерес также заключался в том, чтобы в Портсмуте дело кончилось миром. Не мог же он тогда думать, что Бьорки потом провалятся.

Вот все те главные факторы, которые мне содействовали к заключению возможно благоприятного мира. Под влиянием всех этих течений японцы сдались на предложенные им условия им условия. Им была внушена мысль: лучше получить существенное, нежели рисковать получить громадное…




Задание № 4

Тщательно проанализируйте Документ 1. При необходимости обратитесь к соответствующей литературе по истории русско-японской войны и Портсмутского мира6. Опираясь на знания, полученные при изучении курса по истории международных отношений и из дополнительной литературы, а также на сделанный вами анализ вышеприведенного фрагмента, определите интересы, которые стояли за позициями обеих сторон на переговорах. Выделите и структурируйте основные потребности и интересы двух государств, а также их «избирателей» (кто является «избирателями» той и другой стороны вы должны определить самостоятельно) при помощи следующей таблицы:



Интересы России

Интересы «избирателей» России

Интересы Японии

Интересы «избирателей»

Японии

Естественные потребности (физиологические)





Потребности в уверенности и безопасности





Потребность в эмоциональной привязанности





Потребность в уважении





Потребность в самореализации





Потребность знать и понимать





Эстетические потребности






После заполнения таблицы ответьте на следующие вопросы:

- Какая сторона имела позиционное преимущество в начале переговоров?

- В какой степени условия Портсмутского мира отвечали интересам России? Интересам Японии?


Задание № 5.

На основании Документа 1 сделайте подробный анализ потребностей и интересов С.Ю.Витте (можно составить таблицу, как в предыдущем задании). Как Вы считаете, какие качества позволили С.Ю.Витте добиться успеха на переговорах? Какие черты характера являются необходимыми для того, чтобы быть успешным переговорщиком?

1.2.Варианты согласования интересов. Изобретение вариантов.

После того, как Вы определили, в чем заключаются интересы Ваши и партнера, нужно попытаться их согласовать.

Интересы могут быть пересекающимися, непересекающимися и общими. Легче всего согласовать непересекающиеся интересы (всем известен пример с апельсином, который делили две сестры, при этом одной из них нужна была мякоть апельсина для того, чтобы выжать сок, а другой - апельсиновая цедра, чтобы добавить в пирог). Пересекающиеся интересы заставляют стороны в переговорах искать компромисс. Как решение, полностью не удовлетворяющее ни одну из сторон, компромисс возникает в результате торга и уступок с одной или другой стороны.

Однако основой взаимовыгодного и долгосрочного соглашения являются общие интересы. Они есть всегда в любых переговорах, но они не очевидны. При начале переговоров у партнеров есть как минимум один общий интерес - договориться (иначе они не вступили бы в переговоры). Общим интересом может стать желание сторон сохранить свои отношения в будущем, а также наличие неких общих принципов. На этом этапе важно не только обнаружить все три группы интересов, но и изобрести варианты их согласования. Для успешного выполнения нижеприведенных заданий самым важным является творческий подход и изобретательство (при работе в группе лучше всего воспользоваться методом «мозгового штурма»).






Задание № 6.

Определите общие интересы игроков в данной шахматной партии7.


Задание № 7.

Вернитесь еще раз к ситуации, описанной в Документе 1, и выделите общие интересы России и Японии.


Задание № 8

Предыстория: В 1993 году семья Петровых, состоящая из 5 человек, проживала в 3-комнатной квартире, соседней с квартирой, принадлежавшей Генеральному консульству европейской страны Б, в которой проживал Генеральный консул этой страны. Глава семьи Николай Петров произвел раздел квартиры, т.е. отделил часть квартиры, принадлежавшую по ордеру ему и его жене, согласовал раздел с соответствующими учреждениями, и установил перегородку. Желая приобрести жилье, отдельное от сына с семьей, он продал эту часть квартиры консульству через некое агентство по недвижимости за 50 тыс. долл. На эти деньги агентство было обязано купить ему и его жене отдельную квартиру. Часть разделенной квартиры была присоединена к квартире, принадлежавшей консульству ранее. Однако Петров и его жена не приобрели новую квартиру, так как глава агентства по недвижимости (как выяснилось впоследствии, авантюрист со стажем) через месяц после совершения сделки скрылся (по некоторым данным, мошенничество с квартирами в течение нескольких лет принесло ему порядка 2 млн. долл.). Правоохранительные органы РФ уже более 10 лет пытаются отыскать этого человека и возместить ущерб, однако безрезультатно.

Описание ситуации:

Семья Петровых, таким образом, пострадала от мошенничества, Николай Петров и его жена оказались без денег, и фактически без жилья. На настоящий момент все они вынуждены проживать в оставшейся части разделенной квартиры. Судебным порядком иск можно предъявить лишь главе агентства, но он в бегах. В попытках восстановить справедливость и вернуть либо недвижимость, либо деньги за нее Петровы обращались не только в милицию, но и в администрацию города, в правительство РФ и в аппарат президента РФ. Особенные надежды пострадавшие возлагают на то, что ситуация косвенным образом связана с дипломатическим представительством зарубежного государства, и перспективы скандала должны подвигнуть властные структуры на разрешение данной проблемы. В связи с этим Петровы регулярно пишут жалобы в МИД страны Б., в представительство МИД РФ, угрожая снести стену, и самостийно вселиться на свою бывшую жилплощадь. Информация об этой ситуации регулярно возникает в прессе. На данный момент ситуация находится на грани дипломатического скандала. Администрация города и представительство МИД РФ, желая разрешить скандальную ситуацию, выступают в качестве посредников на переговорах. Квартира консула по правилам должна быть рядом с помещением самого консульства, а здание расположено в историческом центре города и отвечает всем требованиям консульского учреждения. В случае если бы консульство страны Б. захотело переехать, администрации и МИДу РФ пришлось бы искать похожее по метражу и месторасположению помещение, каковых в центре города нет. Поскольку указанная ситуация мешает нормальному функционированию консульства, угрожает его безопасности, и негативно сказывается на имидже страны, генеральный консул также чрезвычайно заинтересован в мирном и взаимовыгодном разрешении этой ситуации. Получив разрешение в МИДе своей страны, он изыскал дополнительную сумму в размере 20 тыс. долл. (из средств, выделяемых на работу консульства) на урегулирование данной ситуации.

Участники:

Петровы. На момент совершения сделки старшие члены семьи являлись пенсионерами. Кроме того, Николай Петров имел небольшой собственный бизнес, доход от которого обеспечивал текущее потребление, но был недостаточным для приобретения или съема жилья. Сам он постоянно проживает у знакомых или родственников. Его жена имеет вторую группу инвалидности, именно она выступала инициатором обращений в различные инстанции, вплоть до администрации президента. Во всех своих письмах она выражает надежду на восстановление порушенной справедливости. Их сын (на момент совершения сделки около 40 лет) имеет малооплачиваемую и непрестижную работу, активно наносит визиты во все учреждения, так или иначе связанные с решением данной проблемы, обращается в средства массовой информации, а также предпринимает различные действия для затруднения работы консульства. Он - единственный из членов семьи, кто участвует во всех переговорах с представителями Генерального консульства, организованных посредниками. В процессе развития ситуации Петров-младший развелся с женой, однако ввиду нерешенности жилищного вопроса его жена, а также несовершеннолетняя дочь (на момент совершения сделки - 5 лет) проживают в той же квартире. Жена Петрова-младшего является рядовым сотрудником бюджетной организации.

Генеральное консульство Б.

Посредники: администрация города и местное представительство МИД РФ.

Задание: Придумайте минимум два варианта решения проблемы, которые бы удовлетворили интересы обеих сторон (ГК и Петровых). Для этого сначала сделайте подробный анализ интересов каждой стороны. При этом помните, что с вашим решением должны согласиться все члены семьи Петровых (а за ребенка согласие должна дать его мать) при всей разнородности их интересов.

Подсказка: согласование интересов и нахождение компромисса возможно лишь в результате «увеличения пирога», т.е. вам необходимо расширить поле переговоров.


2. Сила позиции сторон на переговорах.


Одна из важнейших характеристик процесса взаимодействия в процессе переговоров часто определяется как «сила позиции» стороны. В общих чертах силу позиции можно определить как совокупность ресурсов, позволяющую участнику переговоров влиять на партнера и, таким образом, на результат переговоров, а также значение этих ресурсов в сравнении с ресурсами противоположной стороны. Таким образом, сила позиции - понятие относительное, определяемое через сопоставление имеющихся у сторон ресурсов, влияющих на решение проблемы.

Определенный набор ресурсов имеется у каждого участника переговоров, однако трудно представить ситуацию, при которой стороны обладали бы абсолютно одинаковым уровнем влияния друг на друга. Неравенство, то есть асимметрия сил - обычное явление практически на всех переговорах. От соотношения сил во многом зависит и результат переговоров, поэтому каждая сторона постоянно оценивает это соотношение и в зависимости от этого выстраивает свою стратегию и делает предположения относительно возможной стратегии партнера. Оценивая свои возможности и сравнивая их с возможностями партнера, участник переговоров формирует свое представление о наиболее вероятном исходе переговоров и в соответствии с этим формирует свои запросы и предполагает на какие уступки придется пойти ради достижения соглашения. Таким образом, асимметрия в силе зачастую определяет асимметрию в выигрыше сторон в результате переговоров.

Асимметрия определяет преимущество одной из сторон, если предмет переговоров представляет собой комплексную проблему, то у каждой из сторон может быть преимущество в каких-либо конкретных вопросах.

Сила позиции может складываться из следующих элементов:

Ресурсы государства. Сила государства, которое представляет переговорщик, часто играет наибольшую роль при определении асимметрии. Впрочем, не все ресурсы государства будут элементом превосходства на переговорах. Наличие ядерного оружия, например, вряд ли усилит позицию на переговорах по экономическим или финансовым вопросам.

Наилучшая альтернатива обсуждаемому соглашению (НАОС). Соотношение НАОС сторон в обратной пропорции определяет степень заинтересованности каждой из них в успешном завершении переговоров. Если наилучшая альтернатива одной из сторон предполагает больший выигрыш или меньший проигрыш по сравнению с альтернативой партнера, степень заинтересованности этой стороны будет ниже, что дает определенные преимущества. В такой ситуации переговорщик может, например, применить мягкий вариант давления, сообщая партнеру, что если предложенный вариант решения проблемы не будет принят, то он «вынужден будет» прекратить переговоры. Подобный вариант давления предпочтительней по сравнению с применением прямых угроз, поскольку не вызывает у партнера негативных эмоций.

Личность переговорщика. Нигде в международных отношениях, пожалуй, личностные качества не играют столь значимой роли как в переговорах. Опыт, хорошая профессиональная подготовка и навыки, талант переговорщика иногда могут компенсировать даже отсутствие других ресурсов. С другой стороны, если переговорщик не смог должным образом использовать даже имеющиеся ресурсы, они просто теряют свое значение, поскольку только правильно и вовремя использованные ресурсы являются элементом силы позиции.

Особое значение в переговорном процессе имеет информация. Более полная информация о ситуации, о проблеме, о партнере и т.д., дает несомненные преимущества. Особую выгоду дает знание об имеющейся у партнера информации и, тем более, контроль над ней.

Каждая сторона стремится усилить свою позицию как до, так и во время переговоров, изменив асимметрию в свою пользу. Достичь подобной реструктуризации можно двумя способами - попытавшись найти дополнительные ресурсы или изменив представление партнера о соотношении сил, убедив его в том, что его позиция слабее. В первом случае участники переговоров могут усиливать свою позицию, стараясь, например, найти более выгодное решение проблемы без переговоров, улучшая НАОС.

Второй способ представляет собой манипулирование представлениями партнера о структуре асимметрии. Часто, например, переговорщик, не имеющий достаточно времени, пытается продемонстрировать партнеру, что времени у него достаточно, чтобы эту слабость не использовал противник. В других случаях переговорщики придумывают несуществующие обстоятельства, которые, якобы, не позволяют им идти на уступки.

Еще один способ состоит в манипулирование представлениями о НАОС, здесь переговорщик пытается убедить партнера в том, что может более-менее успешно решить проблему без переговоров, и меньше партнера заинтересован в их успехе.

Таким образом, участник переговоров может демонстрировать свое превосходство или скрывать свою слабость. Подобная ситуация возникает в процессе переговоров не редко, поэтому опытный переговорщик не сразу принимает на веру то, что демонстрирует партнер, а стремится сам поверить все или получить независимое подтверждение.

Очевидно, что при манипулировании представлениями партнера о соотношении сил позиций особую роль приобретает контроль над информацией. Идеальный вариант для одной стороны заключается в полном контроле над информацией, которую получает партнер.


Документ 2


Из воспоминаний Армана де Коленкура, дипломата и адьютанта Наполеона во время похода в Россию в 1812 г8.


Через несколько дней по возвращении в Кремль император во всеуслышание заявил, что он принял решение и останется на зимних квартирах в Москве, которая даже в ее нынешнем состоянии дает ему больше приспособленных зданий, больше средств, чем всякая другая позиция. Он приказал в соответст­вии с этим привести в оборонительное состояние Кремль и мо­настыри, окружающие город, а также приказал произвести разнообразные рекогносцировки в окрестностях, чтобы разра­ботать систему обороны в зимнее время…

Некоторые, в том числе и я, сомневались, что император действительно намерен провести зиму в Москве. Огромное рас­стояние, отделяющее нашу армию от Польши, давало неприя­телю слишком много возможностей беспокоить нас; казалось, что множество соображений по-прежнему говорит против этого проекта. Однако император так тщательно и так подробно за­нимался осуществлением его, говорил о нем так определенно и, казалось, считал его столь необходимым для успеха нашего похода (если не удастся добиться мира до зимы), что даже самые недоверчивые должны были в конце концов поверить. Обер-гофмаршал и князь Невшательский тоже, по-видимому, убедились, что мы останемся в Москве. В соответствии с этим каждый делал разные запасы, собирал покинутую хозяевами мебель и другие вещи, которые могли понадобиться для попол­нения его обстановки. Запасались дровами и фуражом. Словом, каждый запасался так, как если бы ему надо было про­вести в Москве все восемь месяцев, остающиеся до наступле­ния весны.

Что касается меня, то, признаюсь, в том подчеркивании, с которым говорил император об этом проекте, а также и в при­нимаемых им мерах я видел лишь желание направить наши мысли в другую сторону и активизировать собирание продо­вольствия, а прежде всего желание, объявив о своем проекте, тем самым подкрепить предпринятые им предварительные ша­ги9. О них не было известно никому. Тутолмин честно хранил их втайне, как и Лелорнь, которому было поручено отправить второго нарочного. Император сказал, однако, князю Невшательскому несколько слов о характере этих шагов.

Император считал (впоследствии он подтвердил это в раз­говоре со мной), что его демарш (предпринятый помимо всего прочего с целью принципиально установить, что французы ни в какой мере не причастны к пожару Москвы и даже сделали все возможное для его прекращения) доказывает его готовность к соглашению, а потому из Петербурга последует ответ и даже предложение мира. Пожар Москвы заставил императо­ра серьезно призадуматься, хотя он и старался скрыть от себя те последствия, к которым должна была привести такая ре­шимость; он точно так же пытался скрыть от себя, как мало надежды на то, что правительство, принявшее такое решение, будет склонно заключить мир. Он по-прежнему хотел верить в свою звезду, верить в то, что Россия, истомленная войной, ух­ватится за всякую возможность положить конец борьбе. Он ду­мал, что вся трудность только в том, чтобы найти способ за­вязать переговоры с соблюдением всех приличий; по его мне­нию, Россия приписывала ему большие претензии; но взятая им на себя инициатива, доказывая императору Александру, что сговориться об условиях будет легко, несомненно приведет к предложениям мира. Я думаю, что император Наполеон в са­мом деле был бы очень сговорчив в отношении условий в этот момент, так как мир был единственным средством выкараб­каться из затруднений. Он изображал предпринятые им шаги как акт великодушия, словно можно было надеяться, что в Пе­тербурге по-новому взглянут на его мотивы. Император ста­рался внушить мысль, что предложения мира со стороны рус­ских задерживаются их боязнью, как бы он не оказался слиш­ком требовательным. Он надеялся таким путем выбраться из того затруднительного положения, в которое попал. Именно с этой надеждой на мир он и продлил свое злополучное пре­бывание в Москве.

Прекрасная погода, долго продержавшаяся в этом году, по­могала ему обманывать себя. Быть может, до того как неприя­тель стал тревожить его тыл и нападать на него, он действи­тельно думал, как он это говорил, расположиться на зимние квартиры в России. В этом случае, по его выражению, «Моск­ва по самому своему имени явится политической позицией, а по числу и характеру своих зданий и по количеству еще со­хранившихся здесь ресурсов — лучшей военной позицией, чем все другие, если мы останемся в России».

В кругу приближенных император говорил, действовал и распоряжался, исходя из предположения, что он останется в Москве, и притом с такой последовательностью, что даже ли­ца, пользовавшиеся его наибольшим доверием, в течение не­которого времени не сомневались в этом.

Так обстояли дела через 10 или 12 дней после нашего всту­пления в Москву, и это мнение держалось до тех пор, пока ар­тиллерийские обозы не стали подвергаться нападениям, а эстафеты стали запаздывать. Одна из эстафет была перехва­чена; то же случилось с двумя ящиками писем из армии во Францию…

Пока предварительные запросы, направленные через Тутолмина, шли в Петербург, где в них не усматривали ничего, кро­ме доказательства наших затруднений, о которых там уже по­дозревали, император Наполеон, как я уже говорил, занимал­ся своей обычной деятельностью: реорганизовывал корпуса, устраивал госпитали и обеспечивал снабжение, в том числе и снабжение на зиму. Ночь была для него вторым днем. Все его помыслы были посвящены Парижу и Франции. Эстафеты отправлялись туда полные разных декретов и распоряжений, датированных Москвой.

Привыкнув диктовать мир тотчас же по прибытии во дво­рец государя, столицу которого он завоевывал, император был удивлен молчанием, которое хранил на сей раз его противник. Чем больше это молчание показывало ему, что нынешний про­тивник и его нация полны воодушевления и отчаянной реши­мости, тем более он убеждал себя, что мир можно заключить только в Москве. Его умеренность должна была примирить все; он снял с себя всякие обвинения в поджоге; он даже сделал все, чтобы остановить это бедствие. Он «не видит поэтому,— говорил он,— никакого особого повода к враждебности, кото­рая помешала бы прийти к соглашению. Поскольку мы вошли в древнюю столицу России, оставить ее, не подписав предва­рительного мира, это значило бы создать видимость полити­ческого поражения, каковы бы ни были военные преимущест­ва какой-либо другой позиции. Европа,— продолжал импера­тор,— смотрит на него, и положение, которое обеспечивает нам успех весною, она в настоящий момент расценивала бы все же как неудачу, а это могло бы повлечь за собой серьезные последствия».

Он торопился поэтому покончить с делом, не отправляясь на поиски позиции, более близкой к нашим флангам и грозной

для противника, но могущей лишь в отдаленном будущем при­нудить его к миру, о котором мечтал император; он пошел бы сейчас на самые легкие условия, лишь бы они немедленно по­ложили конец борьбе; и он говорил об этом как для того, что­бы создать определенное настроение в армии, так и для того, чтобы дать неприятелю почувствовать те опасности, которым он может подвергнуться. Он все время повторял, что его пози­ция в Москве была весьма тревожной и даже угрожающей для России, если учесть те последствия, к которым могла бы при­вести малейшая неудача Кутузова, и те меры, которые он сам мог принять, чтобы воздействовать на население. Однако ха­рактер, который приняла война, а также молчание его против­ников показали императору не менее реальные опасности его собственной позиции, и он был готов эвакуироваться из Рос­сии и удовольствоваться кое-какими мерами против англий­ской торговли, чтобы спасти честь своего оружия. Он ограничивался тем, что соглашался осуществить свою цель только по видимости; но так как он не видел, чем можно заставить рус­ских принять эти жертвы, если не предложить их сразу же в качестве вынужденных уступок, то он придавал большое значение тому, чтобы завязать переговоры, которые привели бы ко взаимным объяснениям и, как он думал, к быстрому примирению.

По его словам, император Александр не мог рассчитывать нa такие условия соглашения, и он думал соблазнить его, пред­ложив их в качестве своей добровольной жертвы, предназна­ченной оправдать Александра в глазах его нации. Увлекаясь этой идеей и не желая думать об уже сделанных шагах, он решил непосредственно написать императору Александру; Лелорню было поручено поискать в госпиталях или среди русских пленных какого-нибудь офицера высокого чина, чтобы послать его в Петербург. Он нашел брата одного из русских диплома­тических агентов в Германии. Император имел с ним такой же разговор, как и с Тутолминым. Он точно так же говорил ему о своих стремлениях к примирению и миру, но офицер почтительно высказал свои сом­нения насчет возможности прийти к соглашению до тех пор, пока французы остаются в Москве. Император не обратил вни­мания на эти замечания ни тогда, ни потом; он отправил этого офицера со своим письмом, по-прежнему льстя себя надеждой, что молчание петербургского правительства объясняется толь­ко тем, что ему приписывают чрезмерные притязания, и рас­считывал, что Петербург ухватится за представляющийся ему случай воспользоваться возвещенной императором Наполео­ном умеренностью. Именно эта роковая уверенность, именно эта несчастная надежда заставила его оставаться в Москве и бро­сить вызов зиме, которая подкосила нас быстрее, чем могла бы это сделать чума. Этот шаг, о котором в данный момент знали только князь Невшательский, Лелорнь и я, долго оста­вался в секрете согласно желанию императора.

Во время его пребывания в Москве, когда вице-король, князь Невшательский и князь Экмюльский были у императора вме­сте с ним, император поднял вопрос, не требует ли здравая по­литика, чтобы мы немедленно двигались на Петербург, так как русские, по словам короля, находятся в состоянии полной дезорганизации и упадка духа, а казаки готовы покинуть ар­мию. Действительно ли император думал об этой экспедиции? Рассчитывал ли он, что успеет закончить ее до больших мо­розов? Думал ли он, что армия в состоянии осуществить этот поход? Судя по тому, что перед тем и после того он говорил князю Невшательскому, для меня ясно, что у него никогда не было этого плана, не осуществимого при том состоянии, в ко­тором находились наша артиллерия и наша кавалерия, да еще в то время, когда Кутузов стоял очень близко от нас с хорошо организованной армией и многочисленной кавалерией.

Вице-король и маршалы предавались меньшим иллюзиям, чем король, по поводу так называемой дезорганизации русских. Они подчеркивали, что армия нуждается в отдыхе и необхо­димо как можно скорее обеспечить ей хорошие зимние кварти­ры, чтобы реорганизовать ее.

Император хотел внести перемену в настроение армии, от­влечь ее мысли от понесенных потерь, убедив ее, что она еще в состоянии предпринять все что угодно. Он хотел запугать оставшихся в Москве осведомителей Петербурга и прощупать настроение армии. Больше об этом проекте вопроса не подни­малось, и мы остались в Москве. Тем не менее речи короля произвели большое впечатление на императора, который с большим удовольствием повторял все, что он ему рассказывал, писал и продолжал ежедневно писать после возвращения в авангард, а именно, что русские потеряли всякое присутствие духа, что офицеры проклинают Польшу и поляков, а в Петер­бурге не придают значения этой стране, и даже высшие офи­церы открыто заявляют, что там желают и требуют мира; это желание откровенно высказывают также и в армии; уже на­писали императору Александру и ожидают его ответа, и, на­конец, Кутузов также настроен очень сильно в пользу мира. Русские развлекали короля этими разговорами, парализо­вали своей предупредительностью его активность, и авангард, обмениваясь с неприятелем только любезностями, мало про­двигался за день, что было по вкусу нашим войскам, так как они с неохотой покидали московские погреба и те удовольствия, которыми, как они знали, пользовались воинские части, оставшиеся в Москве, и в которых они еще продолжали принимать участие благодаря близости города и благодаря тому, что по­ка еще легко было посылать туда каждый день за припасами. Император, продолжая с большим удовольствием расска­зывать о том, что доносил ему король, тем не менее подвер­гал сомнению его сообщения о передвижениях русских:

Они провели Мюрата. Не может быть, чтобы Кутузов
оставался на этой дороге; он не прикрывал бы тогда ни Петербурга, ни южных губерний…

23 сентября наши обозы были уже потревожены. Перего­воры между казаками и нашими аванпостами еще продолжа­лись, но император был этим недоволен и запретил их. Слухи разносили по Москве все, что говорилось при переговорах, и эти слухи доходили до императора. Дело показалось ему до­статочно серьезным, чтобы обратить на него тщательное вни­мание. С особенным недоверием он отнесся к тому, что рус­ские рассказывали во время переговоров с корпусом генерала Себастьяни.

Единственная цель этих сообщений,— говорил импера­тор,— в том, чтобы напугать армию рассказами о морозах и расстоянием, отделяющим ее от Франции. Я знаю, эту войну изображают несправедливой и неполитической, а мое нападение — незаконным. Моих солдат пичкают миротворческими по­желаниями, рассказами об умеренности Александра и о его особенной любви к Франции. Своими сладкими словами рус­ские стараются превратить наших храбрецов в изменников, па­рализовать отвагу мужественных людей и завербовать для себя сторонников. Мюрат оказался в дураках, его провели лю­ди, более ловкие, чем он. Его опьяняют знаки внимания и поч­тения со стороны казаков, что бы ему ни твердил Бельяр и другие здравые люди. После того как он ошибся насчет дви­жения Кутузова, он совершил бы еще новую, гораздо более серьезную ошибку, если бы я не навел порядок; но я прикажу расстрелять первого же, кто вступит в переговоры, хотя бы на нем был генеральский чин.

И в самом деле, в приказе было опубликовано запрещение вести переговоры с неприятелем под страхом смертной казни, но во внимание к обидчивости короля это запрещение было адресовано генералу Себастьяни.

Дело доходило до того, что возникло нечто вроде переми­рия между аванпостами по молчаливому согласию; неприятель воспользовался этим, чтобы усыпить нашу бдительность и на­править свои отряды к Смоленску, где они сожгли у нас несколько за­рядных ящиков, не будучи в состоянии увезти их с собой. Эти отряды задерживали эстафеты, тревожили тыл и были для им­ператора одной из самых больших неприятностей, испытанных им в течение этой кампании. Мания переговоров заразила да­же войска, находившиеся под командой герцога Истрийского. Император считал это в высшей степени нежелательным и сделал герцогу выговор даже за то, что он принял двух пар­ламентеров; для предотвращения разговоров с неприятелем он запретил допускать новых парламентеров и приказал, чтобы письма, которые могли бы быть нам посланы, принимались патрулями…

Неаполитанский король по-прежнему повторял то, что — вне всякого сомнения, по указанию Кутузова,— говорили ка­зачьи офицеры, а именно, что «война надоела, русские желают мира, надо прийти к соглашению и нет никаких оснований про­должать борьбу». Король по-прежнему утверждал, что русская армия пала духом, офицеры, в особенности генералы, изнуре­ны, устали от войны и желают вернуться домой в Петербург, откуда все еще ожидают ответа. Таким способом подогрева­лись надежды или, вернее, желания императора. Только вице-король и князь Невшательский говорили другим языком. Не­смотря, однако, на прекрасные речи русских, император не по­лучал никакого ответа на свои предложения. Но молчание рус­ского правительства не вразумляло его насчет того, чего мож­но ждать от переговоров; ничто не могло его убедить. Россказ­ни неаполитанского короля, хотя он постоянно высмеивал их, поддерживали те надежды, которые он хотел сохранить вопре­ки соображениям, несомненно приходившим ему в голову так же, как и нам.

2 или 3 октября император, который уже очень давно не беседовал со мной о делах, спросил меня, как я думаю, готов ли будет император Александр заключить мир, если он сде­лает ему предложения. Он тогда еще ничего не говорил мне о тех предложениях, которые он уже сделал. Я откровенно высказал ему свое мнение: принесение Москвы в жертву сви­детельствует о не слишком мирных намерениях, а по мере то­го как будет надвигаться зима, шансы все больше будут скло­няться в пользу России; словом, нельзя считать вероятным, что русские сожгли свою столицу для того, чтобы потом подписать мир на ее развалинах.

Хотите ехать в Петербург?— спросил меня император.— Вы повидаете императора Александра. Я передам через вас письмо, и вы заключите мир.

Я ответил, что эта миссия совершенно бесполезна, так как меня не примут. Тогда император с шутливым и благосклон­ным видом сказал мне, что я «сам не знаю, что говорю; император Александр постарается воспользоваться представившим­ся случаем вступить в переговоры с тем большей готовностью, что его дворянство, разоренное этой войной и пожаром Моск­вы, желает мира; он (т. е. император) не сомневается в этом. Этот пожар,— прибавил он,— безумие, которым безумец мог хвастать в тот день, когда он зажег огонь, но в котором он назавтра же раскаялся; император Александр хорошо видит, что его генералы бездарны и самые лучшие войска ничего не могут сделать, когда ими командуют такие начальники».

Он настаивал, приводя еще новые доводы, чтобы убедить меня в своей правоте и уговорить принять это поручение.

Напрасно я приводил все те возражения, о которых я выше говорил. Император ответил, что я ошибаюсь; он получает в настоящее время сообщения из Петербурга; там упаковывают вещи с величайшей спешкой; самые драгоценные предметы от­правлены уже внутрь страны и даже в Англию, император Александр не тешит себя иллюзиями; он видит, что его армия сильно уменьшилась и пала духом, тогда как французская ар­мия в состоянии тотчас же двинуться на Петербург; погода стоит пока хорошая; если осуществится этот поход, Российская империя погибла; потерпев поражение, император Александр находится в очень затруднительном положении и ухватится обеими руками за предложение, сделанное нами, так как оно даст ему почетный выход из скверного положения, в которое он попал.

Видя, что ему не удается меня уговорить, император при­бавил, что все побывавшие в России, начиная с меня, расска­зывали ему всяческие сказки о русском климате, и снова стал настаивать на своем предложении. Быть может, он думал, что мой отказ объясняется лишь тем, что мне неловко явиться в Петербург, где ко мне так хорошо относились, как раз в тот момент, когда Россия подверглась такому разорению; основы­ваясь на этом предположении, император сказал мне:

Ладно. Отправляйтесь только в штаб фельдмаршала Ку­тузова.

Я ответил, что эта поездка увенчалась бы не большим ус­пехом, чем другая. Я добавил еще, что помню все, что импера­тор Александр когда-то говорил мне; я знаю его характер и отказываюсь от поручения, которое император хочет на меня возложить, потому что я уверен, что Александр не подпишет мира в своей столице; так как этот шаг с нашей стороны ока­зался бы безрезультатным, то целесообразнее не делать его.

Император резко повернулся ко мне спиной и сказал:

Хорошо. Я пошлю Лористона. Ему достанется честь за­ключить мир и спасти корону вашего друга Александра.

И действительно, вскоре император возложил это поруче­ние на Лористона.

Лористон выехал в русскую главную квартиру 4 или 5 октября, был там прекрасно принят и получил обещание, что при­везенное им письмо будет переслано императору Александру. Хотя Кутузов отказался пропустить его в Петербург, но, по впечатлению Лористона, все желали положить конец этой борьбе, которая изнурила русских, по-видимому, еще более, чем нас. Говорили, что вскоре получится ответ из Петербурга, и император был в восторге, так как он возлагал свои надежды на приостановку военных действий, во время которой можно было бы вести переговоры. Он считал, что останется лишь, как это бывало в подобных случаях, наметить демаркационную ли­нию для противников на время переговоров.

Как говорили мне князь Невшательский и Дюрок, импера­тор объяснял молчание императора Александра по поводу предложений, посланных ему из Смоленска и из Москвы, только лишь тем, что русские после отъезда Балашева из Виль­но убеждены, мол, что он не пойдет ни на какое соглашение, которое не было бы в известной мере построено на принципе восстановления Польши. Однако он начинал допускать, что события и пожары могли вскружить русским голову и что по­жар Москвы вызвал среди них воодушевление, по крайней ме­ре на некоторое время. Он стал даже сомневаться, что они по­желают принять его уполномоченного, и в ночь перед отъездом Лористона приказал написать неаполитанскому королю, что­бы он сообщил русским, что император посылает одного из своих генералов-адъютантов, и заранее точно осведомился, примут ли его. В глубине души он по-прежнему лелеял надеж­ду, что переговоры состоятся; по крайней мере так он говорил, и можно было ему верить, ибо он оставался в Москве, несмот­ря на то, что до сих пор не было получено ответа ни на одно из его предложений, а между тем, и время, истекшее после его первых шагов в этом направлении, и голос рассудка воочию доказывали ему, что Александр не хочет вступать в перегово­ры. А он упорно собирался все же предпринимать новые шаги.

Император чувствовал, как и все остальные, что его повтор­ные послания разоблачают затруднительность его положения и лишь укрепляют враждебные планы неприятеля. И, однако, он отправлял новые послания. Какая слепая вера в свою звезду и, можно сказать, в ослепление или слабость своих противни­ков должна была быть у этого столь здравого и расчетливого политика!

Неаполитанский король, который, несмотря на запрещение, продолжал вести переговоры, по-прежнему доносил, что каза­ки не хотят больше воевать, а русская армия желает мира и считает, что она находится в достаточно хорошем положении, чтобы заключить выгодный мир, так как к ней пришли под­крепления; Кутузов и все генералы писали в этом смысле им­ператору Александру и убеждали его выслушать наши предложения.


Задание № 1.

Прочитайте отрывок из воспоминаний А.де Коленкура о событиях, происходивших в 1812 г. после занятия французской армией Москвы, и определите, каковы были сильные и слабые стороны позиций Наполеона и Александра I.


Задание № 2.

На основании Документа 2 оцените соотношение сил позиций сторон на возможных переговорах по основным параметрам и общее соотношение сил. Какова была динамика соотношения сил позиций сторон?


Задание № 3.

Определите, исходя из данных, приведенных в Документе 2, каким образом стороны пытались усилить свои позиции, в чем причины успехов и неудач подобных попыток?


3. Общение и сбор информации.


3.1. Вопросы

Вопросы играют исключительно важную роль в процессе подготовки и ведения переговоров. Прежде всего, вопросы являются уникальным по эффективности средством получения информации, неслучайно этому искусству специально обучают следователей, адвокатов, сотрудников спецслужб. С помощью правильно сформулированных и вовремя заданных вопросов вы сможете определить мотивы и потребности противоположной стороны, направить обсуждение проблемы в нужное русло, добиться уступок, разоблачить использование нечестных тактик.




Вот основные функции, которые могут выполнять вопросы:

  1. Установление фактов (подразумевается довольно жесткая форма, вроде той, что используется при допросах свидетелей в суде: здесь важна четкая формулировка, отсутствие двойного смысла, возможность поймать отвечающего на логических несоответствиях);

  2. Получение информации (информацией может быть, в том числе, и реакция на ваш вопрос);

  3. Привлечение внимания (к себе или к проблеме);

  4. Сообщение информации (например, «знаете ли Вы, что я получил наследство?»);

  5. Запуск мышления («а нет ли в этой формуле ошибки?»);

  6. Побуждение к принятию решения («мы пойдем сегодня в кино?»);

  7. Вызов эмоций («ты перестала пить коньяк по утрам?»).

Очень часто вопрос совмещает в себе несколько функций.

Если Вы хотите получить от собеседника информацию или установить факты, то нужно принимать во внимание несколько соображений. Во-первых, ваш вопрос не должен оскорблять или обвинять. Во-вторых, он не должен содержать скрытых предположений или допущений (быть двусмысленным). В-третьих, он должен быть точным, иначе в ответ на вопрос «Ты знаешь, который сейчас час?» вы получите прямой и честный ответ: «Да», который не даст вам желаемой информации. В-четвертых, вопрос не должен загонять человека в угол.


Задание № 1.

Группа выбирает любой вопрос, например, «как дела?», «какая сегодня погода?» и т.п. Каждому участнику дается лист бумаги, на котором написано, какую реакцию собеседника необходимо вызвать. Другие члены группы не знают о его задании. После выполнения необходимо обсудить ситуацию, и оценить, насколько удачным было выполнение задания.

  1. Получите необходимую Вам информацию

  2. Привлеките внимание партнера

  3. Установите факты

  4. Сообщите информацию

  5. Запустите мышление партнера (заставьте его задуматься)

  6. Побудите партнера к принятию решения

  7. Вызовите раздражение (гнев) собеседника

  8. Вызовите приятные эмоции у партнера (радость, восхищение)

  9. Выразите свое отношение к собеседнику

  10. Упрекните собеседника

  11. Поставьте собеседника в неловкое положение


Задание № 2.

Задание рассчитано на двух участников. Одному из них дается лист бумаги с описанием той информации, которую он не должен раскрывать по собственному желанию, при этом не допустимо давать ложные сведения или отказываться отвечать. Задача второго игрока: получить информацию.

Пример № 1. Ваш начальник второй раз за три месяца лишает Вас премии. Когда в первый раз Вы спросили его об этом, он раздраженно буркнул, что он - начальник, и его решения не обсуждаются. Теперь Вы направляетесь к нему, чтобы отчитаться в выполнении задания, и снова задать вопрос о премии.

Пример № 2. Ваш муж (жена) приходит домой позже обычного, в приподнятом настроении. На прямой вопрос, «где ты был (а)» отвечает уклончиво: «были дела» и уходит в другую комнату, или начинает звонить по телефону. Вы знаете, что в случае давления человек может обидеться или уйти в себя.


3.2. Ответы.

Ложь — удел рабов, свободные люди должны говорить правду.

Ш. Монтень

Хороший переговорщик должен не только правильно задавать вопросы, но и уметь дипломатично отвечать на них (или уходить от ответа), при этом он должен быть убедительным. Убедительность, однако, базируется на уверенности в своих словах. А уверенность может быть только в том случае, если вы говорите правду. Обман и ложь ведут к утрате доверия, без которого невозможно достичь разумного соглашения и добиться его выполнения. В то же время переговорщик не может быть полностью открытым, не может раскрывать все свои карты. Существуют способы сохранять конфиденциальность информации, не прибегая к откровенной лжи.

Например, можно воспользоваться советом Отто фон Бисмарка, который заявил, что «иногда лучшим способом обмануть является сказать правду». Одним из вариантов является неполный ответ, например: «Знаете ли Вы, который час?»,- «Знаю». Еще один способ - это дать неточный ответ, подменить предмет вопроса или перефразировать его. Весьма распространенным является уход от ответа при помощи не только фразы: «без комментариев», но и очень пространного ответа (что должно отбить желание задавать дальнейшие вопросы), обезоруживающая похвала или лесть, шутка, ответ вопросом на вопрос. Самый же изощренный способ - это оставить у собеседника впечатление, что вы ответили на вопрос, руководствуясь его допущениями, а не своими (т.е. введение в заблуждение). О чем идет речь? Дело в том, что одни и те же идеи мы воспринимаем по-разному, а в одни и те же слова вкладываем разный смысл. У каждого из нас имеется багаж подсознательных скрытых предположений (например, в самих словах «восход» и «закат» заложено скрытое допущение о том, что солнце вращается вокруг Земли), которые постепенно начинают казаться непреложными истинами. Зачастую много времени на переговорах тратится из-за того, что обе стороны по-разному понимают факты, исходя из собственных допущений. Различие в восприятии можно использовать и для ухода от ответа. Например, у вас, и у вашего собеседника разное восприятие того, что является предосудительным. Когда вы пытаетесь что-то от него скрыть, он делает выводы, основываясь на собственных допущениях, и зачастую сам вводит себя в заблуждение.

Таким образом, способами ухода от ответа на неприятные вопросы могут быть уловки, умолчания, намеки, порождающие неверное впечатление, ложная расстановка акцентов, формализм, различные речевые штампы.


Задание № 3.

Вернитесь к ситуациям, описанным в задании № 2 раздела 2.1. Первый игрок по-прежнему стремится получить ответ на вопрос. Задача второго игрока - не давая ответа на прямо поставленный вопрос, но и не обманывая, оставить у собеседника впечатление ответа.


Задание № 4. Ролевая игра «Контрабанда»10

Вводная часть: ведущий предлагает рискнуть поучаствовать в предстоящей игре нескольким желающим. На вопросы о том, что, собственно предстоит, ведущий конкретно не отвечает, ограничиваясь репликами о появившейся возможности рискнуть. Участники получают полные инструкции, лишь решившись взять на себя предложенные роли.

Правила: ведущий сообщает, что вызвавшиеся участники будут изображать туристов, стремящихся провести через таможню контрабанду. Контрабанда - это конкретный небольшой предмет, спрятанный в одежде одного из «туристов». Какой это предмет, кто из «туристов» спрячет его на себе, решат они сами за дверью. Когда они возвратятся в группу, остальные участники должны будут угадать того «туриста», который везет «контрабанду». Для облегчения угадывания можно задавать «туристам» любые вопросы, обвинять их, совестить, разоблачать, упрашивать дать честные показания и т.д. «Туристы» могут отвечать на атаки спрашивающих так, как им нравится. Задача того, кто играет роль «туриста» - убедить группу не доверяющих ему людей, что он заслуживает доверия.

Описание игры: «туристы», договаривающиеся за дверью, получают от ведущего некоторую помощь и подсказки. Так, ведущий предлагает «туристам» взять на себя роли, отвлекающие внимание группы. Один из «туристов» может стремиться выглядеть взволнованным, говорливым, возбужденным, оправдывающимся. Другой - защищать и оправдывать кого-то из «соучастников», когда подозрение падает на этого «соучастника», и т.д. Задача настоящего обладателя контрабанды - ничем не привлекать к себе внимание, быть персоной, неинтересной ни с какой стороны. Общая задача каждого «туриста» - убедить группу в том, что подозрения по отношению к нему беспочвенны.

Завершение игры и обсуждение. Обсуждение полезно начать, предложив высказаться «туристам». Они могут поделиться с группой переживаниями, возникшими по ходу их допроса. Затем тот член группы, кому удалось угадать истинного обладателя контрабанды, может пояснить, что вызвало его наибольшее подозрение, что бросилось в глаза, обратило на себя внимание в поведении «туристов». После этого высказываются остальные.

Основная задача: высказать догадки относительно способов убеждения, особенностей наблюдения за людьми и их расспросов.

Иногда бывает полезным повторить игру. Во втором туре участники обмениваются ролями и пытаются использовать на практике те выводы, к которым они пришли после первого тура.


4. Стратегия и тактика на переговорах.


4.1. Стратегия

Можно выделить две основные стратегии переговоров: торг и совместный с партнером поиск решения проблемы (принципиальные переговоры11). В первом случае речь идет о переговорах как об «игре с нулевой суммой», т.е. имеются проигравшие и победители, во втором случае достигается взаимовыгодное соглашение, и все участники оказываются в выигрыше.

Стратегия торга может быть двух видов: «жесткая» и «мягкая», разница заключается в готовности сторон идти на уступки и соглашаться на компромисс. При «жестком торге» активно используется фактор силы, при мягком торге спорные вопросы стараются обойти. При «жестком торге» участники переговоров воспринимают друг друга как противников, основная цель переговоров видится в победе любой ценой, при этом возможно использование некорректных и запрещенных средств. При «мягком торге» участники переговоров воспринимают друг друга как партнеров, для них приоритетно сохранение хороших отношений между собой даже в ущерб результату. Соглашения, принятые по результатам перего­воров по принципу «игры с нулевой суммой» представляют собой компромиссы, зачастую временные.

При стратегии «принципиальных переговоров» участники являются партнерами в совместном поиске решения проблемы. Эта стратегия основывается на четырех базовых принципах: 1) разделение межличностных отношений и предмета переговоров; 2) обсуждение не позиций, а интересов, что стоят за ними; 3) творческое изобретение взаимовыгодных вариантов соглашения; 4) использование объективных критериев.

Применение принципиальной стратегии более эффективно и конструк­тивно по сравнению с торгом, однако требует высокой квалификации переговорщиков и взаимного настроя на сотрудничество. В реальной практике ведения переговоров практически невозможно встретить «чистый» торг или «чистые» принципиальные переговоры, как правило, обычно обе стратегии реализуются одновременно.

4.2. Тактики переговорного процесса

Тактика - это способ достижения цели. Тактика зависит от выбранной вами стратегии. В научной литературе описано огромное количество переговорных тактик, в настоящем же издании мы хотим обратить ваше внимание на ключевые используемые приемы, которые возможно развить или на их основании придумать свои собственные варианты.








Примеры тактических приемов, используемых при стратегии «торга».

I. Первый этап: зондирование. Задача: раскрыть позицию партнера, не открывая полностью свою.

Тактика «завышения первоначальных требований»: участники переговоров запрашивают больше, чем реально надеются получить.

Тактика «расстановки ложных акцентов в собственной позиции»: суть данного тактического приема заключается в том, чтобы продемонстрировать партнеру по переговорам крайнюю заинтересованность в решении вопроса, который для вас является второстепенным. В ходе дальнейших переговоров требования по данному вопросу снимаются, но снятие требований подается как уступка, взамен которого требуют уступку по другому вопросу.

Тактика «ухода» (выжидания, отсрочки, молчания)12: цель применения - вынудить партнера первым давать информацию, не принимать ни аргументов, ни альтернатив другой стороны, откладывать собственные аргументы и решения на более поздний срок. Разновидностями его применения могут быть:

  • ссылка на третью сторону как обоснование отказа двигаться вперед;

  • игнорирование вопросов и предложений;

  • ответ не по существу обсуждаемых проблем;

  • уход с переговоров;

  • возвращение предложений для доработки, откладывание решения, уклонение от борьбы: уход или неопределенный ответ.

Тактика «загадки»: сущность ее заключается в том, что другой стороне отправляются противоречащие друг другу послания (например, «мы готовы вас выслушать…мы не можем согласиться с тем, чтобы вы возвращались к этому вопросу»). Одна из разновидностей этой тактики - так называемый «троллоп»: партнеру делаются два предложения одновременно, при этом принимается в качестве основы для дальнейшего обсуждения то, которое выгодно нам (в качестве примера можно привести переписку между Н.Хрущевым и Дж.Кеннеди во время Карибского кризиса).

II. Второй этап: обсуждение позиций. Задача: выторговать максимальные уступки

Тактика «дисквалификации»: вместо обоснования истинности или ложности выдвигаемого стороной аргумента другой участник пытается давать оценку достоинств или недостатков партнера по переговорам (переход на личности). Разновидностями применения данного тактического приема могут быть:

    • личные выпады («что-то Вы плохо выглядите, нервничаете?», «я слышал, у Вас нелады с начальством?»);

    • клевета;

    • преднамеренный обман: ложные факты, ложные полномо­чия, применение так называемого обманного консенсуса («мы все одна большая семья», «дружба превыше всего» и т.п. выражения);

    • шантаж;

    • насмешка;

    • слухи;

    • скандал.

Тактика «вины»: оппоненту указывается на его «ошибку», ему демонстрируется в весьма драматичной форме весь размах нанесенного переговорам (сотрудничеству, взаимопониманию) ущерба, затем следуют постоянные упреки, перемежаемые напоминаниями о важности той миссии, в которой все собравшиеся призваны участвовать.

Фальшивые факты. Неполное раскрытие фактов не является обманом, более того, честные переговоры вовсе не требуют полного раскрытия замыслов. Однако использование фальшивых фактов на переговорах может привести к их срыву, или к полной утрате доверия между участниками.

Использование недопустимых с логической точки зрения аргументов. К наиболее распространенным относятся аргументы к авторитету («N сказал, что А, N - авторитет, следовательно, А - истинно») и аргументы к массам («всем известно, что А, следовательно, А - истинно).

Тактика «растущих требований»: сущность понятна из названия - повышение требований с каждой последующей уступкой.

Тактика «хороший полицейский, плохой полицейский» является психологической манипуляцией, призванной заставить вас согласиться на предложения «хорошего парня» только потому, что он представляет собой контраст «плохому».

Тактика «затвор» или тактика «цып-цып»: оппонент укрепляет свою позицию, просто ослабляя контроль за ситуацией. Например, весомым аргументом в переговорах является невозможность контролировать толпы демонстрантов на улице, выступающих в поддержку той или иной позиции.

Психологическая война - термин, включающий в себя самые разнообразные тактики. Смысл их заключается в создании стрессовых ситуаций для противоположной стороны при помощи дискомфортных условий и обстановки на переговорах, неудобного времени заседаний, отсутствия зрительного контакта во время беседы и т.д.

III. Третий этап: согласование позиций. Задача: закрепить достигнутые выгоды.

Тактика «сюрприза» заключается во внезапных резких изменениях поведения одного из участников переговоров. Например, сторона идет на принятие решение, которое категорически отрицала до того, резко меняет метод ведения переговоров, состав делегации, лидера, либо меняется интонация, тембр, громкость голоса переговорщика и т.п. Ее цель заключается в том, чтобы обескуражить оппонента, выиграть время, взять инициативу в свои руки.

Тактика «давления»: разновидностями ее могут быть угрозы; ложные угрозы (блеф); ультиматум («берите ручку и пишите», «или соглашайтесь, или мы уходим»). Применение давления и угроз может иметь результат, но если они не имеют под собой реальных оснований, то теряют силу и, скорее всего, не смогут быть применены еще раз. Соглашения, основанные на угрозах, являются вынужденными, следовательно, непрочны и недолговечны. В критических ситуация лучше применять предупреждение, а не угрозу.

«Неясные полномочия»: после достижения договоренностей выясняется, что одна из сторон должна у кого-то заручиться одобрением для принятия окончательного решения.

«Неуступчивый партнер». Суть тактики заключается в апеллировании к жесткости и неуступчивости партнера, не присутствующего на переговорах, для получения больших уступок, например: «я согласен на ваши предложения, но моя жена их не примет».

Тактика «двойного толкования»: в соглашение по итогам переговоров сознательно закладывается двойной смысл, не замеченный партнером. При этом договоренность вроде бы не нарушается, однако выгодна она лишь одной стороне.

Тактика «выдвижения требований в последнюю минуту»: в момент, когда переговоры близки к завершению и остается только подписать соглашения, выдвигаются новые требования.

Тактика «пакета» (пакетирования, увязки): несколько вопросов повестки дня увязываются и предлагаются к рассмотрению в виде «пакета» («продажа в нагрузку»). В результате предлагается обсуждать не отдельные предложения, а их комплекс. Сторона, предлагающая «пакет», рассчитывает, что другая сторона, будучи заинтересована в нескольких предложениях из «пакета», примет и остальные. В случае отказа есть возможность реализовать пропагандистскую функцию, выдвинув обвинения в нежелании партнера по переговорам вести конструктивный диалог.

Тактика «салями»: название данный тактический прием получил по аналогии с известным сортом колбасы, которую принято нарезать очень тонкими слоями. Сущность применения этого приема - предоставление партнеру по переговорам информации очень небольшими порциями, либо требование уступок «по чуть-чуть». Цель применения этой тактики - измотать партнера.

Тактика «Талейрана»: разделить союзников, эксплуатируя их разлад и опасения; победить противостоящих союзников, подчеркивая общность интересов.

«Свершившийся факт»: партнера просто ставят перед фактом, либо заранее разглашают какую-либо информацию, таким образом, усиливая свою позицию.


Примеры тактических приемов, используемых при стратегии принципиальных переговоров.

Тактика «пробного шара»: данный тактический прием состоит в том, что предложения на переговорах формулируются не в виде конкретного предложения, а в виде идеи («а что, если мы попробуем сделать так»), т.е. разделяется изобретение вариантов и принятие решения.

Тактика «вынесения спорных вопросов «за скобки»: сущность ее понятна из названия. Переговоры ведутся, и соглашение заключается только по той части проблем, по которой нет разногласий, спорные вопросы не рассматриваются или откладываются.

Тактика «постепенного повышения сложности обсуждаемых вопросов»: ее применение предполагает идти от вопросов, вызывающих наименьшие разногласия, к более сложным. К положительным сторонам применения такой тактики можно отнести то, что по мере обсуждения вопросов растет доверие, создается благоприятный психологический фон.

Тактика «пирога»: применение данной тактики эффективно при проведении переговоров по разделу чего-либо (например, территории). Ее сущность заключается в том, что одна сторона предлагает принцип раздела и проводит раздел, а другой выбирает (один делит «пирог», а другой выбирает себе кусок). Прием предполагает, что одна сторона, опасаясь получить меньший «кусок», будет стремиться к тому, чтобы делить как можно точнее.

Тактика «блока»: может применяться и применяется, как правило, при проведении многосторонних переговорах. Сущность ее применения в том, что партнеры по переговорам, имеющие общие интересы, выступают единым блоком. Сначала согласовываются действия внутри блока, затем - между блоками.

Тактика «одного текста»: составляется проект соглашения и предлагается сторонам на обсуждение: они могут вносить поправки, добавлять и убирать то, что им не нравится. После всех возможных согласований сторонам предлагается окончательный текст, который они должны принять или отвергнуть. Смысл этой тактики заключается в том, что критиковать всегда легче, чем вносить свои предложения.


4.3. Как защититься от психологического давления и использования нечестных уловок на переговорах? НАОС

Как определить предел, после которого вы уже не можете идти на дальнейшие уступки? Как не позволить другой стороне переиграть вас при помощи изощренных тактик, психологического давления и силового преимущества? Этим пределом становится НАОС13 - наилучшая альтернатива обсуждаемому соглашению. НАОС - это вариант действий в случае срыва переговоров. НАОС устанавливает предел, ниже которого мы не можем опускаться, являясь, таким образом, защитой от «плохого» соглашения. Для того, чтобы определить свою НАОС, необходимо выявить весь спектр альтернатив переговорному решению, выбрать самую перспективную из них, тщательно ее разработать, и попытаться осуществить на практике (чтобы проверить, насколько она реализуема). Именно с этой перспективой вы и будете сравнивать все предлагаемые на переговорах решения. Если ваша альтернатива лучше того, что вам предлагает партнер, то можно ознакомить его с этим фактом и получить, таким образом, дополнительный аргумент на переговорах. Если вы знаете альтернативы переговорному решению другой стороны, то вам легче будет спрогнозировать, на какие уступки они пойдут, а на какие - нет.


Документ 3.


Московские переговоры об установлении дипломатических отношений между ФРГ и СССР (сентябрь 1955 г.) 14


Инициатива установления нормальных отношений с ФРГ принадлежала, бесспорно, советскому правительству. Она была ясно выражена в ноте от 7 июня 1955 г., переданной правительству ФРГ советским посольством в Париже через германского посла фон Мальцана…Советское правительство исходило из того, что установление дипломатических отношений позволит приступить к урегулированию проблем, касающихся всей Германии, а также наладить взаимовыгодные экономические связи. Правительство ФРГ, судя по мемуарам К.Аденауэра, также понимало необходимость нормальных отношений со странами Восточной Европы, прежде всего с СССР, но хотело обусловить нормализацию согласием советского правительства на проведение «свободных выборов» во всей Германии, а в качестве первого шага хотело добиться освобождения «из плена» германских граждан. Канцлер К.Аденауэр по-своему истолковал предложение Советского правительства как подтверждение правильности его курса: сначала усиление позиций и достижение согласия с западными державами, потом переговоры с позиций силы с Москвой. В советской ноте 7 июня было высказано приглашение федерального канцлера в Москву для переговоров. 9 июня в интервью агентству ЮПИ К.Аденауэр заявил о готовности к встрече с советскими представителями, но после предварительного обмена мнениями и выяснения некоторых вопросов.

Исследователи истории дипломатии отмечают, что канцлер К.Аденауэр оказался перед дилеммой: принять приглашение и добиться успеха, или отказаться от приглашения и предстать перед немцами в роли «слабака», упустившего реальный шанс. Позже К.Аденауэр вспоминал: «Если бы я не поехал в Москву…». Что ехать в Москву необходимо, это стало ясно канцлеру довольно скоро, более того, у него сложилось твердое убеждение в этом. Но дипломаты долго взвешивали: когда это лучше предпринять? Было решено поехать в Москву после встречи 4-х держав на высшем уровне в Женеве.

Западные державы пошли на совещание в Женеве в июле 1955 г. с целью приглушить резонанс на предложения СССР по сокращению вооружений и смягчению напряженности. Советская дипломатия, естественно, хотела закрепить послевоенный статус-кво и добиться признания ГДР. С июня по сентябрь в течение трех месяцев германская дипломатия имела возможность не только взвесить все «за и против» поездки в Москву, но и программу переговоров. Программа переговоров в Москве имела два ключевых требования: репатриации германских граждан и свободных выборов в Германии.

Для согласования линии поведения с западными державами канцлер отправился прежде всего в США, где обстоятельно обсудил ситуацию с госсекретарем Дж.Ф.Даллесом. План действий был построен на предпосылке, что система европейской безопасности может быть создана только после воссоединения Германии, что нейтрализация Германии абсолютно неприемлема. В беседе с президентом Д.Эйзенхауэром канцлер ФРГ получил заверения, что в Женеве Москва не получит никаких поблажек. На обратном пути канцлер остановился в Лондоне и провел беседу с премьер-министром А.Иденом. Так была согласована дипломатическая линия.

Ответную ноту правительство ФРГ направило советскому правительству лишь 30 июня. В ноте выражено согласие на обсуждение вопроса об установлении дипломатических, торговых и культурных отношений между обеими странами, правда, с оговоркой, что необходимо уточнение некоторых вопросов и выяснение последовательности их рассмотрения. Нота была весьма лаконичной, можно сказать, лапидарной: всего 12 строк. В США нота получила позитивную оценку как образец дипломатии перед лицом «потенциально опасного советского приглашения» («Нью-Йорк Таймс»).

Женевское совещание 17-23 июля 1955 г. было использовано германской дипломатией для зондажа позиций СССР. По просьбе К.Аденауэра А.Иден поставил перед главой советского правительства вопрос об освобождении немецких военнопленных. Ответ был соответственно кратким: в СССР нет теперь военнопленных, а лишь осужденные в соответствии с союзными договоренностями на длительный срок военные преступники. Дело в том, что еще 5 мая 1950 г. советское правительство объявило, что возвращение немецких военнопленных, исключая больных и осужденных, закончено. Здесь следует отметить, что в мае 1955 г. советское правительство денонсировало англо-советский договор 1942 г. и союзные отношения между СССР и Великобританией стали историей.

В ходе обмена нотами в августе 1955 г. между правительствами СССР и ФРГ были намечены сроки проведения переговоров: конец августа - начало сентября. Советская сторона предложила в повестку дня следующие вопросы: 1. согласование документа об установлении дипломатических отношений; 2. выработка и заключение торгового договора; 3. налаживание культурных связей на основе специальной конвенции. Особо следует отметить, что советская дипломатия подчеркнула, что было бы целесообразно не выдвигать никаких предварительных условий «ни той, ни другой стороной». На советскую ноту от 3 августа правительство ФРГ ответило 12 августа, предложив начало переговоров на 9 сентября. Не называя свои предложения предварительными условиями, германская сторона тем не менее высказала пожелание обсудить вопрос о национальном единстве немцев, освобождение немцев, которые еще удерживаются в настоящее время на территории «или в сфере влияния» Советского Союза. Она рассматривала эти вопросы как «элемент» нормализации отношений.

Мотивы готовности к переговорам взвешивала и та, и другая сторона. Из суждений советских участников событий того времени представляет интерес мнение первого посла СССР в Бонне А.В.Зорина. В беседе с исследователем темы А.И.Степановым (ныне послом РФ в Швейцарии) В.А.Зори выделял не только соображения международного положения ФРГ, но и экономические потребности. Установление отношений с СССР было для ФРГ одним из факторов уверенного выхода на мировые рынки и в конечном счете - экономического чуда, поскольку обеспечивало ФРГ стабильность в Европе. Особенность ситуации перед переговорами в Москве заключалась в том, что именно в июне 1955 г. К.Аденауэр сложил с себя исполнение обязанностей министра иностранных дел и назначил 7 июня на должность министра иностранных дел Хайнриха фон Брентано (1904 г.рожд.), бывшего до этого лидером фракции ХДС\ХСС в бундестаге. Для него подготовка к переговорам в Москве стала первым значительным делом в дипломатическом ведомстве. Тактику на переговорах в Москве он наметил в письме канцлеру удивительно просто: выслушать советские предложения, но отклонить немедленные решения. Ведь переговоры тем и отличаются от бесед и обмена мнениями в ходе визитов, что они имеют повестку дня и должны увенчаться конкретными решениями. Это лучше нового министра иностранных дел понимал канцлер. Ему нужен был конкретный результат. Х. фон Брентано рекомендовал составить небольшую делегацию, и, по возможности, из лиц, которые не обладают большим политическим весом. И эту делегацию должен был возглавить сам канцлер! Именно по этим соображениям в делегацию не был включен министр экономики Л.Эрхард: чтобы отодвинуть решение экономических вопросов на время…после воссоединения Германии. Совершенно ясно, если бы К.Аденауэр не поехал сам, а поручил делегацию Брентано, переговоры были бы безрезультатными.

В конце августа К.Аденауэр провел совещание с лидерами фракций бундестага, чтобы заручиться их поддержкой. Публично К.Аденауэр заявил, что целью поездки в Москву он считает освобождение немцев из заключения. При этом в прессе обсуждались планы освобождения «сотен тысяч» немцев. В списки подлежащих освобождению включили всех пропавших без вести. Между тем в ноте 19 августа советское правительство согласилось со сроками проведения переговоров, начиная с 9 сентября, и выразило готовность к «обмену мнениями» по вопросам национального единства немцев, равно как и по другим вопросам, интересующим германское правительство. Темы переговоров и темы обмена мнениями были, таким образом, ясно обозначены. В самом конце августа в Бонн пожаловал помощник госсекретаря США Л.Мерчэнт с целью получения информации о намерениях канцлера на переговорах в Москве. Между тем, полной ясности в этом отношении не было у самого канцлера.

В советском дипломатическом ведомстве тщательно готовились к встрече делегации во главе с К.Аденауэром, взвешивая не только политические, но протокольные моменты. Протокольный отдел МИДа, возглавляемый Ф.Молочковым, учел все существенные пожелания германских дипломатов, за исключением одного - остановить на три дня движение на улице, прилегающей к стоянке спецпоезда на путях Ленинградского вокзала. Группа германских экспертов во главе с фон Чиршке, побывавшая в Москве 23-24 августа 1955 года., согласовала все до деталей относительно прибытия и пребывания делегации ФРГ. Предусмотрительность проявлена (отметим это) до установления дипломатических отношений. Если официальная делегация в известном составе насчитывала примерно 20 человек, включая сопровождающих лиц, то дипломатическая миссия в целом насчитывала 140 человек. Заранее были согласованы детали не только прибытия официальной делегации в аэропорт Внуково на двух самолетах: один - с министром Х.Брентано на борту в 16.15, второй - с К.Аденауэром в 17 часов, но и стоянка специального поезда на Ленинградском вокзале, размещение сопровождающих лиц в гостинице «Советская» и т.д. По понятиям традиционной российской дипломатии прибывало «великое посольство» еще не признанного, но суверенного государства. Дипломаты действовали, не ущемляя никак интересы и даже амбиции германской стороны в лице ФРГ. Советская сторона не ставила вопроса признать или не признавать ФРГ, признав ее как бы априори. К. Аденауэр через своих представителей уведомил, что не выедет из Бонна до тех пор, пока не получит программу пребывания.

В указаниях к переговорам, проект которых готовился в МИД СССР, исправленный вариант которого находится в АВП СССР, в качестве главной задачи определено установление дипломатических отношений как «важный шаг» к взаимопониманию и сотрудничеству. Намечена форма установления дипломатических отношений - обмен идентичными письмами глав правительств. По вопросам развития торговых отношений предусмотрен обмен мнениями. Рекомендовано высказаться за сотрудничество в области культуры, науки и техники. Инструкция предписывала: «В случае, если делегация ГФР не согласится на установление дипломатических отношений, а предложит создание комиссии из представителей ГФР и СССР для рассмотрения неурегулированных вопросов, - отклонить это предложение, заявив, что оно может быть понято как выдвижение каких-то предварительных условий для установления дипломатических отношений, с чем советская сторона не может согласиться.

Предусмотрена была и такая возможность: «В противовес попыткам делегации ГФР превратить обмен мнений по вопросу о восстановлении единства Германии в основную тему переговоров по общеполитическим вопросам выдвинуть на обсуждение вопрос о создании системы коллективной безопасности в Европе, руководствуясь при этом предложениями СССР, выдвинутыми на Женевском совещании Глав правительств четырех держав».

В Архиве Внешней политики СССР, в Фонде, относящемся к переговорам между СССР и ФРГ, имеется «Политическое письмо к вопросу о позиции Англии в связи с поездкой Аденауэра в Москву», подписанное советским послом в Лондоне Я.Маликом 31 августа 1955 г. В записке отмечено, что в Бонне исходят из того, что англичане потеряли интерес к объединению Германии; в то же время Англия вместе с США обещают Аденауэру поддержку в требовании возвращения германских граждан и даже возвращения «бывших германских территорий, расположенных к востоку от линии Одер-Нейссе». Обе державы, по мнению советского посла в Лондоне, не желают позитивного исхода переговоров в Москве Доказательством этого служили высказывания Д.Эйзенхауэра и Д.Ф.Даллеса 24 и 25 августа 1955 г. В «Политическом письме» отмечено, что в последние дни британская пресса особенно упорно подчеркивает мысль: в московских переговорах Аденауэр поставит нормализацию отношений между ФРГ и СССР в зависимость от того, будет ли достигнут прогресс в вопросе объединения Германии. Обмен послами означал бы для Бонна признание разделения Германии на два государства на длительное время. Западные державы полагали, что предотвратить нормализацию отношений между ФРГ и СССР можно выдвижением на первый план вопроса об объединении немцев, сделав это условием создания системы безопасности в Европе.

Позиция Великобритании была выражена в выступлении А.Идена 27 августа в Варвикшире: «Английское правительство по-прежнему придерживается того мнения, что в Европе не может быть обеспечена безопасность, пока Германия остается разделенной. Россия придерживается другой точки зрения; но если стороны направятся в Женеву с намерениями попытаться достигнуть урегулирования, то я уверен, что они смогут сблизить позиции». Советский посол сообщал в Москву: «По последним сведениям, полученным мною 31 августа, наибольшее беспокойство английское правительство проявляет по поводу того, что Аденауэр имеет намерение предложить в Москве неограниченные поставки Советскому Союзу продукции тяжелой индустрии Рура». Англичане опасаются, что немцы «перехватят» возможности экспорта товаров. Над англичанами витает «дух Рапалло». Они будут пытаться помешать достижению соглашения между ФРГ и СССР. Англичане, по мнению советского посла, будут обещать Аденауэру не только полное равноправие в Североатлантическом союзе, но и доступ на британские рынки. Все это предназначено для того, чтобы помешать достижению согласия между Советским Союзом и Западной Германией. Оценивая позиции ФРГ, посол Я.Малик отметил в «Политическом письме» от 31 августа: «Аденауэр стремится усилить свою позицию в предстоящих переговорах путем обеспечения себе поддержки не только правительственных, но и оппозиционных партий, тем самым надеясь снять с себя личную ответственность в случае неудачи переговоров».

В Лондоне, как и в Бонне, понимали, что осуществление национальных стремлений к объединению Германии зависит от СССР. Шансы на успех Аденауэра в Москве были значительными, если он не связывал себя с выдвижением нереальной задачи немедленного решения проблемы единства немцев. Газета «Айриш Таймс» 12 августа 1955 г. отметила: «отказ от поездки в Москву вызвал бы бурю протеста и мог бы привести к падению Аденауэра».

В справке, составленной в МИД СССР перед приездом делегации ФРГ и предназначенной для политических руководителей страны, отмечены деловые и личные связи федерального канцлера: личная дружба с банкиром Пфердменгесом, родственные связи с верховным командующим американскими войсками в Западной Германии генералом Маклоем, наконец, деловые отношения с банкирскими домами Шредера и германо-американским домом Варбург. Личные качества Конрада Аденауэра выражены кратко, но ясно: «Аденауэр - властолюбив, самоуверен и настойчив,, пользуется большим влиянием и поддержкой среди парламентских и деловых кругов. Несмотря на преклонный возраст, деятелен и вынослив». Как бы между прочим, вскользь отмечено, что почти 80-летний канцлер вдов и имеет от двух браков 7 детей: 4 сына и 3 дочери.

Хотя на переговорах К.Аденауэр заявил, что не выдвигает никаких предварительных условий, дипломатам в Москве было хорошо известно, что говорил канцлер во время вступления в НАТО и непосредственно перед переговорами в Москве. Так, 13 мая 1955 г. он высказался достаточно четко: «…Воссоединение Германии должно означать не только присоединение Восточной Германии, но и исконных немецких земель, расположенных к востоку от линии Одер-Нейссе». В конце июля (21 июля 1955 г.) федеральный канцлер твердо высказался за продолжение милитаризации ФРГ: «Германия никогда не будет участвовать ни в каком соглашении, включая соглашение о разоружении, если оно будет основано на расколе Германии».

Советской стороне было известно, что из первоначального списка германской делегации по воле канцлера был исключен министр экономики Л.Эрхард. Это было воспринято как нежелание обсуждать вопросы экономического сотрудничества, хотя в советскую делегацию был включен министр внешней торговли И.Г.Кабанов.

Германская делегация во главе с К.Аденауэром прибыла на внуковский аэродром 8 сентября 1955 г., где ее встречали члены правительства и дипломаты; среди них Н.А.Булганин, В.М.Молотов и другие. На следующие день, 9 сентября, переговоры открылись в особняке МИД на Спиридоновке. Протокольно точно рассказывать о дипломатических конференциях бывает интересно по свежим следам события. Историки, естественно, останавливаются на некоторых существенных моментах, имевших политические последствия. В данном случае имели значение некоторые моменты. После вступительных заявлений глав правительств с советской стороны было сделано предложение передать тексты заявлений для публикаций в прессе. Опытный политик К.Аденауэр тотчас усмотрел в этом возможность безрезультатного исхода переговоров, во всяком случае предположил, что другая сторона предусматривает такую возможность.

Собственно переговоры, которые вели делегации, конкретно В.М. Молотов и Х. фон Брентано, происходили в довольно напряженной атмосфере. Хотя К.Аденауэр и подчеркнул, что не выдвигает предварительных условий выдвижение им на первый план под видом нормализации воссоединения немцев и освобождения пленных, причем при подчеркнутой претензии говорить от имени всех немцев, конечно, насторожила советских представителей. Министр иностранных дел фон Брентано, полагавший, что переговоры идут «скорее плохо», высказал сомнения в возможности достичь договоренности. 12 сентября германские дипломаты предложили текст заявления, в котором переговоры названы первым шагом к дальнейшим усилиям по нормализации отношений. Советская сторона отказалась обсуждать такого рода заявление и поставила вопрос так: означает ли предложение германской стороны, что установление дипломатических отношений откладывается на неопределенный срок? В ответ Брентано заявил буквально следующее: «Ход переговоров до настоящего времени не дает возможности для быстрого установления дипломатических отношений». Наступательная тактика германской дипломатии натолкнулась на бетонную позицию советских представителей.

Глава делегации одобрил поведение министра, заметив, что тот якобы сказал, что невозможно установить дипломатические отношения «здесь и сейчас». В духе традиционной западной дипломатии у германской делегации был запасной вариант: установить «ограниченный контакт через дипломатических агентов», но не обмениваться послами. На заседании 12 сентября, во второй половине дня, К.Аденауэр все еще в наступательном стиле и требовательном тоне говорил об освобождении немцев из заключения. Он хотел получить уступки до установления дипломатических отношений, используя метод давления. После резких высказываний с советской стороны канцлер удерживал себя от того, чтобы не встать и не покинуть зал заседаний. Более того, он распорядился в конце дня подготовить самолет к отлету на следующий день, 13 сентября, т.е. на день раньше срока.

Вечером 12-ого и утром 13-ого сентября шел интенсивный обмен мнениями и поиски компромисса. Дилемма канцлера могла получить драматический исход: «Что же будет, если мы разъедемся, не придя к соглашению?» Во время прогулки в садике у особняка, канцлер выслушивал своих советников и взвешивал аргументы про и контра. Вернуться домой ни с чем было бы серьезным политическим конфузом. Надо было найти компромисс. На встрече министров иностранных дел, наконец, были согласованы краткие идентичные заявления, обмен которыми означал бы установление дипломатических отношений. Была найдена приемлемая формула: дипломатические отношения устанавливаются в форме обмена письмами, а советская сторона положительно рассмотрит вопрос о выезде германских граждан из СССР. В тот же день посол США Ч.Болен передал канцлеру личное послание президента Д.Эйзенхауэра, который выразил понимание доводов федерального канцлера. Между прочим, среди доводов канцлера существенное место занимали не только непризнание ГДР, но и границы по линии Одер-Нейссе. Хотя была согласована компромиссная формула, на заключительном заседании канцлер положил на стол совершено иной текст. Советская сторона после короткой, но острой дискуссии вернула бумагу немцам. Что значил этот жест канцлера?

На втором заседании переговоров 10 сентября глава советской делегации Н.А. Булганин заявил: «Вопрос о военнопленных федеральный канцлер г-н Аденауэр выдвинул в качестве первого вопроса. По нашему мнению, здесь имеет место недоразумение. Никаких немецких военнопленных в Советском Союзе нет. Все военнопленные освобождены и отправлены на родину. В Советском Союзе находятся лишь военные преступники из бывшей гитлеровской армии, осужденные советским судом за особо тяжкие преступления против советского народа, против мира и человечности. Действительно, таких еще осталось на 1 сентября в нашей стране 9 626 чел.»

Опытный политик Аденауэр прежде всего отметил, что он не выдвигает никаких предварительных условий, не выступает с «позиции силы», а главное - он говорил не о военнопленных, а о задерживаемых Советским Союзом немцах.

Активную роль на переговорах играл Н.С.Хрущев, внося периодически в ход переговоров оживление своими репликами примерно такого рода: «Вы, возможно, приехали в Москву с представлением, что здесь едят капиталистов…без соли». Отвечая на высказывание депутат бундестага К.Шмида, который призвал советских руководителей проявить великодушие и отпустить удерживаемых немцев, Н.С.Хрущев заявил: «Я - человек простой, в дипломатии не искушенный, хотя это очень хорошая наука и занятие, но хочу сохранить свою простоту и по-простому объяснить и поставить вопрос». Он напомнил, что не Советский Союз напал на Германию, что немцы совершали преступления на советской земле и осуждены по советским законам. ФРГ вступила в НАТО, которая направлена против СССР, а теперь просит у него великодушия. Главная мысль Н.С.Хрущева в его выступлении, однако, сводилась к желательности для СССР налаживать экономическое сотрудничество с ФРГ. Для историка загадкой остается зафиксированный в стенограмме факт: во время выступления Н.С.Хрущева министр В.М.Молотов подал реплику: «Утешаешь?», а затем - «Все это утешение?». Возможно, что эти реплики были продолжением разговора в ходе подготовки к переговорам.

Искушенный в дипломатии В.М.Молотов, а не Н.А.Булганин, был настоящим партнером К.Аденауэра на переговорах в Москве. Правда, между советскими руководителями роли были распределены четко: Н.А.Булганин играет роль гостеприимного хозяина, В.М.Молотов ищет компромиссные пути к главной цели - установлению дипломатических отношений «с сего дня», Н.С. Хрущев временами демонстрирует твердость державы-победительницы, перемежая серьезные заявления экстравагантными репликами. C германской стороны, очевидно, все нити были в руках К.Аденауэра. Предварительное распределение ролей тоже, видимо, имело место, однако ни один из членов германской делегации не проявлял никакой инициативы и самостоятельности, действуя только по указанию канцлера. Он чаще давал слово статс-секретарю В.Хальштейну, чем министру иностранных дел фон Брентано, который был назначен на должность министра за три месяца до переговоров. Наиболее острые ситуации складывались в результате вмешательства Н.С.Хрущева. Когда К.Аденауэр попытался заверить, что германская армия создается не для войны, Н.С.Хрущев заметил: «Дивизии создаются не для того, чтобы из них борщ варили».

Кульминацией переговоров было заседание в «узком составе»: Н.А.Булганин, Н.С. Хрущев, В.М.Молотов и В.С. Семенов - с советской стороне (в бумагах отмечено, что стенограмму этой встречи не вели). Это произошло 13 сентября с 10 ч. До 11.45. Еще и после этого совещания Н.А.Булганин ставит вопрос о советских перемещенных гражданах на территории ФРГ («лиц без гражданства»), называя их число: свыше 100 тысяч. В.М.Молотов ставит вопрос: в воздушное пространство нашей страны прилетают с запада воздушные шары, которые мешают полетам самолетов.

Ситуацию накалил до предела Н.С.Хрущев, заявивший, обращаясь к гостям, что если у вас нет готовности обсуждать основной вопрос - установление дипломатических отношений, то «тогда найдите другую аудиторию, чтобы здесь не утруждать нас». К.Аденауэр мгновенно реагировал на это заявление: «Это последнее приглашение подыскать себе другую аудиторию не является особенно вежливым». Однако, К.Аденауэр проявил выдержку и примирительно сделал оговорку: для установления дипломатических отношений ему надо получить согласие бундестага. Похоже, переговоры вошли в свое русло после решающего заявления Н.С.Хрущева.

Настаивая на немедленном установлении дипломатических отношений Н.С.Хрущев сделал встречный шаг, заявив: «Мы даем вам джентльменское слово, что всех заключенных (Вы их называете военнопленными, мы их называем военными преступниками) мы освободим по амнистии, как мы договорились, или же передаем вашему правительству как преступников, а ваше правительство, согласно вашей совести, согласно вашим законам, поступит с ними так, как найдет нужным».

После того, как между В.М.Молотовым и В.Хальштейном было согласовано, что тексты писем об установлении дипломатических отношений будут идентичными и формула простой: «устанавливаются дипломатические отношения» (без слова «немедленно» или «с сего дня»), на столе переговоров появился «третий» документ - заявление федерального канцлера К.Аденауэра, который гласил: «1. Установление дипломатических отношений между Правительством Федеративной Республики Германии и Правительством Советского Союза не является признанием территориального состава обеих сторон. Окончательное установление границ Германии предоставляется мирному договору. 2. Установление дипломатических отношений с Советским Союзом не означает никакого изменения правовой точки зрения Федерального правительства относительно его полномочия представлять германский народ в международных делах и что касается политических отношений в тех германских районах, которые в настоящее время находятся вне его эффективного суверенитета».

Советская сторона отклонила этот документ. Н.А.Булганин заявил: «Мы не можем приложить руки к этому заявлению. Поэтому я бы очень просил Вас, г-н Федеральный канцлер, взять это заявление обратно, и если Вы считаете нужным выступить на пресс конференции у себя дома, когда Вы прибудете к себе в Бонн, - это Ваше дело». В протокол внесена заметка: «Булганин возвращает Аденауэру его текст его заявления». Аденауэр бросает реплику: придется провести пресс-конференцию…

В завершение переговоров В.Хальштейн предлагает составить «маленькое сообщение для печати». На это К.Аденауэр в полушутливом тоне говорит: «Я согласен, но только при условии, чтобы господа министры были заперты в этой комнате до тех пор, пока они не выработают коммюнике». Н.С.Хрущев на это: «Двери можно запереть. От нас, - добавляет он, - Громыко и Семенов. Пощадим министра Молотова». В последний момент К.Аденауэр говорит: «Я должен добавить оговорку о согласии нашего парламента». Н.А.Булганин: «Мы добавим об утверждении в Верховном Совете». Н.С.Хрущев уточняет: «В Президиуме Верховного Совета». К.Аденауэр также уточняет: «Согласие бундестага и кабинета». Заседание окончено в 20.30. Подготовка окончательных текстов поручена дипломатам. В 21 ч.10мин. 13 сентября Н.А.Булганин и К.Аденауэр подписали письма и обменялись ими. В 21 ч. 14 мин. переговоры закончились.

По смыслу бумаги Аденауэра делалась оговорка, что установление дипломатических отношений не означает признания территориального состава обеих сторон, что неизменной остается правовая точка зрения: федеральное правительство представляет в международных делах всех немцев, весь германский народ. Эта претензия не получила признания. Московские переговоры увенчались принятием заключительного коммюнике и обменом идентичными письмами между главами правительств.

На пресс-конференции 14 сентября канцлер К.Аденауэр сделал заявление и передал текст своего заявления на заключительном заседании переговоров прессе. В соответствии с договоренностями, соглашение об установлении дипломатических отношений в форме обмена письмами было представлено на утверждение законодательными органами сторон. Бундестаг одобрил соглашение по представлению федерального правительства 23 сентября, а Президиум Верховного Совета СССР - 24 сентября 1955 г. Затем состоялся обмен дипломатическими представителями в ранге послов. Первым послом СССР в ФРГ был назначен опытный дипломат В.А.Зорин. Первым германским послом ФРГ в Москве стал Вильгельм Хаас.

Характерно, что К.Аденауэр исходил из того, что установление дипломатических отношений с СССР еще отнюдь не означает установления дружественных отношений, закрепленных в договоре. Известно, что уже вскоре правительство объявило о введение в действие т.н. доктрины Хальштейна, которая предусматривала определенные санкции в отношении тех государств, которые пошли бы на признание ГДР. Советский Союз через неделю после встречи в Москве с представителями ФРГ заключил первый государственный договор с ГДР (20 сентября 1955 г.), открывший перед ГДР перспективы полного восстановления суверенитета.

Советский Союз выполнил свое джентльменское слово: 28 сентября 1955 г. Президиум Верховного Совета СССР постановил досрочно освободить и отправить на родину 8 877 германских граждан, отбывавших наказание за военные преступления в годы войны, а 749 граждан, совершивших особо тяжкие преступления, были переданы правительствам ГДР и ФРГ в зависимости от места жительства до войны. При этом отмечалось, что Советское правительство учло просьбу президента ГДР, а также просьбу правительства ФРГ. В начале октября 1955 г. возвращенцы стали пребывать в Германию В лагере «Фридланд» (ФРГ) их принимали весьма радушно, используя гуманный акт Советского правительства для всплеска антисоветских настроений, для восхваления несломленного «германского духа».

Визит старого канцлера в Москву и установление дипломатических отношений с СССР был, несомненно, успехом, хотя и не триумфом К.Аденауэра. Налаживание экономических отношений шло весьма медленно. Лишь в 1958 г. удалось заключить торговый договор между ФРГ и СССР. Во второй половине 50-ых гг. правительство ФРГ проводило курс на создание военного потенциала (введение всеобщей воинской обязанности, формирование бундесвера) и укрепление своих позиций в НАТО. Конечно, нормализация отношений с СССР способствовала укреплению международных позиций ФРГ.

Основным оппонентом Аденауэра, по существу, (и по возрасту, и по опыту ведения дипломатических переговоров) были не Н.А.Булганин и не Н.С.Хрущев, а В.М. Молотов, хотя формально он был на втором плане, а в непосредственный контакт входил с Х.Брентано и В.Хальштейном. Дипломатическая команда СССР была, конечно, посильнее команды ФРГ, на которой заметен был отпечаток провизориума и начинающей свое восхождение дипломатии. В.М.Молотов имел большой опыт не только политического выживания в окружении И.В.Сталина, но жесткой, суровой государственной деятельности. В 1929-39 гг. он - глава советского правительства, затем с 1939 по 1953 г. - глава дипломатического ведомства. Молотов имел весьма значительный опыт ведения переговоров, в том числе с А.Гитлером и Й.Риббентропом, с У.Черчиллем и Ф.Рузвельтом, наконец, с американскими деятелями, типа Г.Трумена и Дж.Ф.Даллеса. Он был участником создания послевоенной системы международных отношений - Ялтинской и Потсдамской системы. Известно, как воспринимал Потсдам К.Аденауэр: как окшмар («альпдрук»).

Если германская делегация готовилась к переговорам под руководством самого канцлера, который до июня 1955 г. был одновременно и министром иностранных дел ФРГ, то советская делегация, конечно, под контролем партийного руководства, но в дипломатическом ведомстве под руководством В.Молотова, который после смерти И.В.Сталина и А.Я.Вышинского вновь возглавил МИД. Уже на подготовительной стадии, при выработке позиции на переговорах, В.М.Молотов определял задачи и даже тональность на переговорах. За три дня до приезда германской делегации в Москву, когда на стол министра положили подготовительные материалы, выработанные с участием знатоков германских дел, в частности, В.Семенова и Г.Пушкина, предложивших направить материалы партийному и государственному руководству, В.М.Молотов собственноручно синим карандашом сделал 6 сентября многозначительную пометку «Главу [справки] зап.г. [западногерманская] печать о переговорах в Москве следует поправить, т.к. она уклончиво реагирует на агрессивные планы Аденауэра на переговорах в Москве, не давая должной ориентировки». В.Молотов завизировал свою записку в краткой, как бы небрежной, спешной форме «В.Мо.».

Дипломатический опыт В.Молотова был востребован, когда переговоры казалось зашли в тупик, и понадобилось проведение совещания в узком кругу и без протокольной записи, где, видимо, и возникло «джентльменское слово» Н.С.Хрущева, воспроизведенное затем на заседании делегации. Между тем, В.Молотову пришлось разъяснять Х. ф. Брентано, что означает в международной практике нормализация отношений. Х. ф. Брентано еще утром 12 сентября продолжал настаивать на обсуждении вопроса о «задерживаемых немцах» и даже о «единстве немцев» вместо делового обсуждения главного вопроса - установления дипломатических отношений, точнее, способа или формы документа об этом. Он предложил рассматривать переговоры в Москве как «первый шаг» к дальнейшим «усилиям по сближению позиций» и поручить продолжение переговоров новым делегациям, которые стороны должны для этого образовать. В.Молотов отклонил тезис о «первых контактах» с представителями немецкого народа, сославшись на наличие полных дипломатических отношений с ГДР: «Мы рассматриваем вашу делегацию как представителей западной части Германии, а не всей Германии в целом». Он подчеркнул, что откладывание установления дипломатических отношений на какой-то неопределенный срок, а тем более назначение каких-то новых делегация для советского правительства неприемлемо, резонно аргументируя это тем, что если такие авторитетные делегации, какие встретились в Москве, не решат основной вопрос - установление дипломатических отношений, то что смогут сделать менее авторитетные делегации. В.Молотов был довольно категоричен: «Мы можем обойтись и без дипломатических отношений с ГФР, если она считает это несвоевременным». Настаивая на непременном обсуждении вопроса об «удерживаемых немцах», Х. ф. Брентано допустил некоторую оплошность, сказав, что готов обсуждать этот вопрос с участием премьера ГДР О.Гротеволя, а потом объяснял, что это не предложение, а лишь его личное мнение.

Упорство в достижении поставленной цели В.М.Молотов проявил и за столом переговоров со статс-секретарем В.Хальштейном. Стенограмма совещания от 13 сентября (с17.30), когда задача состояла в том, чтобы за короткий срок выработать заключительное коммюнике, зафиксировала скрупулезный разговор по формулировкам коммюнике. Многоопытный советский дипломат неустанно вникал во все нюансы обсуждаемого документа вплоть до последнего момента. В итоге этого заседания В.Хальштейн (не Брентано) позволили себе высказать суждение о партнере по переговорам.

В.Хальштейн: «Я знаю, что с Вами трудно вести переговоры, Вы - очень «жилистый партнер» в переговорах».

В.Молотов: «Я замечаю, что Вы не менее «жилистый».

В.Хальштейн: «Это - комплимент».

В.Молотов: «Вот мы и обменялись комплиментами. Коммюнике будем давать?».

Хальштейну ничего не оставалось, как внести предложение: пригласить глав делегаций прервать прогулку по парку у особняка на Спиридоновке и вернуться в зал заседаний для завершения работы.

В Архиве внешней политики СССР сохранилась запись «ответного слова» канцлера Аденауэра с бокалом в руке, очевидно, на приеме 13 сентября. На бумаге сделана заметка от руки: «Утверждено т.Молотовым» (конечно, имеется в виду подтверждение правильности записи). Согласно записи, федеральный канцлер выразил удовлетворение переговорами, особенно искренностью, откровенностью, а иногда и резкостью высказываний, особенно со стороны некоторых советских руководителей: «Мой сосед справа, господин Хрущев, очень откровенно высказывает то, что думает, и на этого человека можно положиться».

«Джентльменское слово» Хрущева, видимо, умиротворило канцлера: «Мы вернемся на родину с убеждением, что посещение Москвы было полезным делом и оставило у нас много приятных впечатлений». Заметив не без ехидства, что дипломаты не всегда бывают лучшими друзьями, почтенный канцлер поднял бокал, провозгласив здравицу: «За здоровье советского и германского народа». Он благодарил Н.Булганина за превосходную организацию пребывания немецкой делегации в Москве, но даже не упомянул В.М.Молотова. Тост, естественно, был встречен аплодисментами. В записи напечатано «Бурные аплодисменты», однако слово «бурные» вычеркнуто, очевидно, по указанию министра, «утвердившего» этот текст речи К.Аденауэра.

Одним из первых откликов на итоги переговоров в Москве было суждение корреспондента агентства ТАНЮГ Чулича, высказанное в беседе на аэродроме с Юрием Жуковым 15 сентября. По его сведениям, в западных посольствах не ожидали положительного исхода переговоров в Москве. Симптоматичным считали послание Д.Эйзенхауэра в критический момент переговоров, которым он поддержал жесткую линию К.Аденауэра. Чулич сказал Ю.Жукову: «Для Даллеса это очень тяжелый удар, так как он считал Аденауэра самым верным своим союзником. Кроме того, это очень затруднит его позицию в Женеве, поскольку Аденауэр фактически согласился с разделом Германии и теперь будет трудно».


Задание № 1.

Проанализируйте Документ 3. Как можно описать стратегию немецкой делегации? Как бы вы охарактеризовали стратегию советской стороны?


Задание № 2.

На основании Документа 3 составьте список тактических приемов, которые использовали обе стороны.


Задание № 3.

Исходя из Документа 3, какие позиционные преимущества имела каждая из сторон? Опишите стадии подготовки к переговорам немецкой и советской делегации.


Задание № 4.

На основании данных, приведенных в Документе 2, проанализируйте последствия провала переговоров для каждой из сторон. Опишите BATNA немецкой и советской стороны.






5. Подготовительный этап переговоров


Качественное планирование и тщательная подготовка обеспечивают до 70% успеха на переговорах. На этом этапе основное внимание уделяется сбору и анализу информации. Вы должны четко осознать собственные интересы и выработать позицию для переговоров; продумать стратегию и тактики; сформировать команду и распределить роли; в зависимости от позиции определить место проведения переговоров и условия, а также выработать повестку дня.


5.1.Содержательные стороны подготовки переговоров

Основное время при подготовке переговоров отводится на анализ проблемы, формулирование собственных интересов и целей, продумывание стратегии и тактик. Вы также должны подготовить множество документов: справок, досье, вариантов соглашения. При подготовке предложений необходимо продумать заранее аргументы, особенности восприятия тех, к кому они обращены, привлечь экспертов, проанализировать порядок изложения ваших предложений.

Основными методами подготовки к переговорам являются:

- балансный лист (расписываются плюсы и минусы всех решений): позволяет систематизировать все возможные варианты, сделать экспертный анализ, дать общую оценку решений;

- «мозговой штурм»: как правило, используется при изобретении вариантов согласования интересов;

- ролевые игры: позволяют отработать систему аргументации и возможные возражения противника; проверить собственные скрытые предположения; рассмотреть проблему с разных точек зрения.

Вот ключевые моменты, которые необходимо рассмотреть в процессе планирования и подготовки переговоров:

Чего мы хотим достичь?

  1. Какова наша основная цель? (анализ проблемы, диагноз ситуации, анализ наших потребностей и интересов)

  2. Что мы предполагаем получить в результате? (стратегия)

  3. Каков идеальный путь достижения этой цели? (тактики)

  4. Какие есть альтернативные варианты? (максимально возможное количество вариантов решения достижения основной цели)

  5. Кто является нашим партнером по переговорам? (анализ потребностей и интересов партнера, прогноз его позиции)

  6. Достаточно ли у нас фактических данных и информации для обоснования наших аргументов?

Как мы собираемся достичь поставленных целей?

  1. Какие у нас есть силовые ресурсы? Какие силовые ресурсы есть у противоположной стороны?

  2. Какие переговорные стили, стратегии и тактики мы собираемся использовать?

  3. Кто будет вести дискуссию?

  4. Кто будет проверять факты и работать над взаимопониманием?

  5. Какие вопросы мы должны задать?

  6. С какими эмоциональными проблемами нам предстоит столкнуться?

  7. Кто будет работать над снижением напряженности и проявлять заинтересованность людьми?

Что, если мы проиграем?

  1. Начнем ли мы переговоры сначала?

  2. Какие издержки и выгоды являются принципиальными?

  3. Какие иные стратегии будут возможны?


5.2.Организационные стороны подготовки переговоров

В дипломатических делах согласование места, времени и повестки дня переговоров занимает большую часть подготовительного этапа (как правило, несколько месяцев). Почему этому уделяется столь большое внимание? Дело в том, что место и условия ведения переговоров очень серьезно могут повлиять на их исход.

Место: Переговоры могут проводиться у одной из сторон или на нейтральной территории.

Преимущества проведения переговоров «у себя»:

- возможность получения одобрения у руководства по непредвиденным вопросам;

- наличие под руками собственных средств производства (техники, информационных ресурсов и т.п.), возможность заниматься другими делами;

- психологическое преимущество (для вас обстановка является привычной и комфортной).

Преимущества проведения переговоров «у них»:

- возможность посвятить все время переговорам без отвлечений на другие дела;

- возможность использовать дополнительное время (например, «придерживать» информацию, утверждая, что в данный момент она отсутствует, сделать перерыв, чтобы согласовать спорные вопросы со своим начальством и т.д.);

- все бремя подготовки и организационные обязанности ложатся на оппонента.

Физические условия:

Обращайте особенное внимание на условия и обстановку переговоров. Такие факторы, как освещение, температура воздуха, способ рассадки в зале для переговоров играют большую роль в создании комфортной или же, наоборот, стрессовой ситуации для участников переговоров. Кроме того, обстановка может повлиять на восприятие переговорщика его партнерами (например, человека, сидящего во главе стола более внимательно слушают, круглый стол или же размещение переговорщиков рядом друг с другом способствуют созданию партнерской атмосферы, размещение на разных сторонах стола влечет за собой восприятие друг друга как противников и т.д.). Различные неудобства (низкое кресло, необходимость тянуться за какими-то предметами - пепельницей, стаканом воды, слишком яркое или слишком скудное освещение) могут лишать человека уверенности, заставить его чувствовать себя более уязвимым.

Повестка дня:

В дипломатической практике переговоры по повестке дня могут длиться дольше самих переговоров по существу дела, что говорит о ее исключительной важности. Повестка дня дает вам контроль над процессом обсуждения. При помощи повестки дня вы можете контролировать то, что войдет, и то, что не выйдет в процесс обсуждения. Вы также можете влиять на порядок рассмотрения вопросов. Если вы нацелены на совместное решение проблемы, то лучше включать в повестку дня сначала те вопросы, по которым вам легче достичь соглашения, а трудные вопросы рассматривать в конце, когда уже сложилась конструктивная атмосфера. Желательно иметь перед началом переговоров свой проект текста соглашения.


5.3. Формирование делегации.

Делегация должна производить впечатление целеустремленной, сплоченной группы, здесь важна внешняя дисциплина, подчинение главе. Внутри - необходимо распределение ролей: можно поручить кому-нибудь из членов делегации следить за реакциями противоположной стороны (или держать в поле зрения реакции одного человека, например, руководителя). Элементарное: «хороший полицейский, плохой полицейский», например, жесткий лидер и «примиритель», «посредник» из состава делегации (на двусторонних переговорах высокого уровня такую роль исполняет, как правило, посол в стране пребывания, к нему обращаются за советом, консультацией).

Лидер - лицо, принимающее окончательное решение. Задача руководителя: сплотить группу, создать единую мотивацию, перед лицом противника все внутренние разногласия отходят на второй план. Необходимо помнить, что любой член делегации может бессознательно «разоблачить спектакль», выдать противоположной стороне внутреннюю информацию (ехидная улыбка, насмешка, закатывание глаз). Люди. Которые собирают информацию и оценивают предлагаемые варианты. «Вратарь» (держит ворота, не дает согласиться на невыгодное решение). Генератор идей. Тот, кто работает над созданием конструктивной обстановки и атмосферы.


Факторы успеха командной работы на переговорах

  1. Адекватная оценка способностей каждого из членов команды и использование этих специфических черт во благо общего дела (каждый член команды должен делать то, что у него лучше всего получается);

  2. Обсуждение всех разногласий и спорных вопросов только среди членов команды за закрытыми дверьми;

  3. Мнения членов команды не должны оцениваться в терминах «правильно-неправильно»;

  4. Четкая и всеми признаваемая субординация;

  5. Обсуждение решений происходит в команде, но ответственность за окончательное решение лежит на главе делегации;

  6. Недопущение в спорах перехода на личности, высказывание различных мнений только по существу вопроса;

  7. Четкое понимание своей роли всеми членами команды, знание момента, когда он может вступить в дискуссию за столом переговоров;

  8. Внимательное наблюдение за дискуссией и разделение обязанностей по объектам наблюдения;

  9. Общие усилия по изобретению как можно большего числа взаимовыгодных вариантов;

  10. Понимание командных приоритетов и объединенный фронт по их достижению.





Факторы неудачи командной работы на переговорах

  1. Наличие автократичного лидера, чьи взгляды и мнения оказывают давление на членов команды;

  2. Недостаточное уважение к авторитету лидера со стороны других членов;

  3. Отсутствие единой позиции относительно целей и стратегии в команде до начала переговоров;

  4. Открытое несогласие одного из членов команды с целями и задачами переговоров;

  5. Неудачное или неправильное распределение обязанностей и ответственности между членами команды;

  6. Лояльность к личности, а не к общей цели;

  7. Очевидная симпатия к позиции оппонента со стороны одного из членов команды;

  8. Сверхчувствительность к личностным выпадам со стороны одного из членов команды.15

Задание № 1.

Вернитесь еще раз к анализу Документа 2. Оцените уровень подготовки обеих сторон. Проанализируйте распределение ролей: какие вы видите достоинства и недостатки?


Задание № 2.

Вернитесь к ситуации, описанной в задании № 9 раздела 1.2. Проведите совещание по подготовке к переговорам. На совещании вы должны выработать стратегию и тактику переговоров, опираясь на вопросы, приведенные выше. Вам также необходимо придумать несколько вариантов решения проблемы: прибегните к таким методам, как «мозговой штурм», балансный лист или ролевая игра.


Документ 4.


Вводная информация. Ноябрь 2004 г. На Украине завершился второй тур выборов. По официальным данным ЦИК, после обработки 99,14% бюллетеней В.Янукович лидирует с 49,42% голосов, у В.Ющенко - 46,69%. В.Ющенко и его сторонники объявляют выборы сфальсифицированными и отказываются признать их итоги. Сторонники оппозиции выходят на улицы Киева. Сторонники В.Януковича из юго-восточных регионов также планируют приезд в столицу, конфликт может перейти в фазу силового разрешения. В этой ситуации действующий президент Украины - Л.Кучма - обращается к Западу с просьбой о посредничестве. В качестве посредника выбран президент Польши А.Квасьневский.


Из воспоминаний А.Квасьневского о проведении «круглого стола» на Украине16.


Вопрос: Как начался украинский 'круглый стол'?

- (Александр Квасьневский) Когда начались демонстрации на киевском Майдане Независимости, определился базовый вопрос: был ли это спонтанный взрыв? Мне инстинкт подсказывал, что это было именно так, и если Кучма проигнорирует его, то сделает ошибку. Просто люди сказали 'нет'. И началось. Тогда Кучма и Ющенко - в такой последовательности - во вторник 23 ноября обратились непосредственно ко мне.

- Почему они искали возможности переговоров?

- Были в смятении. Обе стороны оказались в рискованной для себя ситуации. Ющенко, за которым стояли тысячи людей на Майдане, не имел никакой правовой поддержки. Разве что был лидером оппозиции в парламенте. Официально было объявлено, что он проиграл выборы. Кучма оказался в противоположной ситуации. Факт, что он является действующим президентом, не имел значения - Кучма не мог попасть ни в кабинет, никуда, только сидел под Киевом в каком-то санатории недалеко от своей дачи. Заснеженный парк был красив, но я сказал ему: 'Раз сидишь в этой деревне, значит, власти у тебя нет'.

Я стремился к тому, чтобы все это дело приобрело европейский характер, не только польский. Одновременно я начал переговоры с представителем ЕС Соланой, наши евродепутаты очень крепко нажали, и Солана первый понял, что должен действовать. Попросил меня, чтобы я объяснил ситуацию в других важных европейских столицах. Я по телефону провел несколько разговоров: с премьером Голландии Балкененде, с канцлером Шредером, с которым у меня постоянный контакт, с президентом Чехии Клаусом, канцлером Австрии Шюсселем; Ширак выслушал с интересом мою оценку ситуации на Украине и сказал важные слова: 'Bonne chancе, Alexandre' ('Удачи, Александр').

- А как отреагировал Шредер? Немецкие источники говорят, что после вашего разговора он позвонил Путину, а ответ Путина был тверд - Янукович выиграл и делу конец.

- Первый разговор был холодным. Я попросил его, чтобы он, пользуясь своими добрыми контактами, объяснил России, что недопустимо занимать такую твердую и неэластичную позицию - ни к чему хорошему это не приведет. Мы нуждаемся в России для развязки этого конфликта.

- А как быть с реакцией США?

- Вашингтон давно нам содействовал, интересовался Украиной, больше, может, демократической частью Украины, с Кучмой у них не сложилось. Я сказал Бушу, что нуждаюсь в его публичной поддержке, это придаст миссии вес. И естественно, Буш, отправляясь в Канаду, публично сказал, что поддерживает мои действия.

- Не ведут ли американцы двойную игру? Буш, встречаясь с Путиным непосредственно, разговаривает другим языком. Все-таки Россия их стратегический партнер.

- Понимаю президента США, я тоже стараюсь поддерживать добрые отношения с Путиным. Но также знаю, что для каждой великой страны Россия без Украины является лучшим решением, чем Россия с Украиной.

- Польский тезис.

- Нет, американский. Какой для них геостратегический интерес в том, чтобы Россия имела Украину? Россия восстанавливает свои позиции в мире, это нормально. Но почему она должна воспользоваться 50 миллионами украинцев? В любом случае, благодаря этим телефонным разговорам можно было организовать миссию в Киев в составе меня, Соланы и Адамкуса. Адамкус появился там тоже по инициативе Кучмы.

Я сформулировал план, который (могу с гордостью сказать) был реализован: проверка результатов выборов, неприменение силы, ведение публичного диалога.

- Люди Януковича открещивались от фальсификаций?

- Первая встреча с Кучмой была драматичной. Можно себе представить - в той деревне, с президентом большой страны. Оказалось, что у него претензии ко всему миру, ко всему, что происходит. Выборы были нормальными, а даже если и нет, то в Америке. . . Америка стала лейтмотивом встречи. В Америке тоже фальсифицируют, там тоже не все в порядке, чего вы хотите от Украины? Ситуация была более чем плохой. Во время моего разговора с Кучмой три раза звонил Путин, предлагая своих представителей, и дело кончилось на Грызлове. Когда приехал Солана, ему досталось еще больше за все возможные грехи, которые ЕС совершил по отношению к Украине. Критика была частично справедливой, но в тот момент мало конструктивной.

- Вам пришлось убеждать Солану, чтобы он принял участие в переговорах?

- Да, но дело пошло быстро, речь шла, прежде всего, о получении европейского мандата. Помогла встреча Россия-ЕС в Гааге, которая состоялась на день раньше. Европа увидела в Гааге непримиримое российское лицо. Евросоюз понял, что в такой ситуации нет другого выхода, и он должен быть на Украине.

- Кто выбрал место для проведения круглого стола?

- Я предложил, чтобы мы поехали в Мариинский дворец в центре Киева, в противном случае станет ясно, что уже и власти нет, а есть только странная страна, имеющая трех президентов - действующего, официального и принявшего присягу - и ни один из них не может войти в администрацию президента. Это курьез без объяснения. Кучма тогда возразил: 'А там блокируют'. Отвечаю: 'Значит, Ющенко должен отвести людей. Мы должны туда поехать'.

Доехали, но случилась одна важная вещь. Выходя от Кучмы, мы получили важную информацию, что около 15.00 запланирован приезд 40 тысяч шахтеров. Я уже представил себе эти столкновения. . . Наша миссия закончилась бы перед началом переговоров. Помогли мои знакомства, те девять лет контактов со всеми украинскими политиками. Посадил к себе в машину Яцека Ключковского, у которого был мобильный телефон и номера личных телефонов украинских политиков. Ему удалось соединить меня с Тигипко, которого я знал. 'Это правда, насчет того марша?'. 'Да, это уже не сдержать. Луганск, Донецк, Херсон хотят уйти, конец, шахтеры восстают'. 'Очень прошу этого не делать, в четыре у нас переговоры с Януковичем, выйдет так, что вы их срываете'. Он понял. Должен сказать, что Янукович вел себя достойно. Поехал к шахтерам, отдал распоряжение не начинать акцию. Между прочим, место, с которого мы уехали, называется Заспа. Те полчаса были решающими. Если бы тогда случилось то, что могло случиться, не знаю, чтобы было с Украиной.

- А кто вам перезвонил сказать, что того марша уже не будет?

- Они и перезвонили. В три начались разговоры с Ющенко в его штабе. Небольшое помещение под крышей, в малом особняке, естественно настрой революционный, все в оранжевом. Нужно говорить о согласии, а они говорят, что с Януковичем не будут разговаривать, это бандит. 'Вы не хотите разговаривать с Януковичем? Ну так с кем хотите разговаривать? Он официально признан ЦИК, является действующим премьер-министром, представляет - даже если отбросить сфальсифицированные голоса - более тридцати процентов избирателей из восточных регионов'. Мы их убедили, что разговаривать необходимо. Какой характер должны носить переговоры? Не применять силу. И, далее: найти подтверждение тому, что выборы были сфальсифицированными.

- А как приветствовал вас Янукович?

- Нормально, но ситуация осложнялась тем, что у нас - если считать, что выборы были сфальсифицированные - хороших новостей для него не было. Янукович начинает представлять свою позицию: выборы были справедливыми, а если были фальсификации - то на западе Украины, а вообще и в Америке тоже доходит до нарушений. Но разговор продолжается. Какой выход из этой ситуации? Янукович его не видит, решит суд, но уверен, что он - президент, готов к разговору, и никаких сомнений в выигрыше нет. Тут начинают приходить, через окружение, поздравительные телеграммы из Центральной Азии. Показывает их нам: видите, меня признают. Кроме того, стоит не забывать, что он признан президентом Путиным. Здесь не до шуток: разговариваем с действующим премьер-министром, объявленным ЦИК президентом, а вторая сторона, это 'бунтовщики'.

Круглый стол начинается с краткого вступления Кучмы, разочаровавшего нас в том смысле, что он, по моему совету, должен был представить свой план выхода из кризиса. План не слишком смелый. Потом слово берут Ющенко и Янукович. Ющенко хочет перевесить ситуацию: вот доказательства, должны состояться перевыборы. Затем говорит Янукович: выборы не были фальсифицированными, он протестует, демонстранты мешают работать администрации, женщин, которые идут на работу оскорбляют, и т.д.

- Чего требовал Янукович? Убрать демонстрантов?

- Убрать демонстрантов, начать политические переговоры, возможно, Ющенко мог бы стать премьер-министром, то есть предложения были, скорее, персонально-соглашательские. И тогда слово взял Литвин, спикер парламента, который на протяжении всего процесса играл позитивную роль: когда-то он возглавлял администрацию Кучмы, позднее стал спикером, это определило независимость его мышления. Основная идея Литвина состояла в следующем: Украина находится в настолько сложной ситуации, что нельзя искать решений чисто юридических, решение должно быть политическим. Этот кризис не удастся уладить нормальным способом. Потом начали выступать посредники. Мой ответ был ясен: нужно объявить, что выборы были сфальсифицированы. Необходимо быстро переголосовать второй тур, исключить использование силы и продолжать политический диалог. В том же духе высказались Солана и Адамкус.

Затем слово взял Грызлов, прежде занимавший пост министра внутренних дел России: эти демонстрации были запланированы, являются провокацией, манифестантам платят. Пункт второй - Россия считает, что выборы были справедливыми. ЦИК объявил победу, нужно ставить точку. И пункт третий - в Америке тоже доходило до нарушений во время выборов четыре года назад и сейчас. Очень обширно об этом распространялся. Я чуть не лопнул от злости, взял слово. Сказал, что уже видел такие демонстрации в Гданьске, в Праге, в Москве. И пусть пан не говорит, что это не спонтанное поведение, даже если начало планировалось, то сейчас мы являемся свидетелями действительного массового движения. Ющенко присоединился, сказав, что еще пару дней проволочек, и даже он потеряет контроль над массами людей.

Я добавил, что если хорошо понимаю пана Грызлова, то в протоколе соглашения готов дописать пункт о том, что собравшиеся осуждают нарушения, имевшие место во время выборов в Соединенных Штатах. Наш вице-министр Ротфельд (заместитель министра иностранных дел Польши - прим. переводчика) схватил меня за руку, а остальные даже не засмеялись, это было уже как 'топором в глаз'.

Наконец мы договорились выступить с обращением следующего содержания: не применять силу, продолжать диалог. И ждать заседания Верховного Суда.

- То есть Янукович одобрил это? Так легко согласился?

- В этой дискуссии он мог опереться лишь на мнение Грызлова. Впрочем, попал в две ловушки, на которые за круглым столом ему указали. Первая - это его собственный упрек, что на западе страны выборы тоже фальсифицировали. Ющенко предъявил 700 исков, касающихся восточных районов, а в ответ Янукович предъявил 7 тысяч исков с западных избирательных участков. В итоге у нас получилось 7700 протестов, а это значит, что выборы были несправедливыми. И вторая ловушка: если он считает, что выборы были справедливыми, и у него на миллион голосов больше, чего тогда опасаться? Повтора? Янукович в ответ заявил, что все понимает, но с юридической точки зрения результаты изменить нельзя. На что я ему сказал, что все зависит от парламента. Но, в любом случае, мы смогли договориться по двум существенным моментам. Все стороны отказываются от применения силы - это было очень важное заявление президента и премьер-министра в присутствии влиятельных заграничных гостей. И второе - обещание того, что диалог будет продолжаться.

- Так Россия тоже одобрила этот 'круглый стол'? Как там оказался Грызлов?

- Он был посланником Путина. Первый вопрос Кучмы ко мне касался именно его. Не возражаю ли я против присутствия посланника Путина? 'Конечно, нет', - ответил я. Нам нечего скрывать.

- Поэтому Россия тоже изменила свою точку зрения в ходе переговоров. Примирилась с планом.

- После первой встречи не было сообщения, подписанного всеми, это было сообщение Кучмы. Грызлов выслушал его, мы не отвечали ни на какие вопросы.

- Возможно, россияне относились к этому лишь как к дискуссии, обмену мнениями?

- Они не могли не признать этих переговоров, ибо решение по вопросу выборов мы оставили за Верховным Судом. Мы не сказали, что выборы были фальсифицированы. Что касается двух остальных элементов соглашения, то Янукович не смог с ними полемизировать. Отказ от применения силы - разве он скажет 'нет'? Диалог - разве он скажет 'нет'?

По вопросу Верховного Суда я твердо настаивал, чтобы заседание было открытым, транслировалось по телевидению. Это вызвало ужасное смущение. Как это, диктовать что-то Суду? Почему нет - говорю - кому помешает прозрачная процедура? Следом началась дискуссия о формулировках. Кто-то придумал, что все заседание должно пройти в атмосфере гласности и именно эта гласность всем понравилась. Но Кучма выступил с другим предложением: необходимо написать, что стороны ожидают объективных результатов. А, по моему мнению, именно этого мы написать и не могли, так как каждый приговор должен быть объективным и справедливым. Наконец-то с большим трудом эту гласность записали. Телетрансляция - это одно, а показать, что один из важнейших институтов демократического государства работает открыто, демократически - это совсем другое.

Ведь судьи имеют не только фамилии, но и лица. Они тоже ходят за покупками, гуляют с детьми по парку. Хотят быть гражданами. Вот так закончился день 26 ноября.

- После первого тура Янукович смотрелся проигравшим?

- В то время - еще нет. Однако всех впечатляло присутствие тысяч людей на морозе. Дни проходили, но толпа не уменьшалась, а наоборот - росла. У каждого в памяти были события в Грузии.

- Чтобы картина прояснилась окончательно: ЕС не собирается вмешиваться в украинские дела?

- Часть стран этого хочет, другая - нет. Перед некоторыми из них встала дилемма по сути более-менее такая же, как и у нас: Америка или Европа, кого любим больше? А у них: Москва или Киев? Некоторые западные столицы решили выбрать Москву, считая Киев ее сферой влияния. Другие страны, особенно в нашей части, ведут себя более активно. Все должны сегодня задуматься над своей политикой, потому что, как правильно сказал Ющенко - Украина становится уже не частью постсоветской сферы влияния, а независимым суверенным государством со все более сильным гражданским обществом.

- По Вашему мнению, новая ситуация на Украине привносит вражду в отношения ЕС с Москвой или нет?

- По-моему, нет. Евросоюз не сможет не воспринять того, что произошло с позицией украинцев и должен подумать о своей политике по отношению к России. Я уверен, что это наступит. Россияне проглотят эту пилюлю и станут нормально сотрудничать с Украиной. Одну существенную вещь надо особо подчеркнуть: на карте Европы появился новый суверенный общественный и политический субъект. Украинец это не перекрашенный россиянин. Отнеситесь к этому украинцу как к участнику европейской политики. И не говорите, что сначала Турция вступит в ЕС, а только потом подумаем об Украине.

- Не знаем, почему России мешал Ющенко. Разве он настроен антироссийски? Почему Москва не встала 'на обе ноги' с самого начала?

- Так как пришла к выводу, что на Украине необходимо приостановить все тенденции стремления к сотрудничеству с евроструктурами. Если Вы бы слышали, что наговорил посол и бывший премьер-министр Черномырдин в присутствии Соланы. . . НАТО - плохо, ЕС - нормально, но НАТО угрожает России. Услышав это сегодня, мы улыбаемся. Они думали, что вместе с Януковичем создадут что-то, что сначала будет Содружеством Независимых Государств - ведь планировалась совместная валюта - а потом начнется работа над следующими проектами. Вероятно, осуществить их с Ющенко невозможно. Хотя я уверен в том, что Ющенко будет вести открытую политику и с Россией. Иначе не получится.

- Зачем был проведен второй тур 'круглого стола'?

- На очередной встрече в Киеве центральным стал вопрос: повторить выборы полностью или только второй тур. Правительственная сторона считала, что Януковича нужно заменить, за это время хотела подготовить нового кандидата, который смог бы отнять у Ющенко голоса, и заодно - чего все опасаются - не играл бы на сепаратизме.

- А Грызлов? Вы считаете, что он поставил свою подпись на документе, согласовав это с российским истеблишментом?

- Это мне неизвестно, но Грызлов опоздал. Воздержался с решением, пока Янукович не поставит свою подпись. Этот документ был проявлением компромисса. В один момент, парадоксально, разговаривали по душам, так как все знали, как зовут следующего президента Украины: Кучма знает, Грызлов знает, я знаю и Путин тоже знает. Как в Польше в 1990 году: могли состояться разные выборы, но все знали, что президентом станет Валенса. Это остановить невозможно . Проблемы Ющенко будут в будущем, потому что за последние годы он стал своего рода иконой. Впрочем, я говорил это ему в глаза: как только станешь президентом, толпа разойдется, закончится это радостное 'Ющенко! Ющенко!', и из роли 'иконы', ты должен войти в роль политика, который принимает решения - и хорошие, и популярные, но также менее популярные и не всегда правильные.

- Раз все стало ясно после второго тура переговоров, откуда взялась идея визита Кучмы к Путину? Дымовая завеса?

- Отчаяние.

- Вы не видите ничего удивительного в том, что по ходу переговоров звоните Шредеру, Шираку, Бушу, а не звоните Путину? Разве Путин не поднял бы трубку?

- Мы с Путиным обсуждали это раньше. Я рассказывал ему об Украине в ЕС, его мнение было иным. Трудно звонить, когда взгляды такие противоречивые. Поэтому обратился к Шредеру и Балкененде с просьбой пояснить Москве смысл наших переговоров. Наше посредничество совсем не антироссийское. Оно не влияет на суверенные решения Украины. Это украинцы решают, и все! Но тогда состояния души Путина и моей были разные.

- Вы можете представить совместный визит, Ваш и Шредера, в Москву?

- Да, но это должна быть общая инициатива и Шредера, и Путина, моей недостаточно.

- Наблюдатели утверждают, что третий тур трудно назвать дискуссией о будущем государства, скорее это серьезное столкновение за власть.

- На самом деле это было серьезное столкновение, потому что ставку повысило постановление украинского Верховного Суда. После этого стало ясно, надо скорее повторить выборы, 26 декабря. Наши украинские собеседники хорошо поняли, что дела важные для них самих и их политических группировок нельзя откладывать. Поэтому третий 'круглый стол' продолжался так долго, почти 6 часов, хотя обсуждаемых вопросов больше не стало. Кучма понимал, что это последний шанс на спасение и поэтому настаивал на включении в пакет решений по конституционной реформе. Ющенко со своими людьми ожидали немедленного роспуска правительства, которое по имеющимся в их распоряжении документам, было причастно к фальсификации результатов выборов. Янукович же уведомил нас, что собирается в отпуск. Я старался сглаживать эмоции, указывая, что первостепенным вопросом являются демократические выборы, которые должны состояться 26 декабря. С решением остальных проблем можно подождать…


Задание № 3.

Опираясь на свидетельства А.Квасьневского, а также на информацию из дополнительных источников, проанализируйте выбор места переговоров. Если бы вы являлись консультантом одной из команд по ведению переговоров, какое место рекомендовали бы вы? Обоснуйте ваш выбор.


Задание № 4.

Исходя из данных, приведенных в Документе 4, как вы считаете, какие вопросы необходимо было вынести на обсуждение каждой из сторон? Составьте такую повестку дня от имени каждой из сторон (команд В.Ющенко и В.Януковича, посредников), которая бы отвечала их интересам и усиливала их позиции на переговорах.

Подсказка: для выполнения этого задания вам, прежде всего, необходимо сделать анализ интересов сторон (см. раздел 1), выделить сильные и слабые стороны их позиций, а также рассмотреть интересы и позиции посредников и других участников событий.



6. Личностный стиль ведения переговоров


Эффективность переговорщика оценивается по тому, насколько успешно он совмещает твердое отстаивание собственных интересов и стремление к конструктивному диалогу. Для того чтобы стать успешным переговорщиком, необходимо для начала определить свой собственный стиль поведения в конфликте и переговорах, а затем развивать имеющиеся качества и приобретать недостающие навыки. Кроме того, важно умение адаптировать свой стиль к различным обстоятельствам, варьировать методы ведения переговоров.

В.Мастенбрук выделяет четыре переговорных стиля, которые представляют собой различные комбинации таких качеств, как нацеленность на сотрудничество\борьбу и склонность к гибкости\уклонение. Их достоинства и недостатки суммированы в приведенной ниже таблице17.

Обладатель аналитико-агрессивного стиля стремится к тщательному анализу ситуации, отдает предпочтение фактам и цифрам, обладает безупречной логикой. Он заранее просчитывает все альтернативы, возлагает надежды на процедурную обоснованность. Отличается жестким следованием целям, склонен к предсказуемости. К его недостаткам относится отсутствие способности к импровизации, недостаточная чувствительность к атмосфере переговоров при обсуждениях. При столкновении интересов он, как правило, неподатлив, стремится накопить «доказательства» своей правоты.

Гибко агрессивный стиль ведения переговоров подразумевает стремление к завершенности, к тому, чтобы все было сделано. Его обладатель любит организовывать, заводить других, из всего извлекает выгоду. Он действует быстро, любит вызов. Способен противостоять высокому уровню напряженности, все держит в движении, подает новые идеи. Минусы такого поведения заключаются в том, что переговорщик оставляет мало шансов другим, постоянно перехватывает инициативу, легко становится нетерпеливым и импульсивным. В конфликтной ситуации он не уступает даже тогда, когда знает, что не прав, раздражается, увеличивает прессинг. Использует все, что в его власти, чтобы одержать победу.

Этичный переговорщик часто играет роль «моста» между двумя сторонами. Он делает упор на общие нормы, устанавливает высокие стандарты, придерживается принципов. Он отличается независимым мышлением, часто вносит предложения, удовлетворяющие общим интересам. Деликатный, готов помочь, предупредительный. Его недостатками являются излишняя склонность к поучениям, «проповедничеству», чрезмерной апелляции к идеалам и общим ценностям. Иногда он доходит в этом до абсурда. В конфликте он защищает свою точку зрения, так как он «прав», если уступает, то расстраивается. При разочаровании уклоняется.

Обладатель общительного стиля отличается личным обаянием и дипломатичностью. Он все время пытается оказывать позитивное воздействие на атмосферу на переговорах. Готов к экспериментам, откликается на интегративные решения. Гибок. Его основной недостаток заключается в том, что он оказывает минимум сопротивления, как правило, вынужден выбирать позицию, достаточно амбивалентен. В условиях конфликта он склонен к переоценке компромисса, идет на уступки, чтобы сохранить согласие и добрые отношения.






Документ 5.


Переговоры на Мальте между Д.Бушем-ст. и М.Горбачевым18


...К утру буря усилилась. Советская сторона перенесла первую встречу со «Славы» - ее качало, как поплавок, - стоявшей у входа в гавань, на более тяжелое морское судно «Максим Горький», пришвартованное у пристани, где Горбачев провел ночь. В 10 утра к «Горькому» подплыл небольшой катер. Держась за поручни, чтобы не потерять равновесие, Буш, Бейкер, Скоукрофт, Сунуну, Фицуотер и Зёллик взошли на борт советского судна. У госсекретаря за ухом был наклеен кусочек пластыря от морской болезни. Фицуотер уверил репортеров, что рвоты у Бейкера не было.

На верхней палубе Горбачев нервно мерил шагами наспех подготовь ленную к встрече кают-компанию. Здесь же находились Эдуард Шевард­надзе, Александр Яковлев, Анатолий Добрынин и другие помощники. По одной стене стояли книжные стеллажи, на другой — висел строгий портрет тезки корабля, пролетарского писателя начала XX века.

Как вспоминал потом Сергей Тарасенко, Горбачев и Шеварднадзе
«ясно осознавали, что мы, не мешкая, должны совершить грандиозный
маневр. Мы понимали, что Советский Союз стремительно летит в пропасть, и наш статус сверхдержавы развеется, как дым, если его не подтвердят американцы. Сейчас, когда обвал 1989 года остался позади, мы хотели добраться до какого-нибудь плоскогорья - перевести дух и оглядеться по сторонам».

Широко улыбаясь, Буш вошел в кают-компанию и пожал Горбачеву руку. Пока репортеры строчили в блокнотах, а фотографы щелкали фотоаппаратами, президент изображал из себя бывалого моряка, утвер­ждая, что ночная качка ничуть не тревожила его сон на «Белнапе»:

- Это сущие пустяки!

Горбачев пошутил, что ненастье входило в секретные планы Советс­кого Союза - разоружить 6-й флот США. Буша эта реплика, казалось, озадачила - уж не собирается ли Горбачев сбивать его с толку, чтобы подмять под себя? Улыбка исчезла с лица Буша. Он отметил, что буря как будто стихает, а это «хороший знак». Надев свои очки пилота, Буш произнес:

- Давайте приступим к работе.

Журналистов попросили покинуть кают-компанию.

За длинным узким столом Горбачев сказал сидящим напротив аме­риканцам:

- Не знаю, кому начинать. На моем судне вы гость. С другой стороны, это вы пригласили меня на встречу.

Кое-кто из американцев поморщился, усмотрев в этих словах типич­но горбачевский прием перекладывать груз на чужие плечи: Горбачев вынуждал Буша объяснить, чего ради тот пригласил его на Мальту.

Буш принял вызов. Немного нервничая, он заговорил пронзитель­ным, высоким голосом: у него есть «некая модель» о необходимости использования возможностей, возникших вследствие существенных пере­мен в мире. Горбачев кивнул и что-то записал в маленьком оранжевом блокноте - Павел Палащенко синхронно переводил ему на ухо.

Буш продолжал:

- Вы имеете дело с администрацией, которая желает вам удачи
в ваших начинаниях. В случае успеха перестройки мир станет лучше.-
Взглянув на две страницы текста - список инициатив, он сказал: -
Вот кое-какие идеи.

Он повторил свое предложение отказаться от поправки Джэксона — Вэника. Он также «проработает возможность» приостановления конгрес­сом поправки Стивенсона, препятствующей предоставлению кредитов Советскому Союзу Экспортно-импортным банком США. Он будет содействовать «диалогу» между Москвой и Организацией экономического сотрудничества и развития.

Буш обещал, что будет настаивать на предоставлении Советскому Союзу статуса наблюдателя по контролю за соблюдением Генерального соглашения о тарифах и торговле (ГААТ).

- Деятельность в рамках ГААТ,- заметил он,- пойдет на благо перестройке. - И выразил надежду, что Горбачев в скором времени примется за реконструкцию советской экономики, и в первую очередь системы ценообразования.

Он вручил Горбачеву перечень возможных областей «технического сотрудничества» (эвфемизм слова «помощь») с Соединенными Штатами, что способствовало бы созданию в Советском Союзе банковской систе­мы, фондовой биржи и прочих институтов свободного рынка.

- Проглядите это, - сказал он. - Мы приветствуем совместную деятельность в любом из перечисленных аспектов.

Подавшись вперед, Горбачев кивнул.

Гейтс заранее проинформировал Буша, что больше всего Горбачев хочет, чтобы на Мальте были достигнуты договоренности о заключении в 1990 году соглашений по стратегическим наступательным и обычным вооружениям в Европе.

- Давайте этим всерьез и займемся,- сказал Буш.

Он предложил ряд конкретных пунктов по СНВ, которые Бейкер и Шеварднадзе могли начать разрабатывать в январе19. Он признал, что в предложениях США есть «белые пятна», так как его собственное правительство еще не пришло на этот счет к полному единодушию, однако наверняка к моменту встречи Бейкера и Шеварднадзе «мы полно­стью проясним свою позицию»20.

Буш также предложил провести до конца 1990 года встречу глав государств - участников Совещания по обычным вооруженным силам в Европе, на которой присутствовали бы он и Горбачев.

- Если мы скажем, что надо установить крайний срок, переговоры быстрее будут продвигаться вперед.

Он видоизменил свои предложения по химическому оружию, выдвинутые им в сентябре в ООН. Ранее, обязуясь уничтожить 80 процентов всех существующих запасов химического оружия США, он оставлял за собой право производить его в целях защиты от террористов и «государств вне закона». Сейчас же заявил, что Соединенные Штаты прекратят всякое производство химического оружия, как только 40 государств, способных его выпускать, договорятся о его запрещении.

Повторив слова Бейкера, обращенные к советскому руководителю в мае, Буш призвал Горбачева распространить гласность и на советских военных путем обмена информацией с Вашингтоном по военным рас­ходам и производствам. Он придвинул к Горбачеву стопку пентагоновс­ких документов, сказав:

- Это первый шаг на пути к такого рода обмену, хотя как бывший
директор ЦРУ, я буду крайне разочарован, если КГБ не предоставит вам
аналогичных материалов.

Горбачев хмыкнул.

Буш не ограничился семнадцатью инициативами, привезенными на Мальту. Предварительно смягчив Горбачева, он занял твердую позицию в отношении Центральной Америки: советско-кубинский авантюризм в Западном полушарии остается «единственным и самым серьезным камнем преткновения» в советско-американских отношениях - «гигантс­ким шипом в подошве, который мешает мерно идти вперед».

Буш сказал, что просто не понимает, почему советское руководство допускает помощь сандинистов сальвадорским повстанцам, которые вбивают клин между Соединенными Штатами и Советским Союзом. Президент Коста-Рики Оскар Ариас, немало сделавший для установле­ния мира, особо подчеркнул, что Буш должен убедить Горбачева прекра­тить поддержку Кастро.

- Кастро ставит вас в ложное положение, - серьезно заметил Буш. - Подрывает ваш авторитет, разрушая все, за что вы боретесь. Вам надлежит понять: американцы не могут одобрить вашу поддержку Гава­ны и Манагуа.

Горбачеву не стоит недооценивать, предостерег президент, резкое отношение его самого, конгресса и американского народа к этой проблеме. Последовав совету Бейкера, он предупредил, что Соединенные Штаты не снимут поправку Джэксона-Вэника и не станут предпринимать никаких шагов по оказанию помощи советской экономике до тех пор, пока Кремль не прекратит чинить безобразия в Центральной Америке. Учитывая лояльность Советского Союза в отношении столь значительных перемен в Восточной Европе, как может Горбачев мириться с тем, что в Централь­ной Америке его имя связывается с «представителями старого мышления»?

Горбачев ответил, что пытался убедить Кастро начать перестройку в какой-либо ее форме. Советский Союз уважает право других госу­дарств на самоопределение, и «мы не можем ему диктовать».

- Я сказал Кастро, что он идет не в ногу с нами, и что ему стоило бы последовать примеру стран Восточной Европы. Но у него своя голова на плечах.

Что касается Никарагуа, то советское правительство потребовало у Манагуа объяснений насчет самолета с огнестрельным оружием и раке­тами, но сандинисты отрицают свою причастность к этому делу.

- Что ж, - сказал Буш, - они вам лгут.

Горбачев прикусил губу. Он не хотел ввязываться в спор на глазах у обеих делегаций и решил вернуться к этому разговору позже, когда останется наедине с Бушем.

Наряду с прочими предложениями Буш выдвинул идею проведения Олимпийских игр 2004 года в Берлине. Горбачев тут же увидел ловушку - он понял, что Буш таким образом его провоцирует косвенно согласиться с тем, что к тому времени Берлин станет столицей единой Германии. Горбачев не ответил на это предложение прямо - он не желал ускорять объединение Германии, которого боялся, и в то же время не хотел восстанавливать против себя западных немцев, мечтавших о единой Германии.

Позднее в тот же день члены горбачевской делегации дали отпор американцам, осудив их за «дешевый трюк, почти наверняка рассчитан­ный на то, чтобы утереть нам нос в самом щекотливом и сложном для нас вопросе внешней политики и международной безопасности».

Во время отдельной встречи с Бейкером Шеварднадзе признался, что его правительство «глубоко обеспокоено» возможностью объединения Германии. Западные немцы, с горечью говорил он, все еще лелеют надежду вернуть территории - в первую очередь польские, - утраченные в результате второй мировой войны:

- До нас доносятся реваншистские заявления со стороны Западной Германии.

Горбачев же сказал Бушу:

- Мы получили две Германии в наследство от истории. История создала эту проблему, истории ее и решать. - И, ввернув любимое словечко Буша, добавил: - Там, где дело касается Германии, я веду благоразумную и осторожную политику.

Важно, ответил Буш, чтобы преобразования, охватившие всю Во­сточную Европу, проходили упорядоченно и не ставили под угрозу «чьи-либо законные интересы безопасности», в том числе, разумеется, и интересы Советского Союза.

Горбачев начал свою официальную речь, как обычно, с абстрактных проповедей. Мир меняется, и Соединенные Штаты с Советским Союзом должны меняться вместе с ним. Они должны по-новому строить свои взаимоотношения. Новые времена требуют нового мышления. Он до­волен решением Буша начать с экономических вопросов - в первую очередь это касается предложений, свидетельствующих о желании Соеди­ненных Штатов помочь советской реформе.

Пролистывая свой оранжевый блокнот, куда он заносил реплики Буша, Горбачев сказал:

- Вы говорите, что поддерживаете перестройку. Я в этом не сомневаюсь. Но вплоть до сегодняшнего дня я искал осязаемого тому доказательства. Во время вашей речи я его услышал. Сегодня я собирался попросить вас перейти от слов к делу. Но вы это уже сделали.

Во время своего часового монолога Горбачев выразил готовность в решении некоторых вопросов пойти гораздо дальше:

- Инспекция по контролю над вооружениями на местах? - У вас может быть столько инспекторов, сколько хотите. Резкое сокращение численности советских войск в Восточной Европе? - Мы и сами знаем, что они там отнюдь не желанные гости.

Следуя практике своих предшественников, Буш протянул Горбачеву список более чем двадцати советских граждан, желающих выехать из СССР.

- Сообщите нам, - сказал Горбачев, - сколько иммигрантов вы хотите заполучить, и мы вам их вышлем!

- Давайте поставим перед собой задачу, - ответил Буш, - избавиться от подобных списков к нашей встрече в следующем году.

В этой фразе президента был скрыт глубокий смысл: чем больше будет делаться в СССР в идеологическом и гуманитарном направлениях, тем большую поддержку окажут ему США на экономическом поприще.

В полдень Буш и Горбачев отпустили своих помощников, чтобы побеседовать с глазу на глаз; остались только переводчики и стеногра­фистки. Теперь советский руководитель мог свободно обсудить с Бушем некоторые наиболее спорные вопросы, возникшие в ходе утренних пере­говоров.

Он пошел в наступление, пустив в ход свои самые убедительные доводы, от которых воздержался на расширенных переговорах. Почему Соединенные Штаты проявляют столь праведный гнев в отношении Центральной Америки, в то время как вооруженные силы США соверша­ют «интервенцию» на Филиппинах?

Действия военно-воздушных сил США в поддержку президента Акино, ответил Буш, «не более чем учения. Ведь мы ни в кого не стреляем».

Но Горбачев гнул свое. Он уже доказал - и словом и делом, - что брежневская доктрина умерла раз и навсегда. А теперь Соединенные Штаты проводят в жизнь, «как мне сказали мои коллеги, доктрину Буша!»

Буш ответил, что между действиями Брежнева в Чехословакии и дей­ствиями Соединенных Штатов в поддержку Акино «большая разница»:

- К нам за помощью обратилось правительство.

Горбачев вполне мог углядеть в этих словах иронию: ведь Кремль тоже когда-то утверждал, что его авантюры в Чехословакии и Аф­ганистане - не что иное, как «братская помощь», о которой просили эти страны.

Кроме того, продолжал Буш, на Филиппинах существует «пробле­ма» «сумасшедшего полковника» - он имел в виду полковника Грегорио («Гринго») Хонасана, возглавившего попытку переворота. В стра­нах - союзницах Кремля, парировал Горбачев, полно «сумасшедших полковников», «однако мы не вмешиваемся»! В качестве примера он привел события в Восточной Европе, где на правительства оказывали давление их же народы, а не Москва.

- События в Восточной Европе отражают суть перемен в Советском Союзе, - заявил Горбачев.

В то же время, подчеркнул он, «все стороны» должны признать, что народы Восточной Европы хотят сами принимать решения. Соединен­ным Штатам и Западу лучше не «спекулировать» на этой ситуации.

За обедом к ним присоединились помощники, и Горбачев сконцент­рировал внимание на внутренних экономических трудностях у себя в стране. Пока облаченные в ливреи официанты обносили присутству­ющих серебряными вазочками с икрой, Горбачев жаловался на пробле­мы бюджета:

- У нас и раньше был большой дефицит, а сейчас еще эти удары
судьбы.

Он рассказал о колоссальных расходах на восстановление после чернобыльской ядерной катастрофы и землетрясения в Армении. В довершение ко всему низкие мировые цены на нефть пагубно отражаются на валютных доходах Советского Союза.

«Главное испытание» его политики, сказал он, заключается в том, сумеет ли он преодолеть нехватку потребительских товаров у себя на родине? Для этого ему придется не только вылечить больные органы советской экономики, но и изменить отношение народа к труду.

Приняв свой обычный самоуверенный вид, Горбачев отметил, что в Советском Союзе государственную собственность … постепенно вытесняет «коллективная». Горбачев особо отметил «шведскую модель», поскольку, с его точки зрения, шведский социализм носит более справедливый и общественный характер, чем американский капитализм.

- Тем не менее в Швеции прибыльным является частный, а необщественный сектор, - заметил Буш.

По мнению Горбачева, всякое коллективное владение - где больше одного хозяина -можно исключить из категории частной собственности.

- Мы оба знаем, что в Соединенных Штатах почти нет частной собственности... Ведь некоторые из ваших фирм насчитывают более двадцати тысяч акционеров!

Буш из вежливости воздержался от замечаний по поводу неожидан­но проявившегося невежества Горбачева в области западной экономики. Вместо этого он поведал о своем опыте рискованного поиска нефти в Мексиканском заливе: когда он и его партнеры потеряли там нефтяную вышку, то полностью потеряли все вложенные деньги.

- Но американскому налогоплательщику это не стоило ни единого пенни, кроме, пожалуй, расходов на списание налога.

Палащенко с трудом сумел перевести термин «списание налога». Когда наконец он справился, Горбачев, казалось, был озадачен более, чем когда-либо. Он пожаловался на своих экономистов, которые дают ему бестолковые советы.

- Я тоже через это прошел! - засмеялся Буш.

Дабы упредить вопрос Горбачева о непосредственной финансовой помощи - просьба, в которой он вынужден был бы отказать, - Буш одобрительно отозвался о недавнем публичном высказывании Шевард­надзе о том, что советское руководство «не собирается просить милосты­ню», так как имеет «гордость».

- Я понимаю, что вы горды, - заключил Буш, - и мы тоже.

После обеда Буш должен был вернуться на «Белнап» на три часа - «личное время», - а затем, в 16.30, вновь прибыть на «Горький» для следующей встречи с Горбачевым. Оба руководителя собирались завер­шить день рабочим ужином на «Белнапе».

Штормило так, что Горбачев предложил Бушу остаться на «Горь­ком» во избежание срыва переговоров. Буш не согласился. Президентс­кий катер швыряло из стороны в сторону; лишь после многочисленных попыток ему удалось пришвартоваться к «Белнапу». Когда Буш с со­провождавшими его лицами поднялись на борт, его советники и подразделение секретной службы настояли на том, чтобы президент оставался на судне до тех пор, пока не улучшится погода.

В результате Буш с Горбачевым в тот день так и не увиделись. Когда Буш не появился на «Горьком» для послеобеденного заседания, Горбачев потребовал, чтобы ужин был организован на советском судне. Американ­цы утверждали, что «сломанные сходни» не позволяют Бушу покинуть «Белнап».

- Так объясните своим матросам, как починить сходни! - бросил Горбачев.

- Буш совершил ошибку, - сказал Георгий Арбатов, член официальной советской делегации. - Ему не следовало возвращаться на этот чертов корабль!

На берегу журналисты со всего мира узнали, что в результате бури повреждена связь с «Белнапом». Фицуотеру пришлось сделать заявление, что Буш вовсе не отрезан от мира. «Мальтийский Белый дом» сообщил, что советские и американские синоптики «обмениваются информацией».

Дело могло окончиться скандалом: на глазах у всего мира руководи­тели Соединенных Штатов и Советского Союза отправились на пустын­ный остров на краю света только для того, чтобы подвергнуть себя риску быть смытыми океанской волной в шестнадцать футов.

Из-за отсутствия серьезных новостей в центре внимания оказалась погода на Мальте - не обошлось без неизбежных метафор: мол, сверх­державы попали во власть стихий, которыми не в состоянии управлять. Том Брокоу объявил слушателям Эн-би-си, что мальтийскую встречу следовало бы назвать «встречей страдающих морской болезнью».

В состязании за общественное мнение преимущество оказалось на стороне Советского Союза. Поскольку «Горький» стоял у пристани, Горбачев и его помощники могли предоставить материалы по утренней встрече советским пресс-секретарям, которые распространяли их в вы­годной им интерпретации. За американской версией репортеры обрати­лись к Роману Попадюку, не располагавшему какой-либо серьезной информацией. Он позвонил Фицуотеру на «Белнап» с жалобой:

- Вы отдали меня на растерзание! Мне нечего сказать этим людям,
а они надрывают глотки.

Представитель Бейкера Маргарет Татуайлер позвонила своему шефу из радиорубки США на пирсе. Перекрывая шум ветра, насквозь промок­шая от дождя, она кричала с протяжным алабамским акцентом:

- Мистер Бейкер, это вопль утопающего о помощи. Я понимаю, вы
с президентом там сами по себе, потягиваете шампанское или что-нибудь
в этом роде и не представляете, что творится здесь, на суше. Так вот я вам скажу: нас распинают. Пригвождают к позорному столбу!

Бейкер и Фицуотер решили - для пущего драматического эффек­та - дождаться кульминации встречи и в воскресенье огласить миру семнадцать инициатив Соединенных Штатов. Теперь же Бейкер проревел в трубку:

- Все выкладывайте!

И Попадюк с Татуайлер начали обзванивать влиятельных амери­канских корреспондентов, сидевших в своих гостиничных номерах.

Всю вторую половину дня президент Соединенных Штатов провел в адмиральской каюте в окружении фотографий 6-го флота, хмуро глядя в иллюминатор на дождь и туман. Лишь однажды они со Скоукрофтом вышли на палубу «Белнапа», чтобы посмотреть в сторону «Горького», где - всего лишь на расстоянии тысячи ярдов - Горбачев и остальные праздновали 66-летие Яковлева.

В тот вечер Буш и те из его помощников, кто был в состоянии, пили белое вино за ужином, который президент назвал «превосходным». Очень жаль, сказал он стюардам, что Горбачев так и не узнал, «как кормят на американском флоте».

На рассвете в воскресенье буря начала стихать. Утреннее заседание планировалось провести на борту. «Белнапа», но обе стороны решили перенести его на более устойчивое советское судно. Когда катер прибли­зился к «Максиму Горькому», за ухом у президента тоже был наклеен пластырь от морской болезни.

На вопрос репортера, не помешала ли непогода встрече, Буш воск­ликнул:

- Нет, черт побери! Нет! Встреча идет прекрасно, спасибо.

С такой же наигранной веселостью он взбежал по трапу на советский корабль и протянул хозяину руку с приветствием:

- Доброе утро!

Сияющий Горбачев ответил старательно заученной английской фразой:

- Долгое время не видеть!

Накануне, желая установить контакт с Бушем, Горбачев, сдерживая стремление к превосходству, не стал обсуждать свои сомнения относите­льно того, что происходит с советской властью и коммунизмом советс­кого образца в мире. Сейчас он сказал Бушу, что хочет снять камень «с души».

Он сетовал на то, что определенные аспекты риторики и политики США носят «односторонний характер» и «не способствуют осуществле­нию моих планов». Разговоры на Западе о «падении социализма» явля­ются «провокационными и даже оскорбительными». В Москве и других «социалистических столицах» к этому относятся так же, как в свое время на Западе относились к коммунистической риторике по поводу «экспорта революции» и «кризиса капитализма». И, добавил он недовольным тоном, зачем Буш беспрестанно повторяет, что события в Восточной Европе - это «торжество ценностей Запада»?

- А почему вас это тревожит? - спросил Буш. - На мой взгляд, гласность - ценность Запада, открытость - ценность Запада, представительное правительство - ценность Запада, плюрализм - ценность Запада.

- Но ведь и у нас есть эти ценности, - возразил Горбачев. - Почему бы вам не назвать их ценностями Востока?

Бейкер, как бывший юрист, тут же подоспел на помощь, подсказав взаимоприемлемый термин:

- А как насчет того, чтобы назвать их демократическими ценностями?

- Замечательно! - воскликнул Горбачев. - Демократические ценности! Прекрасно!

Во время воскресных переговоров Горбачев потребовал «реального контроля над морскими вооружениями». Прежде всего он имел в виду ограничения крылатых ракет морского базирования.

- Как мы можем подписать серьезный договор по СНВ, если упускаем из виду целую категорию ядерного оружия?

Буш знал, что это оружие легко спрятать и что единственный способ проверки - инспекционные группы экспертов другой стороны на кораб­лях - неприемлем для американского флота.

- Это просто неосуществимо, - ответил он.

Горбачев протянул Бушу голубую с белым карту, подготовленную маршалом Ахромеевым, которая показывала, что Советский Союз нахо­дится «в кольце» американских баз, а также авианосцев и линкоров. Карта была составлена для демонстрации точки зрения советского Гене­рального штаба: суда США, оснащенные крылатыми ракетами морского базирования, представляют собой особо смертоносную угрозу для Со­ветского Союза.

В первый момент Буш растерялся.

- Я вижу, вам нечего ответить, - язвительно заметил Горбачев.

Потому что ваши слова меня весьма озадачивают, - сказал
Буш. - Контроль над морскими вооружениями трудно осуществить.

Он отметил, что территория Советского Союза изображена на карте в виде гигантского белого пятна без каких-либо обозначений внушительного военного комплекса, которому и противостоят воору­женные силы США.

- Может быть, мне стоит заполнить эти белые пятна. Я поручу ЦРУ составить карту с учетом нашего видения ситуации. А потом сравним, кто из нас более точен.

- Мы окружены вашим флотом, - сказал Горбачев. - По мере того как мы свертываем другие системы вооружений (ракеты наземного базирования и бомбардировщики), вам необходимо также сокращать морские вооружения. Следует учитывать особый фактор географии.

Советский Союз, продолжал Горбачев, исторически всегда был глав­ным образом сухопутной державой, в то время как Соединенные Штаты для защиты своих интересов на обоих океанах опирались на флот. Со временем и НАТО и Варшавский договор переориентируются на новый курс - в большей степени политический, чем военный. Он признал даже то, что Америка могла бы стать посредником в мирных преобразованиях в Восточной Европе.

- Мы больше не считаем вас своим врагом, - сказал Горбачев Бушу. - Многое изменилось. Мы хотим вашего присутствия в Европе. Вы должны остаться в Европе. Ваше нахождение там важно для будуще­го этого континента. Так что не думайте, будто мы добиваемся вашего ухода.

Бейкер счел это заявление Горбачева самым важным и обнадежива­ющим из всего произнесенного им за этот уик-энд. Позднее он сказал своим помощникам, что Горбачев наконец-то «перестал играть в самоут­верждение», оставив свои попытки хитростью или нажимом вынудить Соединенные Штаты уйти из Европы.

Бейкер был прав. Горбачев понял, что его политика ослабления советского контроля в Восточной Европе развяжет руки соперничающим между собой и потенциально подрывным силам. Западные европейцы не сумеют сами сдерживать и контролировать эти силы - им понадобится помощь Соединенных Штатов. А потому в интересах Советского Союза сохранить могущественное присутствие США на континенте.

Отпустив помощников, Буш и Горбачев перешли к самому щекот­ливому, а возможно, и самому взрывоопасному вопросу повестки дня: судьбе Прибалтийских республик. Буш заметил, что на пресс-конферен­ции по окончании встречи эта тема обязательно будет затронута.

Горбачев сказал, что готов ответить на любые вопросы, связанные с Прибалтикой. Повторяя то, что Шеварднадзе говорил Бейкеру несколь­ко месяцев назад, он заверил Буша в «твердом намерении» Кремля избежать каких бы то ни было репрессий. Применение силы «будет означать конец перестройки».

Он и его коллеги, сказал Горбачев, «готовы искать новые пути решения» этой проблемы.

- Мы будем рассматривать любые формы объединения (Прибал­тийских республик с центральным советским правительством), которые отвечали бы взаимным интересам.

Однако Кремль не допустит одностороннего выхода Прибалтики из Советского Союза. В Советском Союзе существует Конституция, в строгом соответствии с которой и должен решаться этот вопрос; конституционный процесс не будет ни легким, ни быстрым.

В расчете на конфиденциальность этого разговора Буш, взвешивая каждое слово, напомнил Горбачеву, что за сорок девять дет Соединенные Штаты так и не признали аннексию Прибалтики Советским Союзом. И по-прежнему хотят, чтобы Прибалтийские республики получили неза­висимость. Буш сказал, что готов «откликнуться на благородство вашей позиции»: он имел в виду неоднократные обещания Горбачева о непри­менении силы против Прибалтийских республик.

Если центральные советские власти, продолжал Буш, вызовут взрыв насилия в Прибалтике, то в Соединенных Штатах «вспыхнет пожар» антисоветских настроений. Напротив, если Горбачев сдержит слово и из­бежит насилия, правительство США проявит лояльность по отношению к данному вопросу, поскольку, как выразился Буш, «мы не хотим созда­вать вам большие проблемы».

Горбачев воспринял это следующим образом: Буш не будет наста­ивать на предоставлении независимости Прибалтике, и пока туда не войдут советские танки, президент США воздержится от демагогических разглагольствований на эту тему и не станет порочить главу советского государства.

Если бы мир узнал о предложенном Бушем варианте, американские правые, несомненно, раскричались бы, что, подпав под обаяние Гор­бачева, президент пошел на тайную сделку и продал Прибалтику. Но содержание беседы осталось в тайне.

По окончании переговоров Буш и Горбачев появились перед жур­налистами в танцевальном салоне на «Горьком» - это была первая в истории встреч на самом высоком уровне совместная пресс-конферен­ция. Единственным источником резких разногласий оставалась Цент­ральная Америка - тяжелое наследство печального прошлого. Не вызы­вало сомнений, что в течение ближайших нескольких месяцев будут разработаны - и в 1990 году подписаны - договоры по ограничению стратегических наступательных и обычных вооружений в Европе.

Оба руководителя сумели даже найти положительные стороны в кап­ризах погоды.

- Этот инцидент доказывает, что мы способны хорошо приноравливаться к меняющимся обстоятельствам,— сказал Горбачев.

На пути в Америку Буш остановился в Брюсселе, чтобы проинфор­мировать союзников по НАТО об итогах встречи.

- Море было таким же неспокойным, как нынешнее время, - заявил он.

Представитель Министерства иностранных дел Геннадий Гераси­мов, как всегда, не удержался от красного словца:

- Мы похоронили «холодную войну» на дне теплого Средиземного моря, - сказал он.


Задание № 1.

На основании анализа Документа 4 охарактеризуйте личностный стиль ведения переговоров Буша и Горбачева. К каким уловкам и тактикам прибегала американская и советская сторона на переговорах? Насколько различаются восприятие и оценка информации у двух лидеров: Дж.Буша и М.Горбачева?


Задание № 2.

На примере Документа 5 проанализируйте эффективность общения переговорщиков наедине («с глазу на глаз»). Как вы считаете, находится ли влияние личных качеств на ход переговоров в зависимости от уровня проведения переговоров. Аргументируйте вашу точку зрения. В каких условиях личные качества переговорщика оказывают большее влияние: в условиях конфликта или сотрудничества?


Задание № 3.

Вернитесь к Документу 1. Сравните личностный стиль С.Витте, Д.Буша, М.Горбачева и постарайтесь еще раз выделить основополагающие качества и навыки успешного переговорщика.



7. Многосторонние переговоры.


Многосторонние переговоры представляют собой качественно иной вид переговоров, чем двусторонние. Здесь следует учитывать следующие особенности:

1) многосторонние переговоры похожи на сеанс одновременной игры в шахматы: у вас несколько партнеров, чьи потребности, интересы и позиции вы должны принимать во внимание;

2) как правило, настоящий торг ведется в тайне, в кулуарах, в зале заседаний проходит только формальная часть;

3) для достижения своих целей стороны могут объединяться в коалиции и блоки;

4) высокое значение прецедента: если две стороны о чем-либо договариваются, то они связывают себе руки и в отношении других участников переговоров;

5) большую роль играют правила, регламент, процедуры, нормы международного права, обсуждение протокольных и формальных вопросов могут влиять и на решения по существу дела.





Задание № 1. Имитационная игра.


Многосторонние переговоры по вопросу об участии сил быстрого реагирования ЕС в миротворческой операции в Приднестровье


Описание ситуации:

Неделю назад Россия объявила о том, что завершен процесс вывоза российского имущества и боеприпасов из зоны конфликта в Приднестровье, а, следовательно, охранявшие их российские военнослужащие покидают регион. Правительство Молдавии потребовало вывода всего российского миротворческого контингента и замены его на миротворцев ЕС. Россия выразила согласие на замену российского миротворческого контингента. В то же время российские официальные лица выступают за то, чтобы направить в зону конфликта международный контингент с участием российских, украинских и европейских миротворцев.

Правительство Молдавии обратилось к руководству ЕС с просьбой принять на себя ответственность за проведение миротворческой операции на территории Приднестровья. Во время неофициальных бесед подчеркивалось, что Кишинев рассчитывает на урегулирование конфликта и проведение операции по поддержанию мира силами быстрого реагирования ЕС без привлечения России и Украины. Руководство Приднестровской Молдавской Республики также дало свое согласие на приглашение миротворцев ЕС.

Ввиду скорого вывода оставшихся российских миротворцев в Приднестровье началась эскалация конфликта, участились вооруженные столкновения на границе Молдавии и ПМР.

Процедура: В связи с тем, что ситуация требует безотлагательного вмешательства, на завтра назначено экстренное заседание Совета ЕС по общим вопросам и внешним связям, в состав которого входят все министры иностранных дел государств-членов. На этом заседании должно быть одобрено окончательное решение относительно формата участия европейских сил в миротворческой операции в Приднестровье.

Сегодня на заседании рабочей группы Совета ЕС, в котором участвуют представители всех стран-членов Союза, должен быть подготовлен и согласован текст общего решения ЕС. Проект текста был подготовлен и внесен на рассмотрение министерством иностранных дел Франции.

Задание: Игра рассчитана на 25 участников. Вы являетесь официальными представителями своей страны. Каждый из вас получает краткую инструкцию о переговорной позиции и проект текста, который будет основным предметом сегодняшнего обсуждения (см.ниже). На ознакомление со всеми материалами отводится 15-20 мин. На переговоры вам отводится два академических часа, в течение которых вы можете сделать столько перерывов, сколько пожелаете. Поскольку принятие решений в данном случае происходит на единогласной основе, от вас требуется выработать один окончательный вариант текста, который не будет вызывать возражений ни у одной из стран-участниц.

Заседание ведет представитель страны, председательствующей в настоящий момент в ЕС.

Рекомендации:

В целях удобства и экономии времени каждому из участников рекомендуется иметь копию таблицы (см.ниже), в которой обозначены основные вопросы для обсуждения. Эти вопросы представляют собой повестку дня ваших переговоров. Порядок обсуждения вопросов, правила ведения дискуссии, регламент и временные рамки определяет председательствующий на переговорах. Таблица призвана помочь вам структурировать сходство и разногласие позиций между странами по различным вопросам.

При обсуждении рекомендуется придерживаться следующих правил:

  1. Если вы разделяете чью-то позицию, просто заявите, «я поддерживаю представителя страны Н.», не стоит устраивать «круглый стол» по каждому вопросу;

  2. Позиции и поправки к основному тексту лучше заявлять в письменном виде;

  3. Ограничьте время выступления каждого из участников 2-3 минутами;

  4. При наличии схожих позиций у нескольких стран, лучше назначить одного выступающего;

  5. Больше всего внимания уделите работе «в кулуарах», т.е. неформальным беседам во время перерывов.



Инструкции для представителей стран Европейского Союза


Австрия

Вы полагаете, что направление сил быстрого реагирования ЕС в Приднестровье необходимо, так как это касается страны, которая с 2007 года будет граничить с Европейским союзом. ЕС, конечно же, должен брать на себя больше ответственности в урегулировании конфликтов, особенно в Европе, однако опыт Боснии был не слишком удачным. Россия и Украина уже много лет участвуют в разрешении конфликта, они и сегодня выражают готовность направить в данный регион своих миротворцев. ЕС мог бы сформировать международный контингент с участием этих стран, и осуществлять координирующую и руководящую роль. Мандат европейских миротворцев должен состоять в разделении противоборствующих сторон и охране границы между ПМР и Молдовой. Вы не готовы к военному участию в операции, однако возможна отправка в Приднестровье нескольких наблюдателей.


Бельгия

Вы считаете возможной отправку сил ЕС для выполнения миротворческой миссии, однако выступаете за ограничение мандата миротворцев разделением враждующих сторон. В случае возникновения вооруженного конфликта миротворческие силы должны быть выведены из зоны конфликта, дабы не подвергать опасности самих миротворцев. Вы не имеете возможности выделить военные формирования. Вы полагаете, что наличие в Приднестровье большого числа русских и украинцев, а также наличие у Молдовы общей границы с обеими странами делает невозможным полное исключение их из урегулирования конфликта.


Кипр

Попытки разрешить данный конфликт предпринимаются уже на протяжении более 10 лет, и пока не увенчались успехом. Вы полагаете, что ЕС необходимо, прежде всего, сосредоточиться на политическом решении проблемы, так как именно здесь у Союза имеются наибольшие перспективы. Военные функции должны выполнять миротворцы из соседних с Молдовой стран, поскольку именно они наиболее заинтересованы в мирном урегулировании. Также вы считаете возможным привлечение ООН или НАТО. В случае отправки контингента необходимо ограничить мандат миротворцев разделением враждующих сторон. Вы не обладаете возможностями выделить войска для участия в операции.


Чешская республика

Вы поддерживаете план отправки миротворцев ЕС в Молдову и готовы выделить для участия в операции взвод или более пехоты или вспомогательных войск, вооруженных легким стрелковым оружием. Вы считаете желательным участие в операции вооруженных сил также Украины и Румынии. Может быть, более разумным было бы проведение операции в рамках НАТО. Мандат миротворцев должен быть достаточно широким, чтобы ЕС имел возможность активно влиять на разрешение конфликта, обеспечивая безопасность населения в регионе по обе стороны Днестра.


Дания

Вы выступаете за участие европейцев в составе международного контингента под эгидой ОБСЕ или ООН. По вашему мнению, мандат международного контингента должен включать все возможные аспекты урегулирования: от разделения сторон до разоружения незаконных вооруженных формирований. Вы не заинтересованы в отправлении своих военных в зону конфликта, однако не исключаете такой возможности совсем в случае единогласного решения Совета по всем остальным вопросам.


Эстония

Эстония поддерживает план отправки миротворцев ЕС в Молдову. Вы готовы выделить для участия в операции до взвода пехоты или вспомогательных войск, вооруженных легким стрелковым оружием, но без техники. Вы считаете желательным участие в операции вооруженных сил также Украины и/или Румынии. Мандат миротворцев должен состоять в том, чтобы разделять враждующие стороны, а также активно влиять на разрешение конфликта, обеспечивая безопасность населения в регионе по обе стороны Днестра, возможно применяя для этого силу.


Финляндия

Вы поддерживаете позицию Дании об участии европейцев в составе международного контингента под эгидой ОБСЕ или ООН. Вы выступаете также за привлечение России и Украины, так как обе эти страны имеют свои инструменты влияния в регионе. Вы готовы выделить взвод пехоты, а также необходимую технику для участия в операции, однако настаиваете на обеспечении полной безопасности своих военнослужащих. В случае перехода конфликта в вооруженную стадию, вы выведите своих граждан из региона.


Франция

Ваша позиция в основном отражена в проекте решения, обсуждаемом на сегодняшнем заседании. Для участия в операции Франция готова выделить в состав многонациональных сил ЕС до батальона пехоты, вооруженных стрелковым оружием и снабженным легкими бронетранспортерами и другой необходимой техникой, а также при необходимости и другие виды техники и вооружения. Мандат миротворцев должен позволить им применять силу в случае необходимости.


Германия

Вы выступаете за усиление ответственности ЕС в Европе, и полагаете, что силы ЕС способны самостоятельно справиться с ситуацией в Приднестровье. Поскольку Украина как никто другой заинтересована в разрешении данного конфликта, ее руководство не будет возражать против того, что миротворческая операция будет осуществляться силами ЕС. Вы готовы предоставить две или три роты своих солдат с необходимым вооружением и техникой в распоряжение Постоянного военного штаба ЕС. Вы полагаете, что европейские миротворцы должны обеспечивать безопасность границы между Молдавией и Приднестровьем, а также выполнять все функции по поддержанию мира. Европе нужна единая Молдова, поэтому задачей ЕС является создание условий для полного разрешения конфликта. У ЕС есть серьезные инструменты для влияния на Молдову, а также на руководство ПМР, и вероятность перехода конфликта в вооруженную стадию крайне маловероятна, так как обе стороны заинтересованы в мирном решении проблем.


Греция

Вы полагаете, что ЕС мог бы выступать самостоятельно в урегулировании конфликта в Приднестровье, но в то же время считаете, что нужно учитывать не только тесные экономические связи Молдавии с ее восточными соседями, но и такие факторы, например, как наличие в России достаточно влиятельной молдавской диаспоры. Вы полагаете, что самым разумным вариантом является формирования многонационального контингента под руководством ЕС. Мандат миссии не должен допускать возможности участия сил ЕС в вооруженном конфликте. В случае необходимости вы готовы направить несколько офицеров своей армии в качестве наблюдателей в зону конфликта.


Венгрия

Вы считаете, что ЕС в нынешнем составе способен выступать самостоятельным игроком в международных делах. Более того, учитывая перспективы возможного вхождения Молдовы в состав Румынии, а также тот факт, что Румыния в скором времени станет членом ЕС, вы не видите необходимости привлекать к урегулированию данного конфликта другие стороны. Мандат европейских миротворцев должен быть как можно более широким. Вы готовы предоставить в распоряжение руководства миссии около роты военнослужащих с легким вооружением.



Ирландия

Вы выступаете за то, чтобы урегулирование конфликта шло в прежнем формате, с участием Украины, России и ОБСЕ, а также возможно привлечение ООН. Межнациональные конфликты требуют десятилетий усилий по урегулированию, и ЕС не имеет опыта самостоятельного участия в урегулировании и разрешении таких конфликтов. Более того, если мы сейчас возьмем на себя полную ответственность за ситуацию в регионе, и потерпим фиаско, то потом привлечение к миротворческой операции других сторон приведет к утрате международного престижа Союза.


Италия

Вы считаете, что урегулирование конфликтов в Европе входит в компетенцию только и исключительно ЕС. Урок, полученный в Югославии, заставил нас выработать Европейскую политику безопасности и обороны. Мы создавали независимые от НАТО силы быстрого реагирования специально для участия в подобных ситуациях. Чтобы выступать единой силой на мировой арене, мы должны доказать, что мы можем самостоятельно участвовать в разрешении конфликтов хотя бы на пространстве Европы. Вы полагаете, что от сегодняшнего решения зависит дальнейшее развитие общей внешней и оборонной политики ЕС. Вы выступаете за отправку контингента, и готовы выделить своих военных для участия в операции. Вы полагаете, что европейские миротворцы должны активно действовать в зоне конфликта, обеспечивая все условия для достижения соглашения между сторонами об окончательном урегулировании конфликта. Мандат должен подразумевать возможность применения силы военными ЕС.


Латвия

Вы поддерживаете проект отправки миротворческих сил в Молдову и считаете, что сил ЕС будет достаточно для достижения целей миссии. Латвия выражает готовность предоставить в распоряжение Постоянного военного штаба один пехотный взвод с легким вооружением при условии обеспечения его всем необходимым для выполнения поставленных задач. При выполнении поставленных перед миротворцами задач необходимо по возможности избежать втягивания миротворческих сил в вооруженный конфликт, но войска ЕС должны иметь полномочия применять силу для выполнения поставленных задач.




Литва

Вы согласны с планом отправки войск и готова выделить группу офицеров литовской армии для выполнения функций наблюдателей в зоне разделения сторон. Войска ЕС могут самостоятельно выполнить задачи миссии, которые должны состоять, прежде всего, в том, чтобы разделять враждующие стороны, создав условия для проведения переговоров об окончательном урегулировании конфликта. Миротворцы должны иметь возможность действовать в зоне конфликта активно, при необходимости применять оружие для пресечения попыток помешать выполнению цели миссии.


Люксембург

Вы считаете возможной отправку сил ЕС для выполнения задач миротворческой миссии, но мандат миротворцев должен быть ограничен разделением враждующих сторон. В случае возникновения вооруженного конфликта миротворческие силы должны быть выведены из зоны конфликта, дабы не подвергать опасности самих миротворцев. Вы не имеете возможности выделить военные формирования. Вы считаете весьма желательным присутствие в зоне конфликта миротворческих сил других стран.


Мальта

Вы сомневаетесь в том, что ЕС по силам взять на себя единоличную ответственность в данном конфликте, поэтому выступаете за участие в составе многонациональных сил. Вы выступаете за проведение миротворческой операции под эгидой ООН или ОБСЕ, а возможно, НАТО. Ваша страна не имеет возможности выделить воинские формирования для участия в операции.


Польша

Вы выступаете за направление сил ЕС в Приднестровье, так как данный конфликт непосредственно затрагивает интересы ЕС. Вы считаете, что необходимо принимать во внимание не только то, что Румыния в скором времени станет членом ЕС, но и постоянно обсуждаемые стремления Румынии и Молдовы к объединению. Конфликт в Приднестровье может в будущем стать внутренней проблемой ЕС, поэтому желательно уже сегодня играть ключевую роль в урегулировании конфликта. В качестве возможных союзников вы поддерживаете только кандидатуру Украины, так как совместная деятельность в данном случае будет более эффективной, чем единоличное участие, а также послужит к укреплению отношений ЕС с этой страной. Россию, по вашему мнению, не стоит привлекать к участию в миротворческой операции, так как ее вмешательство препятствует нормальной интеграции Приднестровской Молдавской Республики. Вы готовы направить в район конфликта до роты пехоты или других войск со всем необходимым вооружением и техникой.


Португалия

Вы не считаете возможным для Европейского Союза брать на себя ответственность за проведение еще одной миротворческой операции. В крайнем случае, ваша страна готова согласиться на отправку в район конфликта миссии из 10-15 военных наблюдателей при условии, что обе враждующие стороны предоставят гарантии безопасности наблюдателей или в зоне конфликта будут размещены миротворческие силы других государств (не под контролем ЕС). Вы готовы выделить несколько офицеров для проведения такой миссии.


Словакия

Вы полагаете отправку сил ЕС в Молдову возможной, но при условии участия в миротворческих силах войск стран региона под общим руководством ЕС. Вы готовы предоставить роту пехоты с необходимым снаряжением и средствами транспорта. Мандат миротворческих сил должен быть ограничен разделением враждующих сторон. Возможность применения оружия ограничивается необходимой самообороной в случае прямого нападения.


Словения

Ваша страна считает, что ЕС должен откликнуться на просьбу Молдовы и отправить небольшой контингент в зону конфликта, причем настоятельной необходимости привлекать другие страны к миротворческой деятельности нет. Мандат миротворцев может быть достаточно широким, возможность применения силы не должна ограничиваться самообороной, если появится необходимость активно вмешиваться в дела для стабилизации обстановки. Возможности выделить существенные силы вы не имеете, но можете предоставить до взвода без транспорта и тяжелого вооружения.


Испания

Вы не считаете отправку войск в Молдову возможной, в случае же принятия подобного решения выделять военные силы не намерены. В принципе вы согласны на отправку небольшой наблюдательной миссии ЕС как части многонациональных сил, созданных государствами без решения Европейского Союза.


Швеция

Вы считаете, что можно отправить в Молдову миротворческие силы, но при этом их мандат должен быть ограничен созданием буферной зоны для разделения враждующих сторон. Оружие миротворцы должны применять только для самообороны и при возникновении угрозы жизни миротворцев должна быть предусмотрена возможность быстрого вывода миротворческих сил. Участие государств региона весьма желательно. Ваша страна готова выделить до батальона пехоты или других войск, снабженных всем необходимым.


Нидерланды

Нидерланды в принципе поддерживают план отправки миротворческих сил ЕС в Молдову и готовы предоставить до роты пехоты или других войск со всем необходимым снаряжением и транспортом. Вы считаете желательным, но не обязательным условием участие стран региона в миротворческой операции. Мандат миротворцев должен предусматривать широкие полномочия по разделению сторон в зоне ответственности миротворцев, но не должен включать задачи, связанные с активным вмешательством в конфликт за пределами этой зоны.


Великобритания

Ваша страна выступает за активное участие Европейского Союза в разрешении конфликта. Вы считаете возможной отправку миротворцев ЕС и без участия региональных сил, по возможности - привлечение структур НАТО к обеспечению деятельности миротворцев и координация действий с европейскими силами НАТО. Мандат миротворцев должен быть достаточно широк для того, чтобы они играли активную роль в разрешении конфликта. В связи с участием Великобритании в различных военных и миротворческих операциях вы можете выделить лишь до роты солдат со всем необходимым вооружением, снаряжением и транспортом.








Проект

РЕШЕНИЕ СОВЕТА

о совместных действиях Европейского Союза

в урегулировании кризисной ситуации в Приднестровье21



СОВЕТ ЕВРОПЕЙСКОГО СОЮЗА

принимая во внимание Договор о Европейском Союзе и, в частности раздел J.3 этого Договора,

учитывая, что:

(1) межнациональные конфликты на территории Европы препятствуют поддержанию стабильности и безопасности в регионе,

(2) Союз желает продолжать свою поддержку Молдове в ее усилиях по созданию демократического государства,

ПРИНЯЛ СЛЕДУЮЩЕЕ РЕШЕНИЕ:

Статья 1

  1. Европейский союз согласен удовлетворить просьбу правительства Молдовы о направлении в зону конфликта в Приднестровье военного контингента из состава сил быстрого реагирования ЕС для проведения миротворческой миссии под руководством Европейского Союза.

  2. Количество вооруженных формирований определяется в соответствии с необходимостью. Для определения количества войск, необходимого вооружения и оборудования в Молдову немедленно направляется специально созданная комиссия Европейского Союза во главе с Высоким представителем по внешней политике и безопасности. Комиссия получает полномочия вести переговоры с правительством Молдовы об условиях размещения контингента.

  3. Задача миротворческих сил состоит в стабилизации обстановки в регионе конфликта путем создания буферной зоны, разделяющей враждующие стороны и недопущения пересечения буферной зоны вооруженными формированиями обеих сторон.

Статья 2

1. Финансирование миротворческих сил осуществляется из бюджета Европейского Союза.

2. Расходование средств, указанных в пункте 1, осуществляется в соответствии с бюджетными процедурами и правилами Союза.

Статья 3

  1. Общее руководство миссией поручается Постоянному военному комитету ЕС, оперативное руководство осуществляет Военный штаб ЕС.

  2. Совет министров Европейского Союза поручает Европейской комиссии вступить в переговоры с государствами-членами Союза о выделении необходимых военных контингентов для формирования миротворческих сил.

Статья 4

Настоящее Решение вступает в силу с даты его принятия.

Статья 5

Настоящее Решение публикуется в Официальном бюллетене.



Совершено в Люксембурге. За Совет

Председатель


позиция



страна

Австрия

Бельгия

Кипр

Чехия

Дания

Эстония

Финляндия

Франция

Германия

Греция

Венгрия

Ирландия

Италия

Латвия

Литва

Люксембург

Мальта

Польша

Португалия

Словакия

Словения

Испания

Швеция

Нидерланды

Великобритания

Принципиальное согласие на отправку миротворческого контингента из сил быстрого реагирования ЕС


























Формат участия ЕС (единолично или в составе международных сил)


























Мандат миротворческих сил ЕС (сроки пребывания, задачи)


























Национальный состав сил ЕС

(какие страны-члены готовы направить свои войска в зону конфликта)


























*





























Имитационная игра, вторая часть практических занятий.


План имитационной игры:


Этап 1. Введение.

На первом этапе группы работают самостоятельно. Каждая группа получает определенную информацию по проблеме переговоров (все группы получают одинаковый объем сведений) и задание представлять одну из сторон. Внутри группы происходит распределение ролей, формируется команда. Каждый студент получает задание в соответствии с ролью, приступает к сбору информации и подготовке документации, необходимой для проведения переговоров. Группа обсуждает ситуацию и формирует предварительное представление о структуре проблемы и переговорной ситуации. Составляется предварительный, подлежащий впоследствии корректировке, список собственных интересов и интересов других участников переговоров.


Этап 2. Переговоры: подготовка.

На втором этапе имитируется подготовительный этап переговоров. Группы продолжают самостоятельную работу и одновременно специально назначенные члены групп начинают устанавливать контакты между сторонами. На этом этапе перед группой стоит несколько основных задач:

  • окончательно сформировать список своих и чужих интересов, понять суть расхождений и возможные точки совпадения интересов.

  • Выработать стратегию переговоров и, в зависимости от этого, одну или несколько позиций по проблеме.

  • Активизировать сбор всевозможной информации о проблеме и о партнерах по переговорам.

  • Согласовать с другими группами время, место и формат проведения переговоров, повестку дня и другие необходимые детали.

На втором этапе должно быть сформировано досье, в котором содержатся все подготовленные членами группы материалы. Все материалы готовятся в письменном виде и помещаются в общее досье в установленные сроки.




Этап 3. Переговорный процесс.

На третьем этапе стороны непосредственно приступают к переговорам по различным каналам в соответствии с достигнутыми на втором этапе договоренностями. Устраиваются пленарные заседания, формируются и приступают к работе рабочие группы, группы сами решают в каком виде проводить переговоры. Стороны готовят предложения по различным аспектам проблемы, обмениваются мнениями по поводу позиций и т.д. Продолжается работа внутри групп: сбор информации, адаптация позиций, корректировка представлений об интересах партнеров, анализ полученных предложений, принятие различных решений. Особое внимание обращается на ведение досье, куда помещаются не только все полученные от других групп письменные материалы, но и записи содержания прошедших переговоров и бесед в ходе различных встреч между представителями групп. На этом этапе предполагается, что стороны приходят к определенному соглашению по проблеме.


Этап 4. Заключение соглашения.

Стороны согласовывают основные положения соглашения, затем приступая к переговорам по уточнению различных деталей. Выбирается форма фиксации достигнутого соглашения и специально назначенные члены групп формулируют заключительный документ, подлежащий подписанию. Согласовываются вопросы, связанные с воплощением в жизнь достигнутого соглашения.


Этап 5. Заключение.

На последнем занятии в ходе общей встречи всех групп участники игры совместно разбирают и оценивают ее ход и достигнутые результаты. просматривается видеозапись, оценивается поведение участников переговоров. Руководитель каждой группы выступает с сообщением, где раскрывает следующие моменты:

  • Каковы были интересы представляемой стороны на данных переговорах.

  • Какие цели и задачи стояли перед группой.

  • По каким принципам формировалась стратегия переговоров и как выбиралась тактика ведения переговоров.

  • Как воспринимались инициативы, выдвинутые другими сторонами и применявшиеся ими тактики.

  • Каких целей удалось достичь, каких достичь не удалось и по каким причинам.



Работа студента в процессе имитационной игры оценивается по следующим критериям (решение по максимальному количеству баллов по каждому пункту принимается преподавателями до начала игры в зависимости от выбранной игровой ситуации и сообщается студентам всех групп):


1.Индивидуальная работа:


Индивидуальная работа каждого студента оценивается по следующим критериям:


Подготовка материалов для переговоров (не менее 5 страниц) в соответствии с полученной ролью на подготовительной стадии


Непосредственное участие в переговорах


Компетентность


Активное творческое участие во всех этапах игры (по решению руководителя семинарской группы)


Умение работать в команде




2.Работа в группе

Работа группы оценивается руководителем семинарской группы. Далее, исходя из количества набранных каждой группой баллов формируется рейтинг групп. В зависимости от рейтинга группы каждый студент получает определенное количество баллов (количество баллов определяется преподавателем в зависимости от игровой ситуации и до начала игры сообщается всем группам).

Например:

  1. Первое место в рейтинге - каждый студент группы получает 20 баллов

  2. Второе место в рейтинге - каждый студент группы получает 15 баллов

  3. Третье место в рейтинге - каждый студент группы получает 10 баллов

  4. Четвертое место в рейтинге - каждый студент группы получает 5 баллов








Работа группы в целом оценивается по следующим критериям:


Качество подготовленных материалов

  • Правильное понимание интересов

  • Соответствие позиций интересам

  • Полнота информационного обеспечения

  • Качество разработки стратегии переговоров


Уровень ведения переговоров

  • Инициативность: внесенное предложение (проект) по решению проблемы

  • Внесенное предложение по решению проблемы, принятое партнерами.

  • Количество и качество применяемых тактик





Раздел 3

В данном разделе представлены три ситуации, которые могут быть использованы для обсуждения в ходе изучения теории ведения переговоров, в качестве основы для проведения имитационной игры, а также для самостоятельного анализа в виде ответов на вопросы, помещенные после каждой ситуации. Каждая ситуация описывает один из трех вариантов ситуации: переговоры между противниками, переговоры между союзниками и переговоры в рамках уже имеющегося соглашения.


Ситуация 1. Переговоры между противниками


Советско-американские переговоры по ядерным вооружениям средней дальности


Описание ситуации:

К концу 1970-х годов США и СССР уже имели достаточно богатый опыт ведения переговоров по проблемам вооружений, в том числе и ядерных. В 1979 г. возник сравнительно новый вопрос связанный с принятым в США решением о размещении в Европе дополнительных ракет среднего радиуса действия, способных нести ядерное оружие.

Решение администрации президента Д.Картера объяснялось, прежде всего, необходимостью укрепления единой трансатлантической системы ядерного сдерживания стран НАТО и американских гарантий, на которых система эта была основана. В 1950-е годы Соединенные Штаты Америки развернули над Европой так называемый «ядерный зонтик», ставший гарантией сдерживания СССР и его союзников. Организация варшавского договора (ОВД) обладала превосходством в обычных вооружениях и угроза массированного ядерного удара в ответ на любую агрессию являлась основным средством сдерживания НАТО в Европе.

Проблемы появились после того, как в СССР были разработаны межконтинентальные баллистические ракеты (МБР), способные поражать цели на территории самих США. Теперь в случае возникновения военного конфликта в Европе Соединенные Штаты оказывались перед выбором: наносить ли ответный удар по СССР, рискуя подвергнуть опасности советского ядерного удара собственную территорию. В этих условиях американские гарантии оказались под сомнением и грозили ослабить единство трансатлантической системы безопасности. В некоторых европейских государствах возникли сомнения в том, что американский ядерный зонтик в новых условиях сможет гарантировать безопасность европейского крыла НАТО. Стратегические ядерные силы двух сверхдержав как бы нейтрализовывали друг друга, оставляя, по мнению некоторых европейских политиков, Европу уязвимой в условиях превосходства ОВД в обычных вооружениях. Соединенные Штаты по-разному пытались решить эту проблему в 1960-1970-е гг., основным средством укрепления гарантий были размещенные в Европе американские тактические ядерные ракеты и бомбардировщики, способные нести ядерные бомбы, но, по мнению таких политиков, как канцлер ФРГ Гельмут Шмидт, этого было недостаточно.

В декабре 1979 г. в Брюсселе совет Организации североатлантического договора принял решение о размещении в Европе дополнительных ядерных ракет средней дальности, что стало еще одной причиной дальнейшего ухудшения советско-американских отношений. Формальным поводом послужило то, что в это время Советский Союз проводил замену своих ядерных ракет средней дальности СС-4 (Р-12) и СС-5 (Р-14), нацеленных на Европу, на новые более совершенные системы СС-20 (РСД-10). Система СС-20 была гордостью советских ядерных сил, она явилась результатом сложной конструкторской работы и намного превосходила предыдущие системы. В отличие от СС-4 и СС-5, эта система могла нести по три боеголовки, имела высокую точность попадания в цель и могла базироваться на мобильных установках которые, к тому же, легко и быстро перезаряжались после пуска. Официально СССР заявил, что эти действия - не более, чем рутинная замена устаревших, разработанных еще в 1950-х гг. систем на новые и не преследует цели усиления группировки ядерных сил. Соединенные Штаты не были согласны, считая, что действия Советского Союза приведут к изменению стратегического баланса в Европе, поскольку аналогичного оружия у США в Европе не было. Решено было разместить 464 крылатых ракеты «Томагавк» и 108 баллистических ракет среднего радиуса действия (РСД) «Першинг-II», всего 572 ракеты.

Принятое решение предусматривало два направления решения проблемы. С одной стороны предусматривалось проведение переговоров с СССР по проблеме ядерного оружия среднего радиуса действия, в то же время предполагалось начать подготовку к размещению ракет.

Когда в Европе стало известно о принятом решении, в европейских странах НАТО, там, где планировалось разместить ракеты, развернулось широкое движение против претворения этих планов в жизнь. Общественное мнение в ФРГ, Бельгии и Великобритании весьма отрицательно отнеслось к решению НАТО, полагая, что американские ракеты как потенциальные цели для упреждающего удара в условиях возможного кризиса лишь усилят угрозу этим странам со стороны СССР.


Начальные позиции сторон:

Решение НАТО 1979 г. предусматривало, что переговоры с СССР должны затрагивать не только советские ядерные ракеты средней дальности (РСД), нацеленные на Европу, но и системы, расположенные в азиатской части Советского Союза. Соединенные Штаты не хотели допустить, чтобы СССР просто вывел СС-20 за пределы Европы, поскольку это могло увеличить угрозу Японии и Южной Корее, союзникам США на Дальнем Востоке, а также нанести ущерб интересам Китая, с которым США усиленно пытались установить партнерские отношения для совместного противостояния СССР. Кроме того, американские стратеги опасались, что размещенные за Уралом СС-20 могут быть быстро переброшены в Европу, поскольку размещались эти ракеты на мобильных пусковых установках.

Советская позиция сводилась к согласию рассматривать вопрос о сокращении количества ракет средней дальности в Европе при условии отказа США от размещения новых ракет.


Предварительные переговоры:

Переговоры начались в 1980 г. накануне президентских выборов в США и с самого начала было понятно, что будущее переговоров во многом зависит от исхода выборов. В связи с этим американская сторона представила достаточно общие предложения, практически принципы рассмотрения проблемы. Первый принцип состоял в необходимости уровнять возможности ядерных сил среднего радиуса действия обеих сторон, принимая во внимание количество боеголовок (одна ракета СС-20 могла нести до трех боеголовок) и мобильность пусковых установок. Кроме этого, в соответствии с решением 1979 г., предлагалось учитывать и географические аспекты проблемы. Конкретных предложений высказано не было.

Советская сторона предложила ввести мораторий на размещение ракет и оставить их количество на имеющемся уровне. Таким образом, сразу выявилось наличие принципиальных разногласий, поскольку американская позиция предполагала размещение какого-то количества американских ракет, а советская сторона старалась этого не допустить. Переговоры продолжались, как и было определено, один месяц. В ходе переговоров стало известно, что на выборах в США победил Рональд Рейган и дальнейшие переговоры будут вестись уже новой администрацией.


Подготовительный этап новых переговоров:

Местом проведения переговоров была выбрана Женева. Традиционно нейтральная Швейцария не впервые принимала советско-американские переговоры, устраивая обе стороны.

После прихода к власти в США новой администрации главой американской делегации на переговорах был назначен известный политический деятель и опытный переговорщик Пол Нитце, работавший в сфере национальной безопасности с 1940-х годов. Как писал свидетель и участник событий Строуб Тэлботт, решение о назначении Нитце отражало не существующее отношение к переговорам, а бюрократический процесс в правительстве, борьбу между ведомствами, но советская сторона восприняла этот назначение как признак ужесточения политики США.22 Дело в том, что П.Нитце был известен своим резко негативным отношением к политике администрации Д. Картера в области контроля над вооружениями и критикой заключенного ею Договора об ограничении стратегических вооружений. Он считал, что США сделали слишком много уступок, подвергая тем самым угрозе свои национальные интересы.

Советскую делегацию возглавил Ю.А.Квицинский, считавшийся весьма энергичным и перспективным дипломатом. Он не только являлся специалистом по проблемам вооружений, но, что немаловажно, был и знатоком политики ФРГ. Министерство обороны представлял генерал Детинов, уже имевший опыт переговорщика в процессе переговоров по ограничению стратегических вооружений (ОСВ-II).

При определении официального термина, определявшего тему переговоров, между СССР и США возникли разногласия. П.Нитце предложил термин «Ядерные силы среднего радиуса действия» (“Intermediate Nuclear Forces”, INF), советская сторона настаивала на сохранении формулировки темы предварительного раунда, звучавшей как «Ограничение ядерных вооружений в Европе», ОЯВЕ. Для США принципиально важно было избежать регионального ограничения темы переговоров, на чем настаивала советская сторона. В связи с этим советская сторона настаивала на том, что намечавшиеся переговоры будут вторым раундом, считая первым предварительные переговоры осенью 1980 г. Американцы предлагали считать будущий раунд первым, подчеркивая отличие этих переговоров от предыдущих. До начала переговоров этот вопрос так и не был окончательно согласован.


Позиции сторон перед новыми переговорами:

В самом начале переговоров, 18 ноября 1981 г., Президент США Р.Рейган выступил с речью, в которой изложил основы американской инициативы по решению проблемы. Предложение, ставшее впоследствии известным как «нулевой вариант» было сформулировано достаточно просто. Рейган заявил, что США готовы отказаться от размещения своих ракет в Европе если СССР уничтожит все имеющиеся у него как в Европе, так и в Азии ракеты СС-4, СС-5 и СС-20, то есть предлагал уничтожить абсолютно все ракеты средней дальности двух сторон, включая все советские СС-20. В США поначалу не было единого мнения по вопросу о том будет ли данная позиция основой для последующего торга, предполагающего взаимные уступки или США должны жестко отстаивать ее на переговорах. В США в выработке позиции на переговорах участвовали несколько ведомств, представители которых обсуждали ее различные детали в рамках специальной межведомственной группы. Довольно часто между представителями ведомств возникали разногласия, что осложняло ведение переговоров.

Советская сторона негативно восприняла инициативу Р.Рейгана, рассматривая ее как чисто пропагандистский ход, направленный на привлечение европейского общественного мнения на сторону США. В свою очередь, советская позиция содержала положение, с которым категорически не соглашались Соединенные Штаты. СССР настаивал на необходимости при подсчете количества ядерных сил средней дальности сторон учитывать ядерные силы Великобритании и Франции, США же настаивали на двустороннем характере вопроса. У США, по всей видимости, были основания надеяться на уступки со стороны СССР в этом вопросе. Участник событий советский дипломат Г.М.Корниенко следующим образом описал причины этого:

«Надо сказать, наша - объективно справедливая - позиция на переговорах по этому вопросу оказалась заранее серьезно ослабленной в тактическом плане из-за следующего казуса. Произошел он вовремя беседы Брежнева с канцлером Шмидтом в Москве летом 1980 года. То есть незадолго до советско-американских переговоров по ограничению ядерных средств в Европе, которые начались в октябре того же года, вести серьезные беседы Брежневу к тому времени было вообще трудно, тем более когда возникала необходимость с ходу реагировать на задаваемый собеседником вопрос. Так вот, выслушав изложение наших аргументов Брежневым по заготовленному тексту насчет обязательности учета английских и французских ядерных средств, Шмидт, не оспаривая, по существу. Правомерность нашей позиции, вместе с тем спросил, не могли ли бы мы все же отложить вопрос об английских и французских ядерных средствах до последующих переговоров по сокращению стратегических вооружений. В ответ Брежнев вопреки нашей позиции, только что изложенной им канцлеру, явно невпопад высказался в том смысле, что мы, дескать, не исключаем такого варианта.

Вклинившийся в разговор Громыко попытался подправить Брежнева, но западные немцы подумали, что советский руководитель не оговорился, как было на самом деле, а проговорился, выдав ненароком запасную позицию (между тем у нас в то время таковой не было). Соответственно информировали они американцев и других союзников по НАТО. И это, безусловно, не могло не сказаться на ходе последующих переговоров»23.


Вкратце изначальная позиция СССР состояла в следующем:

  1. На время переговоров необходимо прекратить любые действия, связанные с развертыванием новых систем.

  2. Сократить все нацеленные на Европу ядерные силы средней дальности (с учетом французских и британских) до одинакового уровня с обеих сторон. Подразумевалось, таким образом, что ограничению подлежат не только ракеты, но и размещенные в Европе бомбардировщики, способные нести ядерное оружие, в которых у США был существенный перевес (США не собирались включать бомбардировщики в число подлежащих ограничению вооружений).

  3. Ликвидировать все ядерное тактическое оружие в Европе.

При этом советская сторона давала понять, что готова обсуждать вопрос о сокращении количества развернутых в Европе советских ракет в обмен на отказ США от размещения своих, как это, например, заявил в июле 1981 г. министр обороны СССР маршал Д.Ф.Устинов. В качестве жеста доброй воли СССР готов был в одностороннем порядке сократить количество своих ракет, правда речь шла об устаревших и подлежавших замене ракетах СС-4 и СС-5, которые советское руководство поначалу планировала заменить таким же количеством новых ракет СС-20.


Переговорный процесс:

В самом начале переговоров стороны договорились не информировать широкую публику об их содержании, поскольку хотели избежать использования и без того чрезвычайно трудного диалога для привлечения общественного мнения на свою сторону.

Переговоры начались с представления сторонами официальных позиций. Позиции эти не содержали ничего нового и повторяли ранее представленные лидерами государств инициативы. Главам делегаций Ю.А.Квицинскому и П.Нитце оставалось лишь разъяснить детали сделанных предложений и привести систему аргументации для их подкрепления. Глава советской делегации представил проект, согласно которому предполагалось сократить ядерные силы средней дальности сторон до 300 единиц с каждой стороны (у СССР в это время имелось около 1000). В качестве первого шага предлагалось сократить эти вооружения до 600 единиц с каждой стороны к 1985 г. Американская сторона отказалась обсуждать этот проект поскольку он предусматривал сокращение не только ракет, но и самолетов, способных нести ядерные заряды. То есть США должны были бы или отказаться от размещения новых ракет в Европе, или размещать их за счет резкого сокращения числа бомбардировщиков. А если учитывать еще и соответствующие вооружения Франции и Великобритании, на чем настаивала советская сторона,

Отвечая на американское предложение о полном уничтожении РСД, советский представитель заявил, что СССР не считает это приемлемым, поскольку это коснулось бы размещенных на Дальнем Востоке советских РСД, направленных против Китая. Но в менее формальной обстановке, когда участники переговоров распределились по группам, некоторые члены советской делегации говорили о возможности прогресса и в этом вопросе в случае если стороны смогут приблизиться к достижению соглашения.

П.Нитце, также в менее формальной обстановке, иногда затрагивал и еще одну чувствительную проблему, вопрос о включении в ограничиваемое вооружение бомбардировщиков. Глава американской делегации говорил о том, что у него нет полномочий вести переговоры по этой проблеме, но он может ее обсуждать. В дальнейшем стороны развернули дискуссию по вопросу о том какие именно самолеты могли бы быть ограничены и как определять дальность их действия.

В марте 1982 г. СССР заявил о введении в одностороннем порядке моратория на развертывание новых ракет в Европе либо до достижения соглашения с США, либо до начала развертывания американских ракет, а также о готовности сократить некоторое количество своих ракет.

В ходе следующего раунда переговоров советская сторона предложила свой проект основных положений возможного договора, продемонстрировала желание идти на уступки в некоторых второстепенных вопросах. Как и ранее, ограничивать предполагалось только нацеленные на Европу РСД, ракеты развернутые в азиатской части СССР должны были находиться на таком расстоянии от Урала, чтобы дальность их полета была меньше расстояния до восточной границы ФРГ. Ранее советская сторона в этих расчетах исходила из собственной оценки дальности полета СС-20, составлявшей 4000 км. По оценкам американских экспертов ракета могла преодолеть около 5000 км. В новом советском проекте, в отличие от предыдущего, выбор района базирования азиатских ракет определялся на основе американских оценок.

В то же время один из членов советской делегации в частной беседе сообщил своему американскому коллеге о намерении СССР прервать эти и все другие переговоры в случае начала размещения американских ракет, а также о возможных контрмерах СССР в военной сфере. Члены американской делегации не могли определить точно является ли эта угроза реальной или это лишь способ давления, но П.Нитце считал, что не учитывать такой вариант нельзя.

Переговоры явно зашли в тупик, что вызывало серьезное беспокойство в Европе. Многие европейские политики, в том числе и канцлер ФРГ Г.Шмидт, а также президент Франции Ф.Миттеран, считали главной проблемой американский «нулевой вариант», который, по их мнению, был слишком жесткой, не предполагавшей уступок позицией. Для улучшения ситуации необходимо было предпринять серьезные усилия и попытаться что-то изменить. П.Нитце решил попробовать организовать неформальные переговоры с глазу на глаз с Ю.А.Квицинским, поскольку имел уже опыт достаточно успешных бесед такого рода во время переговоров по ограничению стратегических вооружений в 1972 г.

Глава американской делегации предполагал, что жестко отстаивать «нулевой вариант» бесперспективно и допускал возможность соглашения, предусматривающего ограниченное развертывание ракет с обеих сторон. В качестве уступки он предлагал американскому руководству отказаться от размещения ракет «Першинг -II» или некоторых их модификаций, зная, что советские военные специалисты считают эти ракеты наиболее опасными и предполагая потребовать за свои уступки высокую цену.

В ходе целой серии неформальных встреч А.С.Квицинский и П.Нитце определили рамки возможного соглашения, признав, что по некоторым вопросам стороны занимают принципиальные позиции и уступки здесь невозможны. Такими вопросами были:

  • Со стороны СССР: неприемлемость «нулевого варианта» особенно относительно РСД на Дальнем Востоке и требование учесть каким-то образом британские и французские ядерные силы.

  • Со стороны США: невозможность ограничение самолетов, которые могут использоваться как для нанесения ядерного удара, так и для применения обычного оружия; неприемлемость ограничения нацеленных на цели в Европе систем морского базирования.


На встрече 16 июля 1982 г. глава американской делегации представил своему партнеру вариант решения проблемы, предполагавший ограничить советские силы в Европе 75 ракетами СС-20, а американские - 75 пусковыми установками крылатых ракет «Томагавк», по 4 ракеты на каждой установке. В итоге получалось 225 советских боеголовок против 300 американских ракет. СССР получал монополию на баллистические ракеты, что мог считать противовесом английских и французских баллистических ракет, а США получали некоторое численное преимущество в количестве боеголовок, что было важно, поскольку крылатые ракеты, в отличие от баллистических, уязвимы для сил противовоздушной обороны противника и могут быть сбиты силами ПВО. Ю.А.Квицинский принципиальных возражений не высказал, пообещав сообщить своему руководству о сути американских предложений.

Но была еще одна проблема, состоявшая в том, что П.Нитце не согласовал предложения со своим руководством и не был полностью уверен в положительной реакции американского правительства.. После окончания очередного раунда переговоров он вернулся в Вашингтон, где нашел как сторонников, так и яростных противников предложенного им плана. Прежде всего резко против плана выступило Министерство обороны и в конечном итоге президент Рейган решил не отказываться от своей изначальной инициативы, «нулевого варианта». В качестве запасной позиции предполагалась возможность промежуточного соглашения, которое непременно должно было предусматривать размещение в Европе определенного числа баллистических ракет «Першинг II» в случае если СССР сохранит хотя бы некоторое количество СС-20.

Инициатива П.Нитце была отвергнута и советской стороной, причем и В СССР именно Министерство обороны и лично министр обороны Д.Ф.Устинов подвергли ее наиболее резкой критике. Вопрос обсуждался на уровне Политбюро и Квицинскому было поручено вести переговоры также на основе первоначальной позиции. Казалось, что обе стороны испытали облегчение, узнав о негативном отношении партнера к плану П.Нитце. В СССР крепла уверенность в том, что администрация Р.Рейгана не собирается заключать соглашение, а использует переговоры для прикрытия подготовки к размещению своих ракет в Европе. Квицинский и другие члены советской делегации вновь в неформальных беседах неоднократно давали понять своим американским коллегам, что СССР твердо решил прекратить переговоры как только начнется размещение первых американских ракет. Более того, говорилось и о вероятности ответных мер со стороны СССР, заключавшихся не только в интенсификации замены советских старых ракет в Европе на СС-20, но и в развертывании дополнительных комплексов до равного с американцами количества. Выполнение этой угрозы означало бы , что СССР получил бы серьезное преимущество, поскольку одна ракета СС-20 могла нести до трех боеголовок, а «Першинг II» - только одну.

СССР по-прежнему предлагал ограничить ядерные силы средней дальности 300 носителями с каждой стороны, с учетом 255 французских и английских. У американцев вызывала опасение возможность того, что в случае такого решения большая часть советских сил будет состоять из ракет, что даст им перевес в боеголовках. В ответ на эти опасения СССР выдвинул новую инициативу. В декабре 1982 г. новый лидер СССР Ю.В.Андропов выступил с предложением, согласно которому Советский Союз ограничил бы количество баллистических ракет на уровне уже имевшихся в Европе аналогичных французских и английских систем (162 единицы), при общем потолке в 300 носителей. При этом говорилось и о возможности уничтожения, а не передислокации, некоторого числа лишних СС-20, а также о возможности пойти навстречу американцам в вопросе об учете не только носителей, но и боеголовок, что являлось отходом от первоначальной позиции.

Как известно, принцип учета французских и британских сил не был приемлем для США и к тому же советская инициатива практически предусматривала отмену размещения каких-либо американских ракет, поскольку французские и британские силы средней дальности составляли 255 единиц (162 ракеты и 93 самолета), на долю США приходилось лишь 45 носителей, что покрывалось имевшимися у США в Европе бомбардировщиками. То есть, чтобы разместить в Европе даже минимальное количество ракет, американцам пришлось бы выводить из Европы свои бомбардировщики.

США продолжали отстаивать «нулевой вариант» и такая позиция становилась в Европе все менее популярной как неконструктивная, поскольку со стороны казалось, что американцы не заинтересованы в успехе переговоров. Приближалось время начала размещения ракет в Европе и европейское общественное мнение все активнее выступало за заключение соглашения, опасаясь ответных мер СССР и неконтролируемой гонки вооружений. Тем временем Р.Рейган прилагал усилия в основном для того, чтобы популяризировать свой план в европейских странах. Только в марте 1983 г. он официально обратился к СССР с предложением заключить временное промежуточное соглашение о взаимном ограничении ракет средней дальности СССР и США до равных количеств боеголовок. Формально позиция не менялась, поскольку предложенное соглашение официально объявлялось «промежуточным» на пути к все тому же «нулевому варианту», но по сути США демонстрировали готовность допустить наличие равного числа боеголовок с СССР на ракетах средней дальности, правда без учета других носителей и не только в Европе. Впоследствии новая позиция была конкретизирована сообщением, что потолок вооружений планируется искать в пределах от 50 до 450 боеголовок у каждой стороны.

Министр иностранных дел СССР А.А.Громыко публично отверг предложение США как неприемлемое. По словам генерала В.Стародубова, неоднократно участвовавшего в переговорах с США по контролю над вооружениями, советская сторона восприняла это предложение как очевидно запросную позицию.24

На развитие ситуации оказывало заметное влияние мнение немецких политических кругов и общественного мнения ФРГ. Хотя канцлер ФРГ Г.Коль и являлся сторонником размещения американских ракет в Европе, в том числе в западной Германии, но, зная о намерениях СССР предпринять ответные шаги, опасался бесконтрольной гонки вооружений. Не только оппозиция, но и многие члены правящей партии активно поддерживали идею советско-американского соглашения на основе договоренности, к которой пришли Квицинский и Нитце. Германское общественное мнение все активнее выступало за откладывание начала размещения ракет для создания возможности продолжения переговоров.

С советской стороны новых предложений не поступало, но некоторые советские дипломаты и военные высшего давали понять представителям США, что СССР в принципе может согласиться на ограниченное развертывание американских крылатых ракет в Великобритании при условии отказа от размещения баллистических ракет «Першинг -II». Вернувшись в Вашингтон в июле 1983 г. П.Нитце в последний раз попытался убедить свое руководство в необходимости пожертвовать «Першингами» ради достижения соглашения, но успеха не достиг и на этот раз.

В конце августа руководитель СССР Ю.В.Андропов объявил о готовности Советского Союза в одностороннем порядке сократить количество своих ракет СС-20 до уровня равного количеству аналогичных ракет у Англии и Франции, то есть в одиночку приступить к выполнению предложенного американцам плана ограничения. Причем, если раньше СССР предполагал выводить свои лишние ракеты за пределы Европы, то теперь говорилось об их ликвидации.

Переговоры возобновились в обстановке возросшей напряженности, что было вызвано произошедшим 1 сентября 1983 г. инцидентом с южнокорейским пассажирским лайнером, сбитым советскими силами ПВО и жесткой реакцией на это со стороны США.

Тем не менее президент США считал необходимым не только продолжить переговоры, но и продемонстрировать гибкость со своей стороны. Он озвучил новое предложение США выступая на сессии Генеральной Ассамблеи ООН в Женеве. Инициатива предполагала ограничение советских и американских ракет в Европе до одинакового уровня, при этом предусматривалась возможность для Соединенных Штатов держать за пределами Европы столько готовых к развертыванию ракет, сколько СССР сохранит в азиатской части страны.

Начало размещения американских ракет было назначено на 21-22 ноября и откладывать его американцы не собирались. В этих условиях важнейшей проблемой для делегации США стал вопрос о вероятности выполнения Советским Союзом угрозы прекратить переговоры в случае начала размещения ракет. До этого момента всерьез эти угрозы воспринимал только П.Нитце. В октябре Ю.В.Андропов еще раз публично пригрозил выйти из переговоров, но при этом представил еще одно предложение, заявив о возможности одностороннего сокращения советских ракет в Европе до одинакового уровня с Англией и Францией при учете не носителей, как предполагалось ранее, а боеголовок, а также пообещав заморозить количество советских РСД в Азии.

В ответ США предложили установить общий глобальный потолок в 420 боеголовок с каждой стороны, учитывая только РСД СССР и США. Вскоре, в соответствии с американским планом, первые РСД прибыли в Европу.

В ответ на это 25 ноября 1983 г. в «Правде» было опубликовано следующее заявление Ю.В.Андропова:

«Тщательно взвесив все стороны создавшейся обстановки, советское руководство приняло следующие решения.

Первое. Поскольку США своими действиями сорвали возможность взаимоприемлемой договоренности на переговорах по вопросам ограничения ядерных вооружений в Европе и их продолжение в этих условиях было бы лишь прикрытием для направленных на подрыв европейской и международной безопасности действий США и ряда других стран НАТО, Советский Союз считает невозможным свое дальнейшее участие в этих переговорах.

Второе. Отменяются взятые на себя Советским Союзом в одностороннем порядке обязательства, имевшие своей целью создание более благоприятных условий для достижения успеха на переговорах. Тем самым отменяется мораторий на развертывание советских ядерных средств средней дальности в европейской части СССР.

Третье. По согласованию с правительством ГДР и ЧССР будут ускорены начатые некоторые подготовительные работы по размещению на территории этих стран оперативно-тактических ракет повышенной дальности.

Четвертое. Поскольку путем размещения своих ракет в Европе США повышают ядерную угрозу для Советского Союза, соответствующие советские средства будут развертываться с учетом этого обстоятельства в океанских районах и морях. Эти наши средства по своим характеристикам будут адекватны той угрозе, которую создают для нас и наших союзников американские ракеты, размещенные в Европе.

Будут, разумеется, приняты и другие меры, направленные на обеспечение безопасности СССР и других стран социалистического содружества.

Приступая к осуществлению принятых нами решений, мы заявляем, что ответные меры с советской стороны будут выдерживаться строго в тех пределах, которые будут диктоваться действиями стран НАТО. Советский Союз - и мы снова подчеркиваем это - не стремится к военному превосходству, и нами будет делаться лишь то, что совершенно необходимо, чтобы военное равновесие не было нарушено.

Если США и другие страны НАТО проявят готовность вернуться к положению, существовавшему до начала размещения в Европе американских ракет средней дальности, Советский Союз будет также готов сделать это. Тогда вновь обрели бы силу и внесенные нами ранее предложения по вопросам ограничения и сокращения ядерных вооружений в Европе. В этом случае, то есть при условии восстановления прежнего положения, возобновили бы свое действие и односторонние обязательства СССР в этой области.

Советский Союз со всей определенностью и твердостью заявляет, что он остается приверженным принципиальному курсу на прекращение гонки вооружений, прежде всего ядерных, на уменьшение и в конечном итоге полное устранение ядерной войны.

Советский Союз по-прежнему выступает за самое радикальное решение вопроса о ядерных вооружениях в Европе. Он повторяет свое предложение сделать Европу вообще свободной от ядерного оружия как средней дальности, так и тактического»

Вопросы:


  1. Какие цели преследовали стороны на переговорах?

  2. В чем причина разногласия по поводу формулировки темы переговоров?

  3. Охарактеризуйте «нулевой вариант» Р.Рейгана как переговорную позицию. Какова была цель публичного выступления, содержавшего эту инициативу?

  4. Зачем Квицинский говорил о возможности размещения в Европе дополнительных советских ракет в случае начала развертывания американских?

  5. Почему декабрьская 1982 г. инициатива СССР была высказана публично главой СССР, а не дипломатами на переговорах. По каким причинам выбиралась форма представления новых инициатив?

  6. Определите НАОС СССР и США.


Ситуация 2. Переговоры между союзниками



Переговоры об отправке русских войск во Францию в 1915-1916 гг.



Описание ситуации:

Когда в 1914 г. в Европе началась война, воюющие державы рассчитывали, что продлится она недолго. Стратегические планы государств были рассчитаны всего на несколько месяцев и, конечно, правительства и командование армий не были готовы к боевым действиям столь огромного масштаба. Впервые в истории потери в живой силе исчислялись миллионами убитых, раненых и попавших в плен. Уже к 1915 г. на Западном фронте во Франции война приобрела позиционный характер, а это означало, что появилась необходимость в еще большем количестве солдат, поскольку распределять их приходилось по достаточно протяженному сплошному фронту с учетом возможности еще и концентрировать войска на отдельных участках для наступлений.

Уже в 1915 г. Франция начала ощущать недостаток людских резервов как на фронте, так и в тылу. Важнейшая союзница Франции, Россия, оказалась не способна полностью обеспечивать свою армию даже самым необходимым. В русской армии ощущался острый недостаток не только артиллерии, но даже винтовок, что вынудило русское правительство обратиться за помощью к союзникам.

Французской промышленности пришлось обеспечивать не только армию самой Франции, но и осуществлять масштабные поставки вооружений и других материалов в Россию. Французскому правительству удалось мобилизовать экономику страны, и военное производство постоянно росло, но росли и потребности французской армии. В связи с этим французскому командованию постоянно приходилось принимать решения о возможности удовлетворения просьб России о военных поставках в ущерб нуждам собственной армии. Но и оставить Россию без помощи было невозможно, ведь если бы русская армия была разгромлена, поражение Франции стало бы неизбежно. При этом во Франции знали, что российское командование не в силах вооружить всех призванных в армию и при русских корпусах постоянно существовал резерв невооруженных солдат.

Франция и Россия обязались помогать друг другу в войне, но строили свои стратегические планы в основном на основе собственных интересов. Франция была крайне заинтересована в том, чтобы Россия направляла наибольшие военные усилия против Германии, а не против Австро-Венгрии, поскольку в этом случае Германии пришлось бы направлять против России больше войск, снижая, тем самым, давление на Францию. Для России австрийский фронт часто становился главным, поскольку именно здесь она собиралась расширять свою территорию, но и настоятельные просьбы союзника игнорировать было нельзя.

Первые переговоры и позиции сторон:

Осенью 1915 г. ситуация с пополнением армии во Франции приблизилась к критической. Не хватало людей и в тылу, на заводах, производивших вооружения не только для французской армии, но и для армий союзников, в том числе России. В этих условиях во французском правительстве возникла идея использовать русских солдат для укрепления собственной армии. Было известно, что в России не хватает оружия для вооружения всех призванных в армию, и вследствие этого французский план предусматривал включение во французские части неорганизованных русских солдат для восполнения их потерь. В начале ноября 1915 г. российский посол в Париже А.П. Извольский сообщил С.Д. Сазонову, что французское правительство решило послать в Петроград члена сенатской комиссии по военным делам П. Думера. Официальной целью визита являлся вопрос о снабжении русской армии оружием, но А.П. Извольский добавил, что по его сведениям, П. Думер предлагает снять с французского фронта рабочих, которых не хватает на заводах, производящих оружие, и заменить их русскими солдатами.

Французы готовились к достаточно непростым переговорам. Неоднократно со времени начала войны во французско-русских отношениях возникал вопрос об отправке русских войск за границу, но впервые речь шла о Франции. Ранее предлагалось отправить русских солдат на Балканы на помощь Сербии и даже тогда русское командование выступало против таких проектов. Зная по предыдущим переговорам, насколько негативно русское верховное командование относится к направлению своих солдат на заграничные фронты, французское правительство решило связать вопрос о присылке войск с вопросом о поставках оружия. Президент Франции Р. Пуанкаре в своих мемуарах выразился однозначно: «Думер отправляется в Россию для ознакомления с вопросом об отправке солдат в обмен на наши ружья».25 Перед отъездом П. Думер посетил А.П. Извольского и обсудил с ним и с русским военным агентом во Франции А.А. Игнатьевым цель визита. Последний считал, что французские претензии вполне обоснованы и России придется удовлетворить их хотя бы частично.

А.А. Игнатьев в донесении генералу Беляеву подробнее сообщил о планах французского правительства. Предполагалось, что Россия пришлет от 100 000 до 300 000 неорганизованных солдат, которые во Франции будут вооружены и распределены по французским частям, по 10 - 15 человек в роту. Эту идею А.А. Игнатьев назвал наивной, но признал просьбу французов справедливой, указывая на сложное положение на французских военных заводах. План использования русских во Франции, составленный самим А.А. Игнатьевым, содержал два варианта: отправка русских военнообязанных на французские заводы и участие русских частей в боях на французском фронте. Во втором случае из России должны были прибыть не неорганизованные массы, а отдельные части, под командованием русских офицеров. При этом было необходимо, чтобы эти части действовали как отдельные боевые единицы, не входя во французские дивизии. Наиболее подходящим формированием, по мнению А.А. Игнатьева, являлась отдельная бригада под командованием генерала. Такая часть могла существовать автономно и представлять во Франции союзную русскую армию, тогда как более мелкие подразделения и, тем более, неорганизованные массы солдат считались бы просто новым пополнением французской армии.26

Поль Думер прибыл в Петроград в начале декабря. 4 декабря его принял министр иностранных дел С.Д. Сазонов. На этой встрече П. Думер подробнее изложил предложения французского правительства, сводившиеся к следующему: Россия посылает во Францию до 400 000 невооруженных солдат, по 40 000 в месяц, Франция, в свою очередь, обязуется не только вооружить их, но и увеличить поставки оружия в Россию. У С.Д. Сазонова такая идея сочувствия не вызвала, но он ограничился заявлением, что данный вопрос необходимо согласовать с военным министром. Решение могло принять лишь верховное командование русской армии, во главе которого стоял лично император Николай II, не высказывавший ранее особых возражений против возможности отправки русских войск за границу. Кроме него в переговорах участвовал Начальник штаба Верховного главнокомандующего генерал Алексеев, настроенный резко отрицательно.

7 декабря в Петрограде П. Думера принял Николай II. Предупрежденный С.Д. Сазоновым о цели визита, царь ничего определенного не сказал и пригласил французского представителя приехать в Ставку, куда сам отправлялся на днях. Он, очевидно, не хотел принимать решение без Алексеева. До отъезда в Ставку П. Думер встретился с военным министром генералом Беляевым. Последний, указывая на громадные потери русской армии, пытался убедить французского представителя в том, что людские ресурсы России не безграничны и также вскоре будут исчерпаны. В телеграмме начальнику штаба Верховного главнокомандующего генералу Алексееву генерал Беляев высказался категорически: «Лично я считаю ... что настоящее предложение не может быть принято ни под каким видом».27

Царь поручил приять окончательное решение генералу Алексееву. Последний, один из наиболее ярых противников подобных планов, возмущенный кроме всего прочего моральной стороной предлагавшегося обмена, вместе с тем понимал, что зависимость России от французских военных поставок делает полный отказ крайне нежелательным. По словам директора дипломатической канцелярии при Ставке Кудашева, присутствовавшего на переговорах, обе стороны остались недовольны результатами. Генерал Алексеев прямого ответа не дал и, указывая на возможные трудности, предложил сначала в качестве опыта послать одну пехотную бригаду. Позднее он доверительно сказал Кудашеву, что вероятно придется согласиться на отправку одной дивизии, но не более того. Бригада должна была состоять из двух полков, с русскими офицерами во главе, и, получив во Франции дополнительные кадры и вооружение, действовать на фронте как отдельная боевая единица. В телеграмме генералу Беляеву генерал Алексеев говорил об этом решении не иначе как об “уступке”, “крайности”, на которую можно идти только в силу особой необходимости и желания сохранить добрые отношения. В том же духе была составлена и телеграмма генерала Алексеева представителю русской Ставки во Франции генералу Жилинскому.

Однако, видимо, ответ, данный П. Думеру, был понят последним иначе. Отсутствие отказа П. Думер воспринял как согласие. После возвращения из Ставки П. Думер через французского посла в России М. Палеолога послал в Париж телеграмму, в которой сообщил о результатах переговоров с Николаем II и генералом Алексеевым. П. Думер писал: “Принцип посылки на французский фронт в распоряжение правительства республики русских солдат принят, с проведением немедленного предварительного опыта. Русские солдаты прибудут во Францию не как неорганизованные массы, а как русские части, с русскими офицерскими кадрами, которые должны быть дополнены французскими. Эти части будут вооружаться винтовками во Франции. Французская сторона берет на себя транспортировку русских войск морем и гарантирует их безопасность. Численность отправляемых во Францию солдат по-видимому может достигать 40 000 в месяц. Лишь в зимние месяцы, в связи с трудностями с портом, такое количество посылать невозможно”.28

Такой исход дела, по-видимому, удивил русское верховное командование. Уже в день отъезда П. Думера из Петрограда, 18 декабря, С.Д. Сазонов в беседе с М. Палеологом сказал, что по его сведениям верховное командование русской армии не считает себя обязанным отправлять во Францию 400 000 солдат. Встревоженный, М. Палеолог попросил французского военного представителя в России генерала По как можно быстрее зафиксировать достигнутое, якобы, соглашение на бумаге. Через несколько дней С.Д. Сазонов официально известил М. Палеолога: “Что касается пожеланий Думера - военные власти не могли пойти им навстречу в той мере, в какой хотели.29 В тот же день С.Д. Сазонов сообщил А.П. Извольскому о том, что предложение П. Думера было признано невыполнимым и поручил рассеять слухи, преувеличивавшие успех миссии П. Думера. Узнав о таком повороте событий, Р. Пуанкаре 22 декабря записал: “Что стало с теми великолепными обещаниями, которые были даны Полю Думеру? Россия вручила нашему посланцу кусок шагреневой кожи”.30

Такое расхождение в понимании результатов миссии П. Думера можно, по-видимому, объяснить следующим образом: Отправка бригады, по сообщению П. Думера, производилась для того, чтобы выяснить как будут чувствовать себя русские солдаты вдали от родины и как будет функционировать система отправки. Генерал Алексеев также говорил об этом как об опыте. Не желая посылать во Францию крупные силы, но не имея возможности ответить прямым отказом, генерал Алексеев ушел от ответа, предложив сначала в качестве опыта послать небольшую часть. Вероятно, Алексеев хотел оттянуть окончательное решение на возможно более долгий срок, надеясь найти оправдание для полного отказа. Кроме того, как будет сказано ниже, под предлогом трудностей с отправкой войск зимой через Архангельск, бригада была послана во Францию через Дальний Восток и Индийский океан. Таким образом, от момента заключения соглашения до прибытия бригады на фронт прошло почти 6 месяцев, так как большинство посланных солдат не имело никакой подготовки и французам пришлось заниматься их обучением. Немалых средств потребовала и транспортировка людей, а результатом всех этих усилий стало усиление французской армии на одну пехотную бригаду - результат практически ничтожный и это дало бы русскому командованию право считать опыт неудачным.

25 декабря генерал По встретился с генералом Беляевым, надеясь получить подтверждение обещаниям , данным П. Думеру, но переговоры свелись лишь к уточнению деталей отправки во Францию пехотной бригады. На этой встрече было заключено соглашение, согласно которому планировалось сформировать бригаду в составе двух полков, общей численностью около 7600 человек. Позднее эта цифра была увеличена до 8500 человек. В связи с трудностями, связанными с транспортировкой войск через Архангельск в зимнее время, было решено отправить бригаду через Дальний Восток, Индийский океан, Суэцкий канал и Средиземное море в Марсель. В конце февраля первая бригада отправилась в путь.

Заключительный этап переговоров:

Между тем, французское правительство не отказалось от идеи использования огромных людских ресурсов Росси для пополнения рядов своей армии. На союзнической конференции в марте 1916 года заместитель министра артиллерии и военного снабжения А. Тома описав в своем выступлении тяжелое положение, в котором оказалась французская промышленность вследствие нехватки рабочих рук, предложил России и Италии помочь Франции в этом вопросе. Позже, в докладе подкомиссии, занимавшейся вопросами вооружений и использования рабочей силы, было сказано, что Россия и Италия могут помочь Франции в обеспечении ее предприятий рабочими.

В начале мая А. Тома вместе с министром юстиции Франции, бывшим премьер-министром Р. Вивиани отправился в Петроград. Основной целью миссии провозглашалось активизация сотрудничества в деле организации снабжения русской армии. Французские представители должны были ознакомиться с возможностями российской промышленности и понять как Франция может помочь ей увеличить производство военной продукции на месте. Кроме этого предполагалось, что А.Тома и Р.Вивиани обсудят с командованием русской армии вопрос о французских поставках.

Одной из главных задач их миссии было добиться отправки во Францию все тех же 400 000 солдат. В первый же день их пребывания в Петрограде М. Палеолог предупредил их, что генерал Алексеев, от которого будет зависеть решение данного вопроса, категорически против посылки русских солдат в какие-либо заграничные экспедиции, поскольку считает, что обученных солдат уже не хватает для обеспечения русских фронтов. Но тут же французский посол добавил, что если проявить настойчивость, то можно добиться отправки нескольких бригад.

6 мая французские представители были приняты Николаем II. В ответ на настойчивые просьбы о присылке войск, царь ограничился лишь общими обещаниями. Окончательно вопрос решался уже в Ставке на совещании под председательством Николая II. Верный своей позиции, генерал Алексеев возражал против выделения даже небольших частей для отправки во Францию, но ему пришлось уступить. Царь, в принципе благосклонно относившийся к просьбам о присылке войск, принял компромиссное решение - послать во Францию с середины августа до середины декабря 1916 г. пять пехотных бригад по 10 000 человек каждая, а вопрос о дальнейшей отправке решить в конце 1916 г. Уже в начале июня в России началось формирование третьей особой пехотной бригады. Выполняя соглашение, русское командование в августе и сентябре отправило во Францию две бригады, одна из которых впоследствии была послана в Салоники. Однако события, связанные со вступлением в войну Румынии и поражением ее армии, потребовали от России нового напряжения сил и это не позволило продолжить отправку частей на французский фронт.

Вопросы:

  1. В чем состояли интересы России и Франции на переговорах? Определите совпадение интересов и противоречия.

  2. В чем сильные и слабые стороны позиций сторон на переговорах, чья позиция на переговорах была сильнее?

  3. Реконструируйте аргументацию сторон на переговорах, какую стратегию и какие виды тактик могли использовать стороны?

  4. Чем определялся выбор французской стороной представителей на переговорах?










Ситуация 3. Переговоры в условиях имеющегося соглашения.


Проблема адаптации Договора об обычных вооруженных силах в Европе в рамках СНГ


19 ноября 1990 года после двадцати месяцев переговоров страны НАТО и Варшавского договора подписали договор, наложивший серьезные ограничения на размещение в Европе обычных вооружений. Договор представлял собой обширный, более 140 страниц, документ, включавший в себя не только ограничения на количество различных видов вооружений, но и детально разработанные процедуры сокращения и проверок выполнения договора. Однако не прошло и полутора лет, как ратификация и выполнение договора оказались под вопросом. Распад Варшавского договора, а затем и СССР, появление новых независимых государств вызвали необходимость новых переговоров.

Содержание договора:

Договор об обычных вооруженных силах в Европе предусматривал сокращение пяти видов вооружений НАТО и ОВД до следующих лимитов с каждой стороны:

  • 20 000 боевых танков, из которых 16 500 в регулярных частях,

  • 30 000 боевых бронированных машин, из которых не более 27 300 в регулярных частях,

  • 20 000 артиллерийских единиц, из которых не более 17 000 в регулярных частях,

  • 6 800 боевых самолетов,

  • 2 000 ударных вертолетов.

Договор не ограничивался установлением общих цифр ограничений. Для предотвращения концентрации войск на одном направлении, что могло вызвать тревогу противоположной стороны, предусматривалось особые ограничения на количество вооружений, размещенных на флангах. Фланговая зона (южный, и северный фланги) Организации варшавского договора включала Румынию, Болгарию, а также северные и южные военные округа СССР, фланги НАТО включали Исландию, Норвегию, Турцию и Грецию. Из общего числа вооружений, каждая сторона могла иметь на флангах не более:

  • 4 700 боевых танков,

  • 5 900 боевых бронированных машин,

  • 6 000 артиллерийских единиц.

Существовал и еще целый ряд количественных ограничений, на основе которых вскоре были определены и лимиты вооружений для каждой из стран-участниц. На долю СССР приходилось следующее количество вооружений:




Всего

Из них во фланговых зонах

  1. Танки

  2. Боевые бронированные машины

  3. Артиллерия

  4. Вертолеты

  5. Самолеты

13 150

20 000

13 175

1500

5 150

2 850

2 600



3 675



Новая ситуация:

Распад Варшавского договора изменил смысл договора, который разрабатывался для того, чтобы сбалансировать силы противостоящих блоков. Однако формально поводов снова затевать переговоры не было - лимиты вооружений для каждой страны уже были определены и бывшие союзники СССР по ОВД не претендовали на их изменение. Оставалось лишь соблюдать букву договора, на основе которого формировался режим в сфере обычных вооружений в Европе. Достаточно быстро всего был решен и вопрос о республиках Прибалтики, попадавших во фланговую зону. Независимые республики не претендовали на получения части вооружений СССР, и в октябре 1991 года между США и СССР было достигнуто соглашение об исключении этих государств из режима ограничений.

По-другому обстояло дело после распада самого СССР. Новые независимые государства были вынуждены договариваться о разделе лимитов между собой. Это представляло собой серьезную проблему. В зону фланговых ограничений попадали Молдова, Азербайджан, Армения, Грузия, а также часть Украины и Ленинградский и Северокавказский военные округа России. Договор предусматривал один, и весьма небольшой, лимит вооружений для всех этих стран. Немедленно возник вопрос о том, должна ли Россия унаследовать фланговые лимиты или они должны быть поделены между новыми независимыми государствами. Во втором случае каждая единица техники армии, например, Армении, сокращала возможности России размещать вооружения на Северном Кавказе или в Ленинградском военном округе, единственным в то время в России округе, соприкасавшимся с государством - членом НАТО - Норвегией. Необходимо было, также, решить вопрос и относительно лимитов вооружений в центральной зоне, поскольку это затрагивало интересы России, Беларуси и Украины. Дело осложнялось еще и тем, что три вовлеченные в него государства, Армения, Азербайджан и Молдова, в это время участвовали в вооруженных конфликтах.



Ход переговоров:

Проблемы адаптации договора об обычных вооруженных силах стали частью более обширной проблемы, касавшейся раздела вооружений бывшего Советского Союза. Россия отвергла предложенный президентом Украины Кравчуком тезис о том, что обычные вооружения бывшего СССР должны отныне принадлежать тому государству, на территории которого они располагались. Это предложение было поддержано Молдовой и Азербайджаном, крайне нуждавшимися в вооружениях. Такой раздел считался российскими военными несправедливым еще и потому, что на территории СССР большое количество войск располагалось за пределами России. В западных регионах СССР размещалась и большая часть наиболее современных видов вооружений, оказавшаяся теперь в Беларуси и на Украине. Представители российской армии и так уже были недовольны чрезмерными, по их мнению, уступками Западу, и восприняли идею президента Кравчука в штыки.

Советник президента Ельцина генерал Кобец по военным вопросам предложил альтернативный вариант. Согласно предложенной им схеме при определении доли вооружений бывшего СССР, которую должно получить каждое новое независимое государство в расчет принимались: размер территории, количество населения, протяженность границ. По его расчетам Россия должна была получить 54% вооружений бывшего СССР.

По инициативе министра иностранных дел ФРГ Ганса-Дитриха Геншера НАТО предложила создать рабочую группу на высшем уровне с участием подписавших договор стран и бывших республик СССР, которых касались ограничения, для рассмотрения проблем, связанных со вступлением договора в силу. Рабочая группа стала органом, через который страны НАТО воздействовали на процесс адаптации договора внутри СНГ.

Позиция НАТО по данному вопросу была выработана к началу 1992 года и заключалась в том, что договор должен вступить в силу без новых переговоров и как можно скорее. Новые независимые государства должны сами решить вопрос о разделе лимитов вооружений, предусмотренных договором. В январе 1992 года представитель России в Рабочей группе по договору об обычных вооруженных силах в Европе Владимир Петровский заявил, что Россия могла бы ратифицировать договор от имени всех государств бывшего СССР и затем рассматривать проблему адаптации договора в двусторонних переговорах с заинтересованными странам. Вскоре подобное предложение поступило уже от трех государств - к России присоединились Беларусь и Украина, и многие страны Запада, в том числе США, были готовы согласиться на этот вариант. Однако против такого варианта выступила Турция, поставившая в качестве условия ратификации договора ратификацию его государствами Закавказья. Ратификация договора Турцией была, в свою очередь, условием ратификации его Грецией. Все это грозило сорвать процесс ратификации договора и похоронить с таким трудом достигнутое соглашение. Компромисс все же был достигнут. Решения, выработанные рабочей группой, сводились к следующему:

  • Договор должен вступить в силу без новых переговоров и как можно скорее.

  • Обязательства, взятые на себя бывшим СССР должны полностью соблюдаться всеми новыми независимыми государствами (кроме Латвии, Литвы и Эстонии), попадающими в зоны ограничений.

  • Раздел лимитов должен быть произведен совместно государствами СНГ и в соответствие с ограничениями, определенными договором.

  • Все новые независимые государства должны ратифицировать договор.

Первой была решена проблема центральной зоны. В апреле 1992 года Россия, Беларусь и Украина договорились между собой о разделе лимитов вооружений в центральной зоне. Прогресс был достигнут первоначально на уровне экспертов, а затем и на политическом. Возможность такого соглашения определялась согласием России на формирование независимых вооруженных сил Украины и Беларуси. Труднее было с такими странами, как Армения, Азербайджан и Молдова. Эти государства стремились получить оружие для непосредственного применения в вооруженных конфликтах, в которые были втянуты, и российские политики считали, что получение этими странами оружия лишь интенсифицирует конфликты.

Последним препятствием к вступлению договора в силу была проблема фланговых ограничений, обсуждение которой должно было состояться на встрече руководителей стран СНГ в мае 1992 года в Ташкенте. Оставалось нерешенными еще достаточно много вопросов и большинство аналитиков относилось скептически к возможности достижения соглашения. Однако, несмотря на множество проблем, соглашение было достигнуто. Окончательное согласование отдельных вопросов продолжалось и после встречи на высшем уровне, и окончательные цифры раздела ограничений были официально представлены представителям стран НАТО незадолго до состоявшейся 25 мая очередной встречи рабочей группы по договору. Западные страны были полностью удовлетворены, поскольку установленные лимиты вписывались не только в общие рамки договора, но и в рамки региональных, то есть фланговых ограничений.

В соответствии с окончательным документом Россия получила почти точно столько вооружений бывшего Советского Союза, сколько она должна была получить по мнению российских военных, - 54%. Лимиты вооружений Украины более чем в два раза превосходили размеры вооружений других стран восточной группы, кроме России.

10 июля 1992 года в Хельсинки страны НАТО, шесть бывших членов Организации Варшавского договора и семь бывших союзных республик СССР подписали два соглашения. Первое касалось применения договора об обычных вооруженных силах в Европе, второе дополняло его, определяя ограничения на количественный состав личного состава вооруженных сил этих стран в регионе от Атлантики до Урала. Таким образом, проблема вступления договора об обычных вооруженных силах в Европе была решена.

Вопросы:

  1. Почему вопрос об исключении Прибалтийских государств из режима договора был решен сравнительно легко?

  2. Какие цели преследовала Россия в процессе адаптации договора?

  3. Каковы были интересы новых независимых государств?

  4. Какие факторы могли повлиять на быстрое решение проблемы фланговых ограничений на Ташкентской встрече на высшем уровне?



Приложение



Договор об обычных вооруженных силах в Европе


Королевство Бельгия, Республика Болгария, Венгерская Республика, Федеративная Республика Германия, Греческая Республика, Королевство Дания, Республика Исландия, Королевство Испания, Итальянская Республика, Канада, Великое Герцогство Люксембург, Королевство Нидерландов, Коро­левство Норвегия, Республика Польша, Португальская Республика, Румыния, Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии, Соединен­ные Штаты Америки, Союз Советских Социалистических Республик, Турецкая Республика, Французская Республика и Чешская и Словацкая Федеративная Республика, нижеименуемые Государствами-участниками.

...Сознавая необходимость предотвращения любого военного конфликта в Европе.

сознавая совместную ответственность, которую все они несут за то, чтобы достичь большей стабильности и безопасности в Европе.

стремясь заменить военную конфронтацию новым характером отношений безопасности между всеми Государствами-участниками на основе мирного сотрудничества и тем самым внести вклад в преодоление раздела Европы.

будучи приверженными целям установления безопасного и стабильного баланса обычных вооруженных сил в Европе на более низких, чем до сих пор, Уровнях, ликвидации неравенств, наносящих ущерб стабильности и безопасно­сти, и ликвидации в порядке первоочередного приоритета, потенциала для осуществления внезапного нападения и для начала крупномасштабных насту­пательных действий в Европе.

напоминая, что они подписали или присоединились к Брюссельскому договору 1948 года. Вашингтонскому договору 1949 года или Варшавскому договору 1955 года и что они имеют право быть или не быть участниками союзных договоров.

будучи приверженными цели обеспечить, чтобы в пределах района приме­нения настоящего Договора количества обычных вооружений и техники, ограничиваемых Договором, не превышали 40 000 боевых танков, 60 000 бое­вых бронированных машин, 40 000 артиллерийских единиц, 13 600 боевых самолетов и 4 000 ударных вертолетов.

подтверждая, что настоящий Договор не имеет целью оказать отрицатель­ное воздействие на интересы безопасности любого государства.

подтверждая свою приверженность продолжению процесса контроля над обычными вооружениями, включая переговоры, принимая во внимание буду­щие требования в отношении европейской стабильности и безопасности в свете развития политической обстановки в Европе.

согласились о нижеследующем:

Статья I

  1. Каждое Государство-участник выполняет обязательства, изложенные в настоящем Договоре, в соответствии с его положениями, включая обязательства, относящиеся к следующим пяти категориям обычных вооруженных сил: боевые танки, боевые бронированные машины, артиллерия, боевые самолеты и боевые вертолеты…

Статья II

  1. Термин "район применения" означает всю сухопутную территорию
    Государств-участников в Европе от Атлантического океана до Ураль­ских гор, которая включает все европейские островные территории Государств-участников, включая Фарерские острова Королевства Дания, Свальбард (Шпицберген), включая остров Медвежий, Королевства Норвегия, Азорские острова и Мадейру Португальской Республики, Канарские острова Королевства Испания и Землю Франца-
    Иосифа и Новую Землю Союза Советских Социалистических Респуб­лик. В случае Союза Советских Социалистических Республик район применения включает всю территорию, простирающуюся к западу от реки Урал и Каспийского моря. В случае Турецкой Республики район применения включает территорию Турецкой Республики к севе­ру и западу от линии, простирающейся от точки пересечения турецкой границы с 39-й параллелью до Мурадие, Патноса, Караязи, Текмана, Кемалие, Феке, Джейхана, Доганкента, Гезне и далее до моря…

(G) Термин "размещенные обычные вооруженные силы" означает обыч­ные вооруженные силы Государства-участника, размещенные в преде­лах района применения на территории другого Государства-участника.

(Н) Термин "обозначенное место постоянного складского хранения" означает место с четко определенной физической границей, содержа­щее обычные вооружения и технику, ограничиваемые Договором, которые засчитываются в общие предельные уровни, но не подпада­ют под ограничения на обычные вооружения и технику, ограничи­ваемые Договором, в регулярных частях…

(J) Термин "обычные вооружения и техника, ограничиваемые Догово­ром" означает боевые танки, боевые бронированные машины, артил­лерию, боевые самолеты и ударные вертолеты, подпадающие под ко­личественные ограничения, установленные в статьях IV, V и VI…

(U) Термин "норма сокращения" означает количество в каждой катего­рии обычных вооружений и техники, ограничиваемых Договором, которое Государство-участник обязуется сократить в течение периода в 40 месяцев, следующего за вступлением в силу настоящего Дого­вора, в целях обеспечения соблюдения статьи VII…

Статья IV

1. В пределах района применения, как он определен в статье II, каждое Государство-участник ограничивает и, при необходимости, сокращает свои боевые танки, боевые бронированные машины, артиллерию, боевые само­леты и ударные вертолеты таким образом, чтобы через 40 месяцев после вступления в силу настоящего Договора и в дальнейшем для группы Госу­дарств-участников, которой оно принадлежит, как она определена в статье II, суммарные количества не превышали:

(А)20 000 боевых танков, из которых не более 16 500 в регулярных частях;

  1. 30 000 боевых бронированных машин, из которых не более 27 300 в регулярных частях. Из 30 000 боевых бронированных машин не более 18 000 составляют боевые машины пехоты и боевые машины с тяжелым вооружением, из боевых машин пехоты и боевых машин с тяжелым вооружением не более 1 500 составляют боевые машины с тяжелым вооружением;

  2. 20 000 артиллерийских единиц, из которых не более 17 000 в регу­лярных частях;

  3. 6 800 боевых самолетов; и

(E)2 000 ударных вертолетов.

Боевые танки, боевые бронированные машины и артиллерия, не находя­щиеся в регулярных частях, помещаются в обозначенные места постоянного складского хранения, как определено в статье II,и располагаются только в районе, указанном в пункте 2 настоящей статьи. Такие обозначенные места постоянного складского хранения могут также располагаться в части терри­тории Союза Советских Социалистических Республик, включающей Одесский военный округ и южную часть Ленинградского военного округа. В Одесском военном округе может таким образом складироваться не более 400 боевых танков и не более 500 артиллерийских единиц. В южной части Ленинград­ского военного округа может таким образом складироваться не более 600 боевых танков, не более 800 боевых бронированных машин, в том числе не более 300 боевых бронированных машин любого типа, а остальное коли­чество составляют бронетранспортеры, и не более 400 артиллерийских еди­ниц. Под южной частью Ленинградского военного округа понимается терри­тория в пределах этого военного округа южнее линии Восток-Запад 60 гра­дусов 15 минут северной широты.

  1. В пределах района, состоящего из всей сухопутной территории в Евро­пе, которая включает все европейские островные территории, Королевства Бельгия, Венгерской Республики, Федеративной Республики Германии, Коро­левства Дания, включая Фарерские острова, Королевства Испания, включая Канарские острова, Итальянской Республики, Великого Герцогства Люксем­бург, Королевства Нидерландов, Республики Польша, Португальской Респуб­лики, включая Азорские острова и Мадейру, Соединенного Королевства Вели­кобритании и Северной Ирландии, части территории Союза Советских Социа­листических Республик к западу от Уральских гор, охватывающей Прибалтий­ский, Белорусский, Прикарпатский, Киевский, Московский и Приволжско-Уральский военные округа, Французской Республики и Чешской и Словацкой Федеративной Республики, каждое Государство-участник ограничивает и, при необходимости, сокращает свои боевые танки, боевые бронированные маши­ны и артиллерию таким образом, чтобы через 40 месяцев после вступления в силу настоящего Договора и в дальнейшем для группы Государств участ­ников, к которой оно принадлежит, суммарные количества не превышали:

  1. 15 300 боевых танков, из которых не более 11 800 в регулярных
    частях;

  2. 24 100 боевых бронированных машин, из которых не более 21 400в регулярных частях; и14 000 артиллерийских единиц, из которых не более 11 000 в регу­лярных частях.

3. В пределах района, состоящего из всей сухопутной территории в Евро­пе, которая включает все европейские островные территории, Королевства Бельгия, Венгерской Республики, Федеративной Республики Германии, Коро­левства Дания, включая Фарерские острова, Итальянской Республики, Вели­кого Герцогства Люксембург, Королевства Нидерландов, Республики Поль­ша, Соединенного Королевства Великобритании и Северной Ирландии, части территории Союза Советских Социалистических Республик, охватывающей Прибалтийский, Белорусский, Прикарпатский и Киевский военные округа, Французской Республики и Чешской и Словацкой Федеративной Республики, каждое Государство-участник ограничивает и, при необходимости, сокращает свои боевые танки, боевые бронированные машины и артиллерию таким об­разом, чтобы через 40 месяцев после вступления в силу настоящего Договора и в дальнейшем для группы Государств-участников, к которой оно принад­лежит, суммарные количества в регулярных частях не превышали:

  1. 10 300 боевых танков;

  2. 19 260 боевых бронированных машин;

  3. 9 100 артиллерийских единиц; и

  4. в Киевском военном округе суммарные количества в регулярных
    частях и в обозначенных местах постоянного складского хранения
    вместе не превышают:

  1. 2 250 боевых танков;

  2. 2 500 боевых бронированных машин; и

  3. 1 500 артиллерийских единиц.

4. В пределах района, состоящего из всей сухопутной территории в Ев­ропе, которая включает все европейские островные территории, Королевства Бельгия, Венгерской Республики, Федеративной Республики Германии, Вели­кого Герцогства Люксембург, Королевства Нидерландов, Республики Польша и Чешской и Словацкой Федеративной Республики, каждое Государство-участник ограничивает и, при необходимости, сокращает свои боевые танки, боевые бронированные машины и артиллерию таким образом, чтобы через

40 месяцев после вступления в силу настоящего Договора и в дальнейшем для группы Государств-участников, к которой оно принадлежит, суммарные количества в регулярных частях не превышали:

  1. 7 500 боевых танков;

  2. 11 250 боевых бронированных машин; и

  3. 5 000 артиллерийских единиц.

  1. Государства-участники, принадлежащие к той же группе Государств-
    участников, могут располагать боевые танки, боевые бронированные машины и артиллерию в регулярных частях в каждом из районов, указанных в настоящей статье и подпункте (А) пункта 1 статьи V, вплоть до количественных ограничений, применяемых в этом районе в соответствии с максимальными уровнями для наличия, уведомленными согласно статье VII, и при условии, что ни одно Государство-участник не размещает обычные вооруженные силы на территории другого Государства-участника без согласия этого Государства-участника.

  2. Если для группы Государств-участников суммарные количества боевых танков, боевых бронированных машин и артиллерии в регулярных частях в пределах района, указанного в пункте 4 настоящей статьи, являются меньшими, чем количественные ограничения, установленные в пункте 4 настоящей статьи, и при условии, что ни одно Государство-участник не лиша­ется тем самым возможности достичь своих максимальных уровней для наличия, уведомленных в соответствии с пунктами 2, 3 и 5 статьи VII, то коли­чества, равные разнице между суммарными количествами в каждой из категорий боевых танков, боевых бронированных машин и артиллерии и ука­занными количественными ограничениями для этого района, могут быть размещены Государствами-участниками, принадлежащими к данной группе Государств-участников, в районе, указанном в пункте 3 настоящей статьи, в соответствии с количественными ограничениями, указанными в пункте 3 настоящей статьи.

Статья V

1. С тем чтобы обеспечить, чтобы ни на каком этапе на безопасность каждого Государства-участника не было оказано отрицательного воздействия:

(А) в пределах района, состоящего из всей сухопутной территории в Ев­ропе, включая все европейские островные территории. Республики Болгария, Греческой Республики, Республики Исландия, Королевства Норвегия, Румынии, части территории Союза Советских Социалисти­ческих Республик, охватывающей Ленинградский, Одесский, Закав­казский и Северо-Кавказский военные округа, и части территории Турецкой Республики в районе применения, каждое Государство-участник ограничивает и, при необходимости, сокращает свои боевые танки, боевые бронированные машины и артиллерию таким образом, чтобы через 40 месяцев после вступления в силу настоящего Договора и в дальнейшем для группы Государств-участников, к которой оно принадлежит, суммарные количества в регулярных частях не превы­шали разницы между общими количественными ограничениями, ус­тановленными в пункте 1 статьи IV и пункте 2 статьи IV, а именно:

  1. 4 700 боевых танков;

  2. 5 900 боевых бронированных машин; и

  3. 6 000 артиллерийских единиц;

(В) независимо от количественных ограничений, установленных в под­пункте (А) настоящего пункта, Государство-участник или Государ­ства-участники могут на временной основе развертывать на террито­рии, принадлежащей членам той же группы Государств-участников, в пределах района, указанного в подпункте (А) настоящего пункта, дополнительные суммарные количества в регулярных частях для каждой группы Государств-участников, не превышающие:

  1. 459 боевых танков;

  2. 723 боевых бронированных машин; и

  3. 420 артиллерийских единиц; и

(С) при условии, что для каждой группы Государств-участников не более чем одна треть каждого из этих дополнительных суммарных коли­честв развертывается в любом Государстве-участнике, имеющем территорию, в пределах района, указанного в подпункте (А) настоя­щего пункта, а именно:

  1. 153 боевых танка;

  2. 241 боевая бронированная машина; и

  3. 140 артиллерийских единиц.

2. Уведомление предоставляется всем другим Государствам-участни­кам не позднее чем в начале развертывания Государством-участником или Государствами-участниками, осуществляющими развертывание, и принимаю­щим Государством-участником или Государствами-участниками с указа­нием общего количества в каждой категории развертываемых боевых тан­ков, боевых бронированных машин и артиллерии. Уведомление также пре­доставляется всем другим Государствам-участникам Государством-участни­ком или Государствами-участниками, осуществляющими развертывание, и

принимающим Государством-участником или Государствами-участниками в течение 30 дней после вывода о тех боевых танках, боевых бронированных машинах и артиллерии, которые были временно развернуты.

Статья VI

С целью обеспечения того, чтобы ни одно Государство-участник не имело более чем приблизительно одну треть обычных вооружений и техники, огра­ничиваемых Договором, в пределах района применения, каждое Государство-участник ограничивает и, при необходимости, сокращает свои боевые танки, боевые бронированные машины, артиллерию, боевые самолеты и ударные вертолеты таким образом, чтобы через 40 месяцев после вступления в силу настоящего Договора и в дальнейшем количества в пределах района примене­ния для этого Государства-участника не превышали:

  1. 13 300 боевых танков;

  2. 20 000 боевых бронированных машин;

  3. 13 700 артиллерийских единиц;

  4. 5 150 боевых самолетов; и

(E)1 500 ударных вертолетов.











СПИСОК РЕКОМЕНДУЕМОЙ ЛИТЕРАТУРЫ


  1. Ашавский Б.М. Межправительственные конференции. М., 1980

  2. Березной А.В. Механизм многосторонней экономической дипломатии // МЭМО. 1988, № 5

  3. Вопросы теории и практики дипломатических переговоров в зарубежных исследованиях. М., 1981

  4. Дипломатия иностранных государств. М., 2004.

  5. Дональдсон М.К., Дональдсон М. Умение вести переговоры. Киев, Москва, 1998.

  6. Зонова Т.В. Современная модель дипломатии: истоки становления и перспективы развития. М., 2003

  7. Жирар М. Индивиды в международной политике. М., 1996

  8. Зонова Т.В. Современная модель дипломатии: Истоки становления и перспективы развития. М., 2003

  9. Загорский А.В. Лебедева М.М. Теория и методология анализа международных переговоров. М., 1989

  10. Загорский А.В. Методологические и методические аспекты формирования переговорной концепции и оценки предложений партнера по переговорам // Системный подход: анализ и прогнозирование международных отношений / Под ред. И.Г.Тюлина. М., МГИМО, 1991

  11. Зограбян А.Г. Принятие решений на многосторонних переговорах // Российская дипломатия в свете мирового исторического опыта. М., МГИМО, 1998

  12. Исраэлян В.Л. Дипломаты лицом к лицу. М.,1990

  13. Каррас Ч.Л. Искусство ведения переговоров. М.,1997

  14. Ковалев А. Азбука дипломатии. М., 1989

  15. Кокошин А.А. Кременюк В.А. Сергеев В.М. Вопросы исследования международных переговоров. // МЭМО. № 10

  16. Лебедева М.М. Вам предстоят переговоры. М., 1993

  17. Лебедева М.М. Политическое урегулирование конфликтов. М., 1997

  18. Лебедева М.М. Хрусталев М.А. Основные тенденции в зарубежных исследованиях международных переговоров. // МЭМО. 1989, № 9

  19. Лукашук И.И. Дипломатические переговоры и принимаемые на них акты. М.:Nota Bene, 2004

  20. Мастенбрук В. Переговоры. Калуга, 1993

  21. Нергеш Я. Поле битвы - стол переговоров. М., 1989

  22. Ниренберг Дж. Маэстро переговоров. Минск, 1996

  23. Озеров О. Дипломатия в эпоху информационных технологий. // Международная жизнь. 1997, № 4

  24. Попов В.И. Современная дипломатия: теория и практика. М., 2004.

  25. Правила процедуры в многосторонней дипломатии. М., 1986

  26. Саркисян Б. Победа на переговорах. СПб, 1998

  27. Сатоу Э. Руководство по дипломатической практике. М., 1961

  28. Селлих К., Джейн С. Переговоры в международном бизнесе. Практическое руководство. М.: Добрая книга, 2004

  29. Стил П.Т., Бизор Т. Переговоры в бизнесе. Практическое пособие. М.:Hippo, 2004

  30. Фишер Р., Юри У. Путь к согласию, или переговоры без поражения. Пер. с анг. М., 1990

  31. Юри У. Преодолевая "нет". Или переговоры с "трудными" людьми. М., Наука, 1993

  32. Fisher R. Ury W. Getting to Yes: Negotiation Agreement Without Giving In. Boston, 1981

  33. Roy J. Lewicki Joseph A. Litterer John W. Minton David M. Saunders. Negotiations. IRWIN Burr Ridge, Illinois Boston, Massachusetts Sydney, Australia 1987









1 Публикуется по изданию: С.Ю.Витте. Воспоминания. М.:изд-во соц.-эк.литературы, 1960. Т.2 С.395-439


2 незначительной величины - фр.

3 заключите мир -фр.

4 заместителя

5 стечение обстоятельств

6 Текст подписанного в Портсмуте договора можно найти в издании: Сборник договоров России с другими государствами 1856-1917. М., 1952. С.338-341.

Рекомендуется также обратится к следующим монографиям:

История внешней политики России. Конец XIX - началоXX века. М., 1997

Романов Б.А. Очерки дипломатической истории русско-японской войны. М.-Л., 1955

7Осип Бернштейн - Хосе-Рауль Капабланка. Санкт-Петербург, 1914


8 Печатается по изданию: Коленкур А. Мемуары. Поход Наполеона в Россию. Смоленск., 1991. С. 145-150.

9 для начала переговоров о мире

10 Марасанов Г.И. Социально-психологический тренинг. М., 2001. С.211-214

11 Это понятие наиболее полно раскрыто в книгах Р.Фишера и У.Юри

12 Использование этой тактики может привести к существенному затягиванию переговоров


13 Часто употребляется английский вариант данного термина: BATNA - best alternative to negotiation agreement.

14 Ахтамзян А.А. Германия и Россия в конце XX столетия: очерки. М.: МГИМО, 2000. С. 20-34

15 Workbook on International Negotiation. Netherlands Institute of International Relations “Clingendael”. Meerts\Potsma, 2003. PP. 24-25

16 Кшеминьский А., Островский М. Киевская миссия. Президент Польши Александр Квасьневский рассказывает о закулисье 'круглого стола' на Украине // Polityka. 21.12.2004. Перевод ИноСМИ, опубликовано на сайте www.inosmi.ru.


17 Мастенбрук В. Переговоры. Калуга, 1993. С.107

18 Бешлосс Р., Тэлботт С. На самом высоком уровне. М., 1994. С.133-143

19 А именно: выход из тупика в отношении крылатых ракет воздушного базирования; способы подсчета и установления пределов численности баллистических ракет на складах, а также гарантий того, что коды, используемые какой-либо из сторон при проведении испытаний ракет, не препятствовали бы другой стороне проверять соблюдение договора.

20 Главным образом это относилось к крылатым ракетам морского базирования

21 Подготовлен министерством иностранных дел Французской Республики

22 Talbott Strobe. Deadly Gambits. The Reagan Administration and the Stalemate in Nuclear Arms Control. Alfred A.Knopf, New York 1984. P.52


23 Корниенко Г.М. Холодная война. Свидетельство ее участника. М., 1995, С.247.

24 Стародубов В. Супердержавы XX в. Стратегическое противоборство. М., 2001. С.334.

25 Пуанкаре Р. На службе Франции. М.,1936 . Т.2. С.52.

26 Рапорт А.А. Игнатьева 11/24 ноября 1915 г. Российский государственный военно-исторический архив. Ф.15234. О.1. Д.2. Л.1.

27 Телеграмма генерала Беляева генералу Алексееву от 30 ноября (13 декабря) 1915 г. РГВИА. Ф.2003. О.1. Д.1151. Л.1.

28 Телеграмма посла Франции в России министру иностранных дел Франции от 15 декабря 1915 г. Service Historique de L'Armee de Terre. 7 N 606

    29 Нота министерства иностранных дел России послу Франции в России от 22(9) декабря 1915 г. Международные отношения. Т. IX. N 601.

    30 Пуанкаре Р. На службе Франции. М.,1936 . Т.2. С.196.


100


скачать файл | источник
просмотреть