neosee.ru

27.02.20
[1]
переходы:137

скачать файл
Я – другой

Пустыня моего сна, или мой Кристиан


Автор: Корова Ио

К стеклу прильнув лицом, как скорбный страж,

А подо мной внизу ночное небо,

А на мою ладонь легли равнины

В недвижности двойного горизонта.

К стеклу прильнув лицом, как скорбный страж,

Ищу тебя за гранью ожиданья

За гранью самого себя.

Я так тебя люблю, что я уже не знаю,

Кого из нас двоих здесь нет.


/Поль Элюар./




Я - другой.

…Я всегда был «другим». Я всегда выделял себя из толпы, и хотя каждый чувствует свою исключительность, я чувствовал ее гораздо острее других. И не потому, что считал себя лучше. Нет, я просто был другим. Я не находил в людях того, чего хотел бы найти - отражение своих собственных мыслей, похожие чувства, стремления, идеалы. Я часто думал о жизни и ее смысле. Я много читал, но нигде не мог найти ответа - для чего все это? И зачем?

И почти всегда, задаваясь этими вопросами, я погружался в свой внутренний мир - мир фантазий и полета. Мир драконов….

В реальном мире не было ни одного человека, способного тронуть мою душу. Я влюблялся, я дружил, я уважал старших, но я не мог понять их - они все были «там», а я был «здесь». Я скрывал это. Я притворялся таким же, как все, хотя иногда они чувствовали, что я им чужой. Что я «с другой планеты».

Я просто по-другому чувствовал, а на несовершенство остальных смотрел снисходительно, как аристократ на простолюдинов. В этом была доля цинизма, признаюсь. Но я не тиражировал свою исключительность, я сомневался в ней каждый час своей жизни! К тому же, это чувство отдаленности заставляло меня страдать. Ведь я не видел ни в одном друге, ни в одной девушке схожести, родственности душ. И, наверное, поэтому, я часто бывал один. Я не желал терять время, которое бы мог потратить на собственные размышления.

При всем этом, внешне я не сторонился людей, я был дружелюбным, хоть и не очень общительным. Я изучал людей со стороны.

Девушки всегда любили меня, я был для них опорой - добрым и ласковым парнем, который всегда будет защитником, любовником и другом.

А потом моей жизни произошла история, которая сделала меня еще более осторожным. Джессика, моя дорогая Джессика, которую я действительно любил, на которой готов был жениться - бросила меня жестоко и без лишних сожалений. Это причинило мне такую сильную боль, что я перестал стараться быть открытым, я не хотел больше страдать, и, пытаясь забыть Джесс, я бросался из одной постели в другую. Иногда даже не запоминая имен случайных любовниц. Как я докатился до этого? До сих пор не понимаю, но я сумел взять себя в руки, и для окружающих вновь стал тем же прежним Брайаном, которого они знали.

А еще всю жизнь, меня ни на минуту не покидали образы. Моя фантазия рисовала мне странные картины, которые часто менялись. И только одна оставалась неизменной - я видел себя идущим по краю пропасти, а под ногами была пустая изможденная земля. Я называл ее…


Пустыня моего сна


Глава 1.


Палящее солнце в этой долине никогда не садилось. Здесь всегда был день.

Светило обжигало лицо, но не грело. Холодный ветер пронизывал насквозь. Но я стойко держался, и ничто не могло заставить меня испугаться.

Да, я любил свою прогулку по краю пропасти. Ощущения чистого безумия и теплой силы внутри, ненависть мира ко мне и боль мира, который страдает вместе со мной. Внутри меня.

Я свыкся с мыслью, что я одиночка, и уже не ждал никого, кто пожелал бы присоединиться к этой прогулке.

…Но, дивны дела твои, господи!...


Я сидел в кафе, бесцельно поглядывая в окно. Мимо проносились машины, люди спешили по делам, жестикулируя на ходу, смеясь, или молча, уставившись перед собой. Я не отрывал взгляд от этого нескончаемого потока, полностью погрузившись в свои мысли.

- Можно? - спросил чей-то голос.

Я обернулся и увидел парня из моего университета. Имени его я не знал, занятия у нас начались только вчера. Зато я хорошо помнил, как он, проходя утром мимо, едва не сбил меня с ног.

- Садись, - опомнился я, еще раз окинув его взглядом. У него ярко синие глаза и пушистые темные ресницы. Красавчик, кисло усмехнулся я про себя.

- Кристиан. Или просто Крис, - сказал он, протягивая мне руку.

- Брайан.

Кристиан посмотрел на меня искоса и, положил на столик пачку сигарет. Я отказался, и он закурил сам. Мне было любопытно, зачем он решил заговорить со мной, хотя в компании я не нуждался.

- Знаешь, почему я здесь? - в ответ на мои мысли с легкой усмешкой спросил он. Я в ответ безразлично пожал плечами.

- Странное дело, - он покрутил серебряное кольцо с рубином на безымянном пальце, - Я собирался уходить, и вдруг… Почувствовал, что стою на распутье. Мне вдруг подумалось, что в отдельно взятой точке пространства для отдельно взятого человека в определенное время вдруг открывается что-то вроде розы ветров. Несколько направлений, и несколько совершенно разных судеб. И мы вольны выбирать. Можно ли обмануть судьбу? Например, если узнал, что умрешь от огня, то будешь держаться от него подальше. Если узнал, что умрешь в определенный день именно в самолете, то, наверное, никуда не полетишь. Но бывает, же, ощущение, что в какой-то день ты можешь изменить и переписать все? Перевернуть все. Или существует только один путь? И нельзя с него сойти? Есть судьба или ее нет? Вот я тебя не знаю. Не знал до этого момента. Я, допустим, собирался пойти домой и прилечь. Но я решил обмануть судьбу. Я решил прожить день иначе, чем было записано ТАМ, - он ткнул пальцем в потолок, - Я решил сделать что-то такое, чего судьба от меня не ожидает. Чего не было в моих планах. Судьба ничего не знает, она не ведает, что будет в следующий момент. И сейчас я свободен от нее. Потому что я не знаю, что я делаю. Значит и она не знает. Почему люди вечно ходят у нее на поводу?! Почему смиряются со всем, что с ними происходит? Я решил идти против нее. Как Гамлет. Быть или не быть, вот в чем вопрос. Вот о чем я думал по дороге сюда, - задумчиво проговорил он и замолчал, затягиваясь и выпуская дым. Я думал, что на этом его объяснение кончилось, но Кристиан вдруг повернул ко мне голову, и пристально вглядываясь, будто внутрь меня, прямо в душу, прошептал:

- Когда я увидел дверь этого кафе, что-то мне подсказывало, что это - один из возможных путей, который не приведет меня к гибели. Во всяком случае, скорой. Я решил действовать интуитивно. Зашел в кафе, увидел тебя и вспомнил, что уже где-то видел…

- Утром ты меня чуть с ног не сбил.

- Да, правда, - он усмехнулся, - Так вот. Остальные столики были заняты. А тебя я вроде бы видел раньше… Вот и решил сесть с тобой. И вот, я думаю сейчас: те ли это действия, которые я должен был сделать? Или, может, зря я свернул с дороги? - он посмотрел вопросительно, словно ожидая моего непосредственного ответа, - Может быть, ты, своего рода проводник?.. Не сочти за дерзость…

- Чушь все это, - бросил я, и, подумав, добавил фразу из того же Гамлета, - Поменьше бы искусства.

Он поднял на меня оледеневшие глаза, которые спустя мгновение смягчились.

- Это просто игра. Просто игра, - повторил он, глядя куда-то в пол.

Что ж, подумал я. Ему нравятся игры? Тогда будем играть. Я вытащил сигарету из пачки, которая лежала точно посередине. Затем, вторую.

- Есть бесчисленное количество игр, в которые можно сыграть… И есть бесчисленное множество дорог, по которым можно пройти. Но, сыграв в одну игру, ты ограничиваешь себя тем, что следующая игра, будет похожа на предыдущую, нравится это кому или нет… - я прикурил две сигареты и протянул ему одну, - Так вот. Ступив на одну дорогу, ты пойдешь по ней, и будешь идти, все дальше и дальше… А зря или не зря ты по ней пошел - все равно решать тебе.

- Возможно, - он наклонился над столиком, и его глаза оказались совсем близко.

- Думаю, что не зря, - прошептал он, - Впрочем, поживем - увидим.

Кристиан смотрел в окно и курил. Я пытался разгадать смысл столь эксцентричного поведения - он со всеми так разговаривает, или просто сегодня что-то в голову стукнуло? Или может, у него вообще «не все дома»? О чем он думает? Странный тип.

- Знаешь, - он, наконец, посмотрел мне в глаза, - Ты извини, я кажется, действительно нес сейчас полную чушь. Полнейшую чушь.

- А от меня ты ожидал, что я скажу: да, Кристиан, я твой проводник, сейчас я открою тебе двери в параллельный мир, и ты узнаешь, зачем ты вообще создан… - усмехнулся я, - Наивно. Был бы ты девчонкой, я бы подумал, что ты просто хочешь со мной познакомиться.

Крис поднял бровь и слегка наклонился ко мне, и так неоднозначно улыбнулся, что меня, аж, дрожь пробрала. Словно он этой улыбкой говорил: «Именно этого я и хочу, дружочек». Это было так правдоподобно сыграно, что я захохотал. Он тоже улыбнулся:

- Ты не сочти меня за психа, просто день сегодня странный. Я вообще тоже только поступил. Ты, кстати, чем занимаешься? Куда по вечерам ходишь? В клубы?

Я вдруг увидел, до чего у него красивые губы - красные, будто припухшие. Особенно они красиво смотрелись на его чистой белой коже. Он изредка подносил к губам сигарету, а потом выдыхал дым и щурился. Крис был похож не то на Брайана Молко, не то на какого-то другого андрогинного красавца, по которым сходят с ума школьницы - небольшого роста, с длинными темными кудрявыми волосами и искристыми синими глазами. Он был именно из тех, про которых говорят «слишком красивый для мужчины». Была в его внешности и некая аристократичность - тонкие черты лица, красивые руки с тонкими артистическими пальцами.

Мне захотелось позвонить матери. Уж она-то смогла бы оценить и «спасти» его красоту от неизбежного увядания, запечатлеть, увековечить... Я никогда не был ярым «ценителем» красоты мужской, но мой новый знакомый бы понравился матери. Она с детства приучила меня запоминать типажи, обращать внимание на внешность, и даже пробовать определить по ней характер. Я иногда даже рисовал. Но ей я свои работы никогда не показывал, меня бы это смутило. Я вообще не считал их хорошими. Рисовал для себя. Зато ее картины висели во всех галереях города. Последний цикл у нее портретный… Я еле остановил себя - Крис мог понять меня превратно… Да и знакомы мы всего пять минут. Лучше потом сам нарисую, по памяти, - решил я.

- Иногда хожу... Мне нравится «Мистика», - мое любимое развлечение в подобных местах - находить в толпе какого-нибудь человека - красивую девушку, например, и попытаться просчитать: кто она, чем занимается и так далее. Одна из моих любимых игр. «Мистика» как раз подходила для этих занятий - здесь нередко встречались колоритные персонажи...

Молчание оборвала мелодия мобильного телефона Криса. Он ответил, несколько раз глянул в окно, а затем поднялся на ноги. В его движениях появилась какая-то нервозность.

- Ладно. Мне нужно идти. Но если ты не возражаешь, то сегодня, через два часа, в восточной части университета, под окном на котором стоят белые нарциссы…. Надеюсь, ты придешь, - и уже выходя, он обернулся, и, сделав трагикомичный жест, произнес: - Офелия, о радость! Помяни мои грехи в своих молитвах, нимфа…

Он лукаво улыбнулся и, откинув с лица волосы, мягко ступая, направился к выходу. Я некоторое время сидел за столиком, обдумывая этот странный разговор. Он как-то неожиданно ворвался в привычный ход моих мыслей. Я обдумывал то, что говорил этот странный парень. А что, если он прав? Что, если можно обмануть судьбу? Если можно управлять ею?...

Я почти час искал нарциссы. Во-первых, я не особенно разбираюсь в цветах… То есть названия-то я знаю, а вот в том как они выглядят, я несколько сомневался. Единственное, что я понял точно, что они белые… Во-вторых, я только первый день здесь, и, конечно же, не успел ознакомиться со всеми окнами в восточной части университета, в которых стоят цветы. И в третьих, пока я решал, идти мне или не идти на это подозрительное свидание с новоиспеченным знакомым, я заблудился. Несколько раз спросив себя, что я вообще здесь делаю, я не нашел ответа. Когда время пробило четыре ровно, я плюнул на все и зашагал в направлении выхода.

Крис ждал меня, облокотившись спиной о стену, в окне которой стоял цветок, прямо возле выхода из студенческого корпуса. Я еще раз оглядел его - стройная фигура, великолепная осанка. При этом он не был «большим», его сложно было назвать «горой мышц». А уж по сравнению со мной - тем более: за последние пару лет я нарастил здоровенные мускулы, коими гордился безмерно. Но мне кажется, такие как он, женщинам теперь нравятся больше… Я заметил его прикушенные - от удивления? досады? - губы.

- Черт, мог бы сразу сказать, «жди у входа!». Я тут час мотался! - налетел я на него.

- Зато теперь будет легче ориентироваться, - усмехнулся он. Мы потоптались на месте, а потом вышли из универа, и пошли вдоль шоссе. Мне показалось, или он выглядел растерянным? Крис помолчал немного, а потом сказал решительно:

- Вот теперь я уверен, что ты проводник. Я специально так туманно описал место - думал, что это тебя отпугнет: белые нарциссы, восточные окна… Я вообще очень удивлен, что ты пришел. Я был уверен, что не придешь.

- Да уж, - проговорил я с деланным недовольством, даже хмуро, - Нормальный человек вряд ли бы пришел.

- Уж к такому психу, как я - точно не пришел бы, - согласился Крис. Он говорил серьезно, но в его глазах плясали задорные искорки.

- Выходит - я тоже не в себе, - сказал я таким же серьезным голосом, пытаясь не улыбнуться.

- Выходит - мы два психа?

- Возможно, даже опасных для общества, - подчеркнул я, и не сдержавшись, улыбнулся.

- Для университета уж точно.

- А что могут натворить два неуравновешенных человека?

- О, - Крис закатил глаза, - два психа могут все. Если в одиночестве ты варишься в собственном соку, то, имея собеседника…

- «Имея»? - уточнил я, и погрозил пальцем. Он расхохотался.

- Так вот, «имея» собеседника… - продолжил он. Теперь расхохотался я, представив себе эротическую картинку: приглушенный свет, гладкая кожа, мои руки на бедрах «собеседника».... Моя фантазия вдруг уперлась в наличие у «собеседника» члена, и я быстро прогнал ее.

- Ээээ…Так вот, к вопросу о собеседниках: если психи собираются в одном и том же месте в количестве двух и более человек - то… пиши - пропало!

Так мы протопали довольно далеко, я даже не заметил, как мы пришли в центр. Мы дурачились, и смеялись над всем, что приходило в голову. Я рассказал Крису про свою игру в наблюдение за людьми. Крис ответил, что выиграет у меня при первой же возможности, и мы ударили по рукам.

- Я эту игру называю «вампирской», - признался я.

- Ну, да, есть в этом что-то извращенное. Вампир-вуаерист, - улыбнулся Крис, - А ты веришь в вампиров?

- В каком-то смысле - да.

Я постарался улыбнуться как можно плотояднее. Уж кто-кто, а Крис гораздо больше меня походил на вампира. Вампира-аристократа с синими глазами.

- Наша порода, - согласно улыбнулся мой собеседник. И остановился. Я огляделся - впервые за все время прогулки. Перед нами возвышался кинотеатр. Крис посмотрел на рекламный плакат, на котором красовались кадры из фильма «Розенкранц и Гильдерстерн мертвы» и остолбенел.

- Не может быть, это Стоппард! - воскликнул он, - Экспериментатор! Драматург и сценарист! Как можно не знать Стоппарда!?

Мы вошли в кинозал. Он был практически пуст. Кристиан скривился:

- Да, интеллектуальным кино людей не заманишь…

До начала фильма он успел пересказать мне биографию режиссера, а уж когда началось само действо, я и сам понял, почему Кристиан так им восхищается. Фильм был потрясающий. Герои Стоппарда - это Розенкранц и Гильденстерн пытаются освоиться в этом «литературном мире», в который попали будто бы случайно. Между сценами из бессмертной пьесы они философствуют на «вечные темы», пробуют вырваться из пространства пьесы - напрасно… Власть рока над ними сильна. И как бы ни стремились освободиться герои, чувствующие приближение своего конца - их удел болтаться на виселице. Крис сказал, что пьесу называют «постмодернистической игрой в классику», с чем я согласен. Все это - театр абсурда. Весь мир - театр абсурда! Ох, как же я понимал теперь Кристиана, подсевшего утром за мой столик. В этом неумолимом абсурдистском мире, в котором невозможно ухватиться ни за что истинное - все оказывается только театральной мишурой, бутафорией, игрой актеров. И неизвестно, куда все это приведет…

А начиналось все - с подброшенной монетки… Которая в какой-то момент стала подать только «решкой». Два героя, «вызванные» самим Шекспиром, попали во временную воронку. А точнее - время для них остановилось. Навсегда. И тогда начался «Гамлет»…

Крис рассказал, как играл в школьном спектакле Гамлета, и с тех пор, вздыхал он, Гамлет стал частью его жизни, потому что только Шекспировскими словами, порой, Крис и мог описать свое состояние.

- Принц датский и меня посещал, - признался я Крису, - Играть не играл, но текст помню неплохо еще со школьной скамьи.

- Который раз уже смотрю этот фильм, а все равно, захватывает… - комментировал Крис, - Стоппард гений. Только гений может сделать из классики классику.

После фильма мы остановились в сквере напротив, чтобы подымить и поделиться впечатлениями. Я вытащил монетку.

- Орел или…?

-Решка, - сказал Кристиан. Я подбросил монетку, поймал, и накрыл ее ладонью. Решка. Черт побери этот абсурдный мир.

- Знаешь, это, кстати, тоже касается нашего утреннего разговора, - сказал он негромко.

- Застывшее время? - я согласно кивнул головой.

- Ну, да. Остановленное. Об этом писали многие.

- Ты хочешь остановить мир? - спросил я серьезно, - Для этого нужно быть магом.

- Мы все маги, Брайан. В каком-то смысле…

Я задумался. Крис поднялся и, пройдя несколько шагов, обернулся ко мне. На его губах вдруг заиграла озорная улыбка.

- Леди, можно к вам на колени? - спросил он.

- Нет, милорд, - приняв условия игры, ответил я словами Офелии.

- То есть, виноват: можно голову к вам на колени?

- Да, милорд, - пожав плечами и давясь от смеха, проговорил я. И тогда Крис развернулся и действительно, исполнил свое намерение. Это было забавно и в то же время странно. Я немного смутился и стал смотреть в небо. Солнце клонилось к закату.

- А вы уж решили - какое-нибудь неприличие? - спросил Кристиан так обыденно, что я даже не понял сначала, что он все еще играет.

- Принц, вы сегодня в ударе, - заметил я, опомнившись.

- Господи, ради вас я и колесом пройдусь! - парировал он.

Ресторанчик, в который мы направились после перекура, располагался на небольшом холме, так, что растущие внизу деревья касались ветвями окон, а вид оттуда был просто сказочным. «Мое любимое местечко», - сказал Кристиан, когда мы подходили. Внутри мне тоже понравилось - в поддержание стиля, мягкие белые диваны, словно облака, низкие круглые стеклянные столики, и огромные окна до самого пола. Официанты были одеты в белое, а сзади, для пущего эффекта у них были прикреплены крылья. Таким был «Город ангелов».

Мы сели у окна, и я понял, почему Крис любит это место: отсюда было видно, как садится солнце. Огромный огненный шар. Я перевел взгляд на Криса, но он уже смотрел в окно, загипнотизированный этим зрелищем. Я тоже хотел смотреть на закат, но не мог оторвать взгляд от выражения его лица, которое очень напоминало мне меня самого. Я тоже мог с таким же упоением следить за садящимся солнцем, забыв обо всем на свете.

- Давай вернемся к играм, - заговорил он после долгого молчания.

- Идет, - я стал искать глазами среди посетителей ресторана нашего «клиента». Жертва нашлась сразу же - за другим столиком у окна в восточной части помещения сидел непримечательный мужчина средних лет, в черном свитере с горлом и серых брюках.

- Этот? - кивнул Крис на него. Я ответил положительно.

- Хм, дай минуту, - ответил Крис и вгляделся пристальнее.

Я тоже стал наблюдать за человеком. Он кого-то ждал, и при этом старался не выдавать этого. Во взгляде чувствовалось стекло - он не видел никого вокруг, понял я, он сейчас предавался мысленному диалогу. С кем? Это еще предстояло выяснить.

- Женат, - констатировал Крис. Я удивился. Что-то кольца на пальце не видно.

- С чего ты взял?

- Взгляд потухший, - ответил он. Я улыбнулся. Да, уж - женатый мужчина хорошая тема для шуток.

- Он кого-то ждет, - высказал я свое предположение.

- Нет, он уже никого не ждет. Разводится. Смотри внимательнее - я про кольцо пошутил, оно на столе, - я присмотрелся. И, правда, возле чашки кофе поблескивал желтый кружочек.

- Я заметил, что он его снял, еще, когда мы выбирали жертву.

- А может, просто палец устал от кольца? - возразил я, - Или он мерил колечко для невесты?

- Не смеши меня, Брайан, - покачал Крис головой, - Палец не может устать от счастливого брака. Если такие бывают.

Я опять усмехнулся. Крис ненавидит женщин? Может, даже был женат? Вряд ли, но печальный опыт общения, очевидно, отравляет мысли о будущем. Видимо, мы действительно похожи. Чертовски мы с ним похожи!

- Думаю, он ждет любовницу, - уверенно сказал я.

- Никого он не ждет! Просто зашел выпить кофе!

- Зашел выпить кофе и попросил официанта сделать два бифштекса?! - удивился я. На Криса это произвело большое впечатление.

- Когда!?

- Когда мы заходили, он стоял прямо возле кассы, сказал, что один надо подать сразу, а второй пусть будет «наготове».

- Может, он любит бифштексы? - неуверенно ответил Кристиан, - Ну и что ты еще слышал, шулер?

- Ничего больше, - я поднял руки с раскрытыми ладонями.

- Он ждет мужчину, - ответил Крис.

- Ну, нет! - возмутился я, - Зачем ты портишь мою романтическую сказку?!

- Почему порчу? - удивился мой товарищ, - Может, он ждет любовника?

- Нет, - сморщился я, - ну, зачем? Пусть у него будет девушка.

- Нет, он ждет мужика! - настаивал Крис, - При чем… Скорее всего этот мужик его начальник!

- А вот это уж вообще не к месту!

- К месту. Они видно часто здесь обедают, и заказывают одно и то же.

- В этом есть доля истины, - согласился я, припоминая подробности услышанного диалога, - Когда мы заходили, он сказал «два бифштекса как обычно, один подавать сразу».

- А может быть, он сказал «Два бифштекса. Как обычно - один подавать сразу»? Может он все-таки никого не ждет и просто периодически устраивает здесь праздник живота?

Я скептически поморщился.

В этот момент наш «клиент» достал из кармана телефон и стал набирать чей-то номер.

- Видишь, он звонит, чтобы поторопить кого-то.

- Жене он звонит. Сказать, что задержится.

В этот момент кто-то на том конце провода снял трубку. Мы напрягли слух. В ресторане было не так уж шумно, тихо играла музыка, поэтому мы смогли достаточно четко расслышать: «Это я. Как дети?... Да, хорошо. Где-то через… часа два-три. Я на работе. Конечно. И я тебя».

Я с довольной улыбкой повернулся к Крису:

- Ну, что я говорил? Он ждет любовницу! Врет, что на работе!

- Может он здесь работает. Или рядом где-нибудь. Вот и нет у него охоты объяснять, что вышел попить кофе, - предположил Крис, глядя на мужчину вытирающего уголки губ салфеткой.

- С бифштексами «подавать-по-очереди»?

- Вполне. И вообще. Я угадал, что он звонил жене!

- А я угадал, что он ждет любовницу!

- Она пока не пришла, - усмехнулся Крис.

- А вот и пришла, - кивнул я на появившуюся в дверях девушку лет двадцати пяти. Кстати, ничего себе. Круглая попка, большая грудь… В общем, будь моя воля, я бы…

Девушка прошла в самый дальний угол зала и села за свободный столик. Крис показал мне язык. Я нахмурился. Пойти, что ли дамочку склеить?

Наш «друг» тоже проводил ее долгим взглядом и взглянул на часы.

- Вот видишь, зато не педик, - констатировал я факт.

- Слюни подбери, кобель, - отозвался Крис, - Никто к нему не придет.

В кафе вошла красивая женщина, и виновато улыбаясь, села за столик нашего наблюдаемого.

- О, да… - выдохнул я.

- Прости, что опоздала! - громко воскликнула она.

- Ничего, я тут уже покушать успел, - ответил он и широко улыбнулся.

- Уже?! Почему меня не дождался?

- Ты так долго у себя в ателье торчишь, сил нет!

- Скажи, чтобы быстрее подавали, я проголодалась, - она поискала глазами официанта. На ее пальце блеснуло обручальное кольцо. Они продолжали перебрасываться ничего не значащими для нас репликами. Вдруг она спросила:

- Как Питер и Сэм?

- Все в порядке. Я только что звонил маме.

Я пихнул Кристиана ногой под столом.

- Эта женщина - его жена, - сказал я тихо.

- Сам вижу.

Через некоторое время в дверях появился еще один персонаж.

- Дэви! - воскликнул наш главный «клиент», - Черт побери, тебя только за смертью посылать!

Дэви тоже сел за их столик, он был помоложе и покрупнее «клиента». Крис пихнул под столом меня.

- Ну, что? Говорил же что мужик придет!

- Ты говорил, что он его начальник.

Официант вынес еще два бифштекса и поставил их перед вновь прибывшими.

- Ты говорил два! - возмутился Крис. Я пожал плечами - значит, ослышался.

Мы еще долго наблюдали за тройкой, пока, наконец, они не ушли. В итоге, оказалось, что в чем-то мы угадали, а в чем-то облажались. Причем эти двое пришедших действительно оказались женой и другом-начальником. Но мой интерес к игре от этого только возрос: соперничество подстегивало меня к мыслительной деятельности…

- Еще немного тренировки и мы с тобой будем читать мысли прохожих, - сказал Крис, когда мы выходили.

- Как два вампира, - хлопнул я по плечу Криса.

А потом произошло еще одно забавное событие, над которым мы смеялись потом всю дорогу: мы вышли на улицу, и тут непонятно откуда взявшаяся старуха, не то сумасшедшая, не то ясновидящая, схватила мою ладонь, причитая: «Я знаю, что будет! Я знаю, что будет! Я вижу!».

- И что же вы видите?

- Да, вот, палящее солнце над головой вижу, Брайан, - от звука своего имени я ошалел, - И девушку, что глубоко-глубоко тебя ранила… Джесс ее имя. А еще… - она ахнула, и, схватив вдруг, ладонь Кристиана стала шептать какие-то слова. Потом, покачав головой, она вдруг отбросила наши руки:

- Больше ничего не скажу, - она отвернулась от меня к Кристиану, - А ты… - она сощурила глаза, - ты без меня все знаешь, Кристиан.

С такими словами, она скривила рот в беззубой ухмылке и протянула руку. Я не понял, чего она хочет, а Крис быстро смекнул, и положил ей на ладонь небольшую купюру. Женщина сморщилась, и тогда Крис положил вторую. На этот раз, ее это видимо удовлетворило, и, глянув на меня, она пошла дальше.

Я некоторое время обдумывал произошедшее. Она произнесла наши имена. Но она могла их подслушать…. Мне стало не по себе от фразы про «палящее солнце», которую она прошипела, близко подойдя ко мне. А на счет девушки - это ведь у каждого подростка бывает… Вот она и ляпнула… Имя сказала наугад и попала в точку. Но про солнце она знать не могла!...

Я заметил, что когда Крис услышал «сам все знаешь», он побледнел, словно испугался чего-то, но через минуту он уже весело смеялся вместе со мной над сумасшедшей старухой.

В тот вечер, болтая и шатаясь по улице, мы словно заключили между собой условный договор, обещав, друг другу дружбу. Нашу «вампирскую» дружбу.


Глава 2


Иногда происходит что-то не совсем обычное. Так бывает.

Когда я прогуливался по самому краю своей пропасти, чья-то тень вдруг присоединилась к моей, но я не стал оборачиваться - здесь очень опасно. Я просто шел дальше, а тень все скользила рядом… И я чувствовал от этой тени тепло, которое грело даже убивающий меня холодный ветер.


На следующий день, я увидел Криса в перерыве между лекциями. Он подошел ко мне, и, остановившись в нескольких шагах, спросил:

- Стой! Кто идет? - при этом он вскинул в руках зонт, целясь в меня как из средневекового арбалета.

Я не растерялся:

- Себя сначала назови. Скажи пароль, - сощурившись, и положив руку на рукоятку предполагаемого меча, который мне заменил мобильник, я произнес слова Франциско из его любимой пьесы.

- Да здравствует король! - обрадовался Крис, «избавляясь» от оружия выбросом его назад, за спину, и раскинув руки в дружеском объятии.

- Бернардо? - изумился я почти искренне.

- Собственной персоной!

- Ты точный как часы, - я тоже раскинул руки и мы долго хлопали друг друга по плечам, как старые друзья, которых жизнь разлучала лет на тридцать.

- Я как раз тебя искал, - он перешел на прозу, и предложил пойти с ним в «Мистику», где сегодня будут выступать «Потомки вампира Лестата».

Их музыка меня действительно увлекала, к тому же компания Кристиана меня вполне устраивала. Когда мы пришли, там было уже тесно от количества желающих взглянуть на «потомков». Я даже узнал кое-кого из нашего университета. Одна из них - Аманда Пэйдж.

У нее была красивая фигура, очень женственная, темные волосы, красиво спадающие на плечи и зеленые глаза. Но главное, пожалуй, заключалось не во внешности, а в умении себя подать. Ее невозможно было не заметить - энергия била из нее ключом. Кто-то восхищался ею, кто-то даже ненавидел, но знали ее все. Она сразу же подошла к нам здороваться, даже поцеловала воздух возле моей щеки, а Криса прямо в губы. Позже я узнал, что это «дружеский» поцелуй, и между ними никогда ничего не было. Но в тот момент, я просто поставил мысленную галочку, что они любовники.

- Я надеюсь, мы еще увидимся? - спросила она, - Я найду вас, парни. Мне еще нужно поздороваться с другими, - она улыбнулась, и исчезла в неизвестном направлении.

- Пэйдж иногда бывает такой несносной, - шепнул мне Крис, - Хотя, говорят, в постели она совершенство… Хочешь чего-нибудь выпить? Я угощаю.

Я хотел спросить, что значит «говорят», разве Крис не опробовал ее технику на себе? Но он уже направлялся к бару.

- Возьми тогда что-нибудь на свой вкус, - сказал я вдогонку, следя взглядом за проплывающей мимо шикарно одетой девушкой. Позже мой новый друг сказал, что это - местная любительница секса ради секса, доступная, одним словом, шлюха.

В тот вечер я познакомился (посредством Кристиана) с Эвелин Уайтхорс, Питером Стивенсоном, Чейси Даркнесс, и еще многими, многими другими, имена которых адской каруселью плясали у меня в голове.

Когда Крис принес мартини, наконец-то пришли «потомки» и начали свое безумное шоу. Их солист, которого все называли Странником, пел про детей тьмы, осыпая толпу ворохом блесток, а в песне «Самый сладкий» бросая в зал шоколад - в ней пелось про мальчика, настолько милого, что его хотят все, даже сам Странник… Как ни странно я наслаждался не только музыкой, но и компанией в которой находился. Мне было даже весело. После мы купили диски «потомков», продававшиеся тут же, и Крис, сбегав за кулисы во время перекура, когда готовились к следующей песне, и достал нам автографы солиста.

Впрочем, Крис почти ни на шаг не отходил от меня, и все время что-то рассказывал. Единственный раз за весь вечер - он вышел куда-то с Чейси - его лучшей подругой, именно подругой, заверил он меня, если между мужчиной и женщиной могут быть такие отношения.


Чейси мне понравилась. У нее были удивительно глубокие глаза, серые, с зелеными бликами, тонко очерченные чувственные губы, светлые волосы. Сегодня на ее стройном теле было, а точнее сказать почти не было маленького черного платья.

Оставшись один, я рассматривал толпу, подпевающую группе. В углу, в стороне от всех стоял странный мужчина. Ему было, наверное, около тридцати пяти, но на фоне зеленой молодежи он очень сильно выделялся. У него были длинные черные волосы, черные глаза, черный длинный кожаный сюртук. И взгляд убийцы. Он заговорил с какой-то девушкой, и она, покивав и поулыбавшись, махнула своим друзьям рукой и удалилась с ним…

Позже, я спросил у Криса, кто это, примерно описав его внешность.

- Это Змей. Лучше с ним не связывайся. Жаль девчонку, которая с ним ушла, - больше я ничего не узнал о нем.

Потом, к нам снова подошла Аманда, и шепнула что-то на ухо Крису, от чего его лицо исказила презрительная усмешка, которая не сходила с его губ, все время пока она стояла с нами. Думаю, это был мягкий намек на то, что ей лучше куда-нибудь уйти, но вместо этого Аманда стала мило мне улыбаться и расспрашивать о разных, даже логически не связанных между собой глупостях.

- А теперь я хочу, чтобы все вы выбрали себе пару! - раздался громкий голос Странника, - Специально для вас я спою свою любимую песню!... - зал заликовал.

Медленная музыка, красивая и нежная подняла всех на ноги. Аманда как-то хищно улыбнулась и прижалась ко мне пышной грудью. Крис пригласил Чейси.

Аманда расспрашивала меня о том, что я делал до университета, сказала, что я красавчик (в чем я лично не сомневался). Ее грудь отлично просматривалась в откровенном вырезе платья, а большие глаза гипнотизировали меня.

В то же время я наблюдал за Кристианом - его рука лежала на талии девушки, и Крис очень нежно вел ее, словно боялся, что она рассыплется. Он шептал ей что-то на ухо, и она улыбалась.

…Выступление уже заканчивалось, Странник рассыпался в благодарностях. И вдруг я увидел в толпе Джесс. Я готов был бежать оттуда! Она шла прямо к нам с Крисом. Она еще не видела нас, но в любой момент могла заметить.

- Крис, пожалуйста, закрой меня! - попросил я, прячась за него, - Закрой меня скорее!

- Зачем? - удивился он, а потом, сообразив, что я от него хочу, прижался ко мне, закрыв от самой сильной трагедии в моей жизни. На его вопросы что произошло, я только что-то невнятно мычал, и старался спрятаться за него, как медведь за сучком. Видимо у меня был забавный вид, потом что Крис тут же нашелся, как меня поддеть:

-Ну, что с тобой? Ты смотришь в пустоту, толкуешь громко с призраком бесплотным, и дикостью горят твои глаза!

Но мне было не до его шуток. Я боялся, что она меня заметит. Девушка остановилась в двух шагах от нас и медленно поворачивала голову, как будто кого-то выслеживая. Вполне возможно, ей уже доложили, что я здесь, она всегда предпочитала услуги собственных доносчиков. Такой уж она была…. Никогда не оставляла случая повторно ударить... Добить жертву. Жаль, я раньше этого не понимал, возможно, теперь что-то изменилось, но поздно говорить о том, что прошло.

- Идем, быстрее, пока она не видит! - я за руку потащил Криса к выходу.

Мы вышли оттуда в спешке, и пошли по улице, прочь от клуба, разговаривая.

- Я больше не могу, Крис! Она постоянно причиняет мне боль!

- Это твоя бывшая? - догадался он.

- Это мое проклятье!

- Может, тебе стоит с ней поговорить?

- О чем? Она просто мстит за то что, что я не страдал в гордом одиночестве, а волочился за каждой более-менее привлекательной девочкой…. И забывался, только меняя любовниц каждую ночь. Она просто ненавидит меня.

- Могу тебе только посочувствовать, но я считаю, что с ней стоит поговорить. Кстати, как тебе Аманда? - Крис весьма неумело попытался перевести тему разговора, но я ухватился за эту возможность как за спасательный круг:

- Она, кажется, хотела меня склеить.

- У нее это получилось?

- Нет. Боюсь, у меня с ней интереса хватит только на одну ночь… А мне это надоело.

- Мне, значит, уже хватило.

- Ты с ней разошелся?

- Ну, не за один вечер. Моя сестра Эммануэль здесь училась и часто меня брала на вечеринки. Поэтому я всех их знаю. Сраные клубные тусовщики, - вдруг ругнулся он, - Это внешне все такие милые…

- Так ты с Амандой??

- Нет! Но в принципе, мог.

- Что??

- Ну, она мне сразу не понравилась. Понимаешь, что-то в ней есть отталкивающее…

- Почему? Она же красивая!!!

- Нужно ценить не только внешность, хотя она имеет значение. Со временем ты поймешь.

- Вряд ли.

Потом мы еще долго гуляли, болтая, и домой я вернулся под утро. В ту самую ночь я и понял, что Кристиан такой же, как я. Один только Гамлет чего стоил.

Мы много говорили, и во всем, абсолютно во всем наши мнения совпадали. Он был таким же гулякой над пропастью, хоть и не знал этого. Тем утром, когда мы стояли примерно в середине пути между его и моим домом, он сказал мне то, что начисто лишило меня дара речи. Он рассказал мне, что ему часто снятся странные яркие сны.

- Мне вчера какой-то бред приснился, - Крис нахмурился, и продолжал, - Я шел по пустыне, в которой никогда не наступала ночь, задыхаясь от жары. Я чувствовал, что у меня есть какая-то цель, но не знал, какая. В какой-то момент, я вдруг ясно осознал ее, но когда проснулся, то ничего не помнил.

Про пропасть я ему не рассказывал, потому, что давно поклялся себе, что об этом никто не узнает, и его слова меня очень встревожили… Может быть есть какая-то связь между теми темами которые мы обсуждали и тем что происходило в действительности? На это я ответа не находил.

На следующий день мы смотрели в кино «Реквием по мечте». Хоть я и не люблю фильмы про наркотики, я не пожалел, что пошел. Это было, конечно, тяжело. После фильма меня трясло. Сколько всего можно вложить в кадр, чтобы получить такой эффект?! Я краем глаза наблюдал за реакциями Кристиана. Он сидел молча, широко открыв глаза. На улицу мы вышли в оцепенении. Добрели до ближайшего сквера, где отыскали укромную лавочку и в каком-то молчаливом ступоре сели на нее.

- Вот холод, блин, - В поисках тепла Крис пододвинулся поближе ко мне. Я тоже придвинулся и даже улыбнулся: после беспросветного отчаяния фильма, почувствовать кого-то живого рядом было так приятно. У меня создавалось впечатление, будто мы только что спаслись от страшной катастрофы.

Я сунул сигарету в рот, а Крис поднес к ней зажигалку. От холода у него дрожала рука, поэтому сразу прикурить не получилось, и я поддержал ее. Потом я выдохнул дым, ощущая какую-то небывалую жажду жизни. Да уж, этот фильм надо показывать детям, чтобы не повадно было…

Я вдруг понял, что до сих пор сжимаю запястье Кристиана в руке: мне было так тепло от этого прикосновения, что я не мог отпустить его руку. Крис заметил, на что я смотрю, и быстро накрыл мою руку той, в которой держал сигарету. Я поднял на него взгляд, и он мягко улыбнулся. Я чуть пожал его запястье.

Мы так и разошлись по домам - молча.

Теперь мы почти каждый день куда-то ходили, причем в самые разные места, начиная фудболом и баром, заканчивая театром и выставками маминых друзей в галереях - наше общение стало неотъемлемой частью моей жизни. Я мог говорить с ним обо всем - о смысле жизни, о музыке, о любви, о чем-то совершенно глупом, или наоборот, наполненным смыслом, о красоте, которой мы оба восхищались, о жизни, в которой было столько же радости, сколько боли и разочарования. Мы стали лучшими друзьями, и я не мог вспомнить ни одного человека до него, так хорошо понимающего меня. Если я начинал фразу - он мог с легкостью ее окончить, так как заранее чувствовал, что я хочу сказать.

Я сам не мог понять, что же нас с Кристианом связывает. Но те дни, которые мы проводили вместе навсегда останутся в моей памяти. Мы говорили обо всем. Его рассказы о своей жизни цепляли меня за живое, они очень ясно напоминали мне мою собственную. Все привыкли к тому, что мы - парочка «психов», которые всегда ходят вместе. У нас даже свидания получались парными. По студенческому кампусу уже ползли слухи о том, что мы любители группового секса. Вот уж чего не было, того не было.

В общем, наши радости и горести были похожими еще до нашей встречи, а теперь мы просто стали одним целым. Розенкранц и Гильденстерн, честное слово. Только бы не закончить как они - весело болтаясь в петле…


Глава 3.


В моей долине есть ложные камни. Если наступить на такой - нога соскользнет, и ты упадешь. Это очень опасно, поэтому, никто не осмеливается гулять по самому краю. Редко встретишь человека, способного рисковать собственной жизнью. Раньше таких не встречал. Но Кристиан был таким человеком…


Как-то после очередной вечеринки, где все страшно напились, мы решили, что до своей квартиры я в одиночку не доберусь, как и он до своей - и поехали к нему.

Мы поднимались на лифте, в котором перегорел свет. Крис стоял у меня за спиной, я чувствовал его присутствие, прикосновение тепла, которое он излучал.

- Крис, не молчи. Скажи что-нибудь, - попросил я. Но он не ответил. Я понял, что он со мной играет. Мы часто так развлекались. Как дети, наверное, но такое бывало.

- Кто-то не боится ездить в лифтах с вампирами, - послышался его шипящий голос, - Кто-то хочет испытать силу воли вампира на себе…. Но отсюда тебе не убежать! - заключил он, и набросился на мою открытую шею.

Он делал вид, что кусает меня - то есть, он действительно сомкнул челюсти на моей шее, но не больно. По сценарию сегодня я был жертвой, и поэтому должен был сопротивляться.

- Ай, - проговорил я, пытаясь освободиться, - Только не пей кровь!

- Нет! Я выпью всю до последней капли! - воскликнул он, и, развернув меня, прижал к стенке лифта, и снова впился в мою шею.

- Прекрати, Крис, - смеялся я, мягко отпихивая его, а он шипел:

- Вампиры не отпускают своих жертв! Ты должен умереть! Или стать одним из нас! - тут он опять прижался ко мне, уже не кусая, а едва ли не облизывая мою шею. Я расхохотался.

- Крисси, - стонал я, - засосы останутся! - я слегка шлепнул его по упругому заду.

Наша игра была обычным делом - мы часто так развлекались: кто-нибудь из нас вдруг входил в роль, а второй подхватывал, сочиняя на ходу забавную историю.

Он все продолжал меня тискать, и тут, наконец, двери лифта открылись, а женщина, которая ждала его, удивленно подняла брови. Мы сразу отлипли друг от друга, покраснев, и выбежали оттуда, стараясь не смотреть ей в глаза.

- Вот черт! - истерично шептал он, открывая дверь, - Старая дура, наверное, подумала, что мы с тобой…

- Ты ее знаешь?

- Это моя соседка! - он открыл дверь, на секунду замерев и указав пальцем наверх, - Если что, запасной ключ над дверью, в выемке. Заходи.

Мы вошли в квартиру.

Я был здесь впервые, но какое-то странное чувство накатило прямо с порога. Все это было каким-то своим. Пугающе своим. Как и Крис, который из разряда случайных знакомых и приятелей, пробрался ко мне в «лучшие друзья».

Я будто был здесь раньше, дышал этим воздухом. Некоторое время я озирался по сторонам, пытаясь отогнать глупое де жа вю.

Потом я вдруг увидел ее. Она смотрела на меня с фотографии, стоящей на книжной полке. Красивая девушка, безумно похожая на Кристиана, настолько хорошенькая, что я начал потихоньку таять.

- Кто это? - спросил я, в изумлении.

Крис подошел уже с пивом, заглядывая мне через плечо.

- А, это… - он хмыкнул, - Это моя сестра. Помнишь, я тебе рассказывал?

- Красивая. Безумно красивая, - я глотнул пива, и покосился на него, - Познакомишь?

Крис смотрел куда-то в угол, задумчиво и с легкой грустью на дне глаз.

- Ты чего? - я толкнул его в бок.

Он усмехнулся и, взъерошив мне волосы, сбежал в другую комнату. Я бросился за ним, смеясь, обещая ему горькие муки в аду. Та комната оказалась спальней, и я не сразу нашел его: он спрятался за занавеской.

- Крис! Выходи, змеюка! - крикнул я и прыгнул на кровать. Я знал, что он терпеть не может, когда я так его называю. Как я предполагал он тут же вылез из своего укрытия, и зарычав прыгнул на меня. Я увернулся, но он ловко вцепился в меня, и в притворной, ребяческой борьбе, мы стали кататься по кровати, кусаясь и душа друг друга…

- Эй, все, хватит, мне больно, блин… - проговорил он, когда я одержал верх и залез ему на спину, скрутив сзади руки.

- Будешь еще ерошить папочке волосы? - спросил я тоном победителя.

- Конечно! - он попытался вырваться, но я все-таки удержал его.

- Ха-ха! Тогда я не отпущу тебя! Я сделаю тебя своим рабом!

- Брайан! Иди в задницу!

- Чего? - засмеялся я, - А, ты имеешь в виду этот тип рабства? Ну… попка у тебя ничего… Я подумаю…

- Иди ты в задницу!!! - заорал он громче.

- Я понимаю, что ты жаждешь этого, но не так активно, прошу тебя!

- Да кто тут больше жаждет!.. - он, как-то выскользнув, воспользовавшись моментом, вдруг повалил меня на лопатки. Крис посмотрел на меня сверху вниз, с видом Александра Македонского. Я, конечно, поддавался, потому что был сильнее раза в два, к тому же меня душил смех от его гордого вида.

- Кто жаждет, тот сейчас своего добьется! - я сделал легкое усилие, и на лопатках подо мной уже лежал он. Несколько мгновений он пытался как-то избавиться от моей стальной хватки, рыча и вырываясь, а потом его глаза потемнели…

- Знаешь… Ты мне очень дорог, Брайан, - вдруг прошептал он. Я заметил перемену в его взгляде - сейчас он вдруг стал серьезен, как-то по-детски искренне серьезен, и это цепляло, это кололо в самое сердце. Я хотел сказать ему то же самое, что он мой лучший друг, и что в свои почти двадцать я неожиданно нашел человека, который меня во всем понимает… Но я вдруг понял, что горло у меня судорожно сжалось и я не могу говорить.

Хватка ослабла. Я посмотрел в его темные глаза. Темные, от расширившихся до предела зрачков… Я, наверное, вздрогнул, когда вдруг яростно зазвонил телефон. Не помню, когда еще в моей жизни телефон звонил так громко и протяжно. Только тогда я опомнился, выпуская его, и Крис побежал отвечать на звонок, а у меня ноги почему-то подкашивались. Я не понимал - почему. На меня будто столбняк напал - я опустился на кровать с чувством, которое трудно описать, закрыл глаза, и только тогда это прошло.

- А ты знаешь, что у меня одна кровать? Не сочти за предложение, конечно… - спросил приближающийся Кристиан, из соседней комнаты, а потом уж я увидел его самого.

- Одна кровать, говоришь? - шутка меня «завела», - Не боишься ночью из Гамлета в Офелию превратиться?

Крис с усмешкой набросился на меня, стараясь спихнуть с кровати, я даже некоторое время поддавался, чтобы посмотреть на его выражение лица. Но потом с легкостью скрутил его.

- Ну, что, принц датский, - я практически лежал на нем, придавливая своим весом, чтобы не вырывался - крепко, но не больно, и весело продолжая, - Из тебя выйдет милая девчонка!

Крис не стерпел такого нахальства, и, собрав все силы, вдруг отпихнул меня, но не рассчитал отдачи, и от неожиданности упал с кровати, ударившись со всей дури головой об тумбочку.

Я испугался - а вдруг он ударился слишком сильно? Я слез с кровати, приподнимая его за плечи.

- Кристи, ты чего? А? Эй, Крис, ты меня слышишь?

Крис был без сознания. У меня бешено забилось сердце. А вдруг… Я поднял его на руки и положил на кровать. Что теперь делать, черт по дери? Звонить в скорую?!

- Крис, ты меня слышишь? Кристиан! Крисси!

Я приложил ухо к его груди. Бьется. Черт, какого же черта он так отключился. Я долго смотрел на него, пытаясь сообразить, что теперь с ним делать.

- Крис… - я встряхнул его за плечи, - Открой глаза, что с тобой?!

Я наклонился к нему, вглядываясь в его спокойное лицо, до тех пор, пока он вдруг… не улыбнулся.

- Вот я тебя подловил, ох, никогда не забуду твоего кудахтанья «Кристи-Кристи»! - смеялся мой друг, пока не получил втык в бок.

- Скотина ты, я думал - ты отключился! - заламывая ему руки, гневно возмущался я.

- Конечно! Думаешь, от меня так легко избавиться? - он теперь лежал полностью обезвреженный: руки я завел ему за спину, а ногой придерживал его ноги.

- Ну, что? - спросил я побежденного товарища, - Что-то в такие моменты тебе на ум не приходят умные цитаты! Ах, Гамлет, Гамлет… Я буду называть тебя Гамлеттой!

Я знал, что это ужасно его злит. Во-первых, то, что я глумлюсь над его увлечением Шекспиром, во-вторых, что подшучиваю над его слабостью. Он сильно брыкнулся, и я опять на него лег, на этот раз в прямом смысле: мне приходилось отклоняться, чтобы видеть его глаза в нормальной фокусировке, не слишком близко.

Я понял вдруг, что от бурной возни немного возбудился, и испугался, вдруг Крис почувствует, что у меня стоит. Я посмотрел ему в глаза - понял или нет, о чем я думаю? Нет, не понял. Он меня изучает: видно ждет момента, когда я ослаблю «объятия», чтобы вырваться.

- Ну, хватит. Кончай уже, - сказал он, и подтвердил брыканьем свое желание освободиться.

- Кончать? - я уже не понимал, что несу, и от глупого возбуждения все-таки прижался к нему членом. Авось, подумает, что это телефон, - Расставляй ножки, девочка…

Крис нахмурился, и стал меня отталкивать. Как не странно, у него получилось, и он, отпихнув меня, упал на кровати без сил.

- Ничего, еще не вечер, - заметил я, и попытался ущипнуть его в область филейной части, но Крис ловко вывернулся и скользнул в дверь ванной.

Потом мы валялись на кровати и смотрели какой-то фильм, пока Крис не уснул. Тогда я выскользнул из комнаты в поисках чего-нибудь интересного. Я бродил по его квартире, думая о чем-то, бесцельно разглядывая стены, завешанные какими-то картинами, полки с дисками, книги… Когда я опять увидел фотографию, то снова застыл в странном оцепенении. Несомненно - девушка была сестрой Кристиана. Те же синие глаза… Она была в обтягивающем малиновом платье. Рот слегка приоткрыт, сочные розовые губы… Я даже забылся на пару минут. И как мне показалось, она была не из тех, с кем можно перепихнуться по-быстрому. Это была, если можно так выразиться, долгоиграющая конфетка…

Потом я добрался до маленького балкончика, и вышел туда. Свежий прохладный воздух наполнил легкие, и я долго еще стоял там, обдумывая одну навязчивую идею, которая давно завладела мной. Что-то странное в поведении Кристиана, что не давало мне покоя. Был во всем его веселье какой-то надлом, какая-то боль. Словно есть что-то, что не дает ему свободно дышать и быть самим собой…

Это ускользало от моих глаз. И я как будто смотрел на это, но как в страшном сне не мог увидеть, понять и назвать это по имени. Я перебирал в голове версии, одну за другой, но не находил ответа.

На столе лежала пачка сигарет, и я решил, что одна мне не повредит. На небе висела луна, почти полная, словно обведенная черным карандашом. Начинался мелкий дождик.

- Почему ты не спишь? - раздался за спиной тихий и задумчивый голос, и мне на плечи опустились его руки. Я обернулся.

- Не мог уснуть… - сказал я, протягивая Крису сигареты, - будешь?

- Да, - ответил Крис, - Мне только что снился удивительный сон…

- Какой?

- Я словно был где-то совсем в другом месте, даже не на земле, а на небесах… Я шел по какому-то городу, а под ногами был не асфальт, не камень, и даже не стекло, а прозрачный воздух, но я шел по воздуху как по земле. А вокруг был город. Огромные дворцы из света, да именно из света и хрусталя, с огромными окнами и дверями… Я крикнул что-то, не помню, что я спросил, и вдруг чей-то голос ответил мне: «Ангелы никогда не умирают, Крис, запомни это»… А потом я проснулся, и увидел, что тебя нет…

- Странный сон, - проговорил я, помолчав, - Может он значит что-то особенное?...

- Может быть, - он стряхнул пепел со своей сигареты, и слегка наклонив голову в бок, посмотрел на меня, - Я читал, что только мы сами можем расшифровывать свои сны, потому, что у каждого свои ассоциации и мысли…

- Ангелы никогда не умирают, - пробормотал я, - У меня такое ощущение, что я это уже слышал. Может быть, это название какого-нибудь фильма, или книги?

Крис пожал плечами и перевел взгляд на луну.

- Крис, скажи, что тебя мучает? - Я не знаю зачем я это спросил, просто этот вопрос и правда терзал меня. Я ведь наблюдал за ним и часто видел, что с ним что-то происходит. Но он никогда об этом не говорил. Может быть, время уже пришло?

Он обернулся, удивленно посмотрев на меня.

- Что с тобой происходит? Скажи, чего я не замечаю, о чем не могу догадаться?!

Он еще долго смотрел мне в глаза, прежде чем покачал головой и снова стал смотреть в другую сторону.

- Нет, ты ошибаешься, все нормально, - его голос звучал уверенно, но я знал, что это ложь.

- Нет. Что-то не так. Скажи что?

Он затушил сигарету.

- Что случилось? Мы ведь друзья? Или нет? Посмотри мне в глаза.

Он поднял на меня взгляд. В нем была усталость, боль и какое-то отчаяние...

- Ничего, - ответил он тихо, но голос дрогнул, - Все нормально, Брайан. Мы друзья.

- Что тебя мучает? - снова спросил я.

- Я не знаю… Не знаю… Мне очень плохо… - сказал он шепотом.

- Из-за чего? Ты можешь мне сказать?!

- Нет! Не могу, Брайан, я не могу тебе этого сказать, понимаешь?! - закричал он. А потом сел в кресло, и обхватил голову руками, - Не спрашивай меня! Все хорошо!

Я удивился и даже испугался такой реакции.

- Извини.

- Тебе не за что извиняться. Это ты извини, я ужасно себя веду.

Я подошел и положил руку ему на плечо.

- Я просто хотел поддержать тебя. В любом случае.

- Спасибо… - проговорил он, - Идем спать.

- Идем.

Утром я заехал домой, за своими учебниками, а потом поехал в университет, только Кристиана там почему-то не было.


Глава 4.


Я шел, и вдруг услышал сзади шум. Когда я обернулся, Кристиан поднимался с земли. Оступился. И только чудом не сорвался вниз.

- Здесь слишком опасно, - сказал я.

- Мне все равно, - ответил он, поразив меня холодностью своих глаз.


Весь день он не появлялся и не отвечал на звонки. Я начал жутко нервничать, и отправился к нему домой сразу после занятий в университете. На долгий звонок в дверь никакой реакции не последовало. Тут я вспомнил про запасной ключ и запустил руку в ту выемку, о которой говорил мой друг. Это оказалось просто: я тут же почувствовал прикосновение металла к пальцам, и вытащил ключ. Самым сложным, оказалось, зайти без приглашения, а дальше все пошло само собой.

«I know!» - кричал рыдающий голос Молко из динамиков. По квартире гулял сквозняк.

Я нашел его в спальне. Крис лежал на кровати голый, лицом вниз. В распахнутое настежь окно врывался безумный ветер, разбрасывая по комнате листы бумаги. На столике рядом с кроватью стояла полная окурков пепельница. Я наступил на один из листов, и машинально поднял его - это была страница из «Гамлета»…

- Эй, Крис! - позвал я, выключив музыку, и прикрыв окно, но он даже не шевельнулся. В груди резко заныло от ощущения непоправимой беды, - Крис, что случилось? Тебе плохо?

Он повернулся ко мне и даже сделал слабую попытку укрыться одеялом. Казалось, у него нет сил, чтобы разговаривать.

- Мне плохо… - прошептал он. Я потрогал его лоб. Он оказался теплым.

- Нужно выпить аспирин, - я стал рыться в его аптечке, висящей в углу комнаты, - что произошло, черт возьми? Ты, почему на звонки не отвечал?!

- Не нужно никаких таблеток… - хрипло проговорил он. Я уже сидел рядом со стаканом воды и аспирином.

- Пей, давай, надо сбить температуру. Что с тобой произошло?!

- Ничего. Брайан, я не буду ничего пить, - сказал он, отворачиваясь.

- Почему? Что, сдохнуть хочешь? - грубо бросил я, рассердившись на его капризы.

- Да, - ответил хриплый голос, и я услышал в нем всхлип. Я оставил таблетки, и, подобравшись к нему ближе, уже тихо, без нажима, спросил:

- Что-то серьезное? Скажи мне.

- Да. Нет. Просто я не могу так дальше.

- Почему?

- Это мучительно.

- Что именно? Что произошло?

- Я… не буду я ничего говорить!.. - он повернулся, весь в слезах, - Пожалуйста, не спрашивай меня, я все равно тебе не скажу…

- Нет, скажешь. Я имею право знать, что происходит с моим другом.

- Нет, никогда. Хоть убей меня.

Я сощурил глаза.

- Так. Сначала ты пьешь лекарство, - сказал я нетерпящим возражения тоном.

Под моим суровым взглядом он запил таблетку водой.

- Теперь ты мне все рассказываешь.

- Никогда.

- Крис, я ведь твой друг, я хочу тебе помочь. Я все пойму, как бы это не было тяжело.

- Нет… - он опять отвернулся.

Я положил руку на его плечо.

- Кристи. Я же люблю тебя. Мне очень больно за тебя, Кристи… Расскажи…

- Нет, нет, ты возненавидишь меня, я не могу…

- Я обещаю тебе, что постараюсь понять…

Он сел в постели глядя в одну точку. Потом поднялся и медленно пошел к окну. Он был совершенно голый, и его это мало смущало. Я ничего не понимал.

- Расскажи мне, - умоляюще сказал я в который раз.

Крис вдруг распахнул окно и влез на подоконник. Мне хватило трех секунд, чтобы броситься к нему и схватить за ногу. Мы оба упали на пол в его комнате. Крис с рыданием попытался отбиться от меня, но я со всей силы влепил ему пощечину, и прижал к полу.

- Я тебя сейчас за это… - рычал я, - Я тебя сейчас так…

Вдруг он перестал вырываться, и прижался ко мне. Он весь дрожал от рыданий.

- Кристи, ну, что? Скажи мне, мальчик мой…

- Я… люблю тебя, Брайан…

- Хорошо, Крис! Скажи мне. Просто скажи!

- Это все… - он задыхался от слез, - Это все…

- Что? - не понял я.

- Я люблю тебя. Я хочу тебя. Я не могу перестать о тебе думать…

Хлоп! И головоломка собралась. Последняя ускользающая деталь найдена. А тайна названа по имени. Я медленно отстранился от него, чтобы посмотреть в глаза.

- Из-за этого ты собирался выпрыгнуть в окно?

- Да, - шептал он, пытаясь спрятать от меня лицо, - Я больше не могу справляться с этим… Я не знаю, что со мной происходит… Это какая-то навязчивая идея….

- Крис, да ты что?!..

Я сел, тяжело дыша. Вот так новость.

Он подобрал ноги к груди, и свернулся калачиком, как ребенок.

- И давно?

- Как только мы познакомились…

- Понятно.

Он смотрел на меня, застыв, а потом совсем другим голосом стал рассказывать:

- Я не хотел тебе ничего говорить… - под конец фразы его голос совсем сломался, он едва не задохнулся, и продолжал срывающимся истеричным шепотом:

- И все эти дни я только о тебе и думаю, я не могу с собой справиться!… Я знаю, что ты скажешь - это бред, я знаю! Но когда ты рядом, я с ума схожу… Со мной такое впервые…Что мне делать, Брайан, скажи мне! Мне так плохо! Сделай что-нибудь, Брайан!

Я придвинулся к нему.

- Ну, не плачь, Кристи… - осторожно обнял его и развернул к себе, - Я ведь даже «нет» еще не сказал… а ты с собой кончать вздумал.

Он прижался ко мне, спрятав лицо на моей груди. Я поднял его и уложил в кровать, а сам сел рядом.

- Так. Сейчас ты успокоишься и все мне расскажешь, - я поправил одеяло, так чтобы оно закрыло его голое тело. Крис опять уткнулся носом в подушку. Передо мной было его плечо, тонкое и белое, как цветок нарцисса, о котором мне так много рассказывал Крис. Редкие, белые, хрупкие, самовлюбленные… Я положил на его плечо руку.

Я пытался придумать какую-то успокоительную фразу, но это плечо выбивало из меня все мысли. Я просто не мог сказать этому плечу «все будет хорошо» или «все пройдет»… Я не мог, это было так глупо, так банально и так холодно. Разве мог я сказать его плечу что-то подобное? Его шелковому белому плечу!?

- Подвинься, - шепнул я, лег, - он лежал ко мне спиной - и нежно прижал к себе.

Он чуть дрожал, а потом нащупал мою руку и поднес ее к губам.

- Мне так плохо, - прошептал он.

- Не плачь, Кристи, - ответил я, обнимая его крепче. Он повернулся и посмотрел не меня.

- Я люблю тебя Брайан, я люблю тебя…

Я оперся локтем о подушку, а другой рукой убрал назад его длинные волосы, мокрые от слез, они прилипли к щекам и мешали мне смотреть на его лицо.

Он неотрывно посмотрел мне в глаза, а несколько секунд спустя, я уже ощущал его горячий нежный язык у себя во рту. Как? Он притянул меня к себе, и я, склонившись над ним, в первый раз в своей жизни… поцеловал существо мужского пола. Парня, который за несколько месяцев стал мне ближе, чем кто бы то ни был в этой жизни. Но все же, Крис был парнем.…

Он жадно целовал меня, кусая губы до сладкой крадущейся боли. Это длилось всего пару мгновений, но за этот промежуток времени я успел испытать безумный страх.

- Крис прекрати! - я резко оттолкнул его, вскакивая с кровати. Меня била дрожь, я выскочил в коридор, ничего не видя перед собой. Стал искать туфли, мечась по коридору, хотя они стояли на видном месте - не замечал. Наконец, Крис показался из спальни - голый, с горящими огнем глазами.

- Не уходи, любимый мой, не уходи, Брайан! - просил он, приближаясь ко мне. Я дрожал всем телом. Неужели, неужели это случилось?! Он меня поцеловал, черт побери!

Я, наконец, нашел ботинки, и теперь пытался попасть в них ногами. Крис понял, что я действительно ухожу, и прижался ко мне всем телом.

- Не трогай меня! - рявкнул я, и оттолкнул его к стенке. Крис отлетел от меня, но это его не остановило.

- Брайан, не уходи, давай поговорим. Я не хотел делать этого, прости меня! - он не знал, что сказать, чтобы заставить меня остаться, - Я прошу тебя, Брайан!

Одев ботинки, я развернулся к двери. Крис вцепился в мои плечи пальцами.

- Не уходи, - всхлипывал Кристиан, - Я умру, если ты уйдешь…

Я развернулся и со всего маха влепил ему пощечину, потом еще и еще… Крис вскрикнул - скорее от обиды, чем от боли, - поскользнулся и упал, подвернув ногу.

Только когда он скорчился на полу от боли, я пришел в себя. Гнев стал проходить. Мой друг лежал на полу, потирая ногу. Я подал ему руку, чтобы он поднялся.

- Брайан, - Крис встал, не опираясь на больную ногу, - Я больше не буду… Останься, прошу тебя.

Я скинул ботинки и прошел в комнату. Должно пройти немного времени, прежде чем я смогу говорить после такого потрясения. Я все еще чувствовал во рту вкус его губ и языка… Боже! Как он умудрился поцеловать меня в губы?

В каком-то трансе я подошел к окну и стал теребить кисточки занавески. Я абсолютно ни о чем не думал, и весь дрожал, как в лихорадке. Крис сел на кровать - я услышал это по скрипу, но смотреть ему в глаза я пока не мог.

- Брайан, подойди ко мне, пожалуйста, - прошептал он, но я услышал. Его голос был нежным. Мне непривычно было слышать, что ко мне так ласково обращается парень.

- Подойди ко мне, Брайан, - Крис вытянул руку в мою сторону, - Я такой же, как был. Раньше ты не боялся спать со мной в одной кровати, а теперь боишься просто подойти? Я не изменился. Я ведь нравился тебе раньше… Как друг. Ты тискал меня… Ты… играл со мной… Ведь ничего не изменилось, Брайан. Просто я тебя люблю…

Я, смутившись, повернулся к нему. Он любит меня! Он меня хочет! Он так страдал из-за меня! А я смотрел на него и гадал, что же с ним происходит!... Неужели я такой идиот?

Я сделал несколько шагов к кровати, и встал перед ним, глядя на его бесстыдно голое тело. А он был довольно женственен. Раньше я не видел его полностью обнаженным. Но теперь я понял - у Кристиана была андрогинная фигура. Со спины не определишь, девушка или парень - вроде бы есть талия, аккуратная задница, и никаких лишних мышц или жира…

Крис подобрал ноги, и лег, обняв подушку, указывая взглядом на место рядом с собой. Он смотрел на меня, прикусив губу, как тогда, когда я пришел под окно с белым нарциссом.

Я сел на кровать рядом с ним и откинулся на подушки. Может быть, уйти сейчас? Уйти решительно и навсегда: просто забыть о нем, и все. Забыть? Легко сказать… Как можно забыть о человеке, который для тебя так много значит?

- Брайан, обними меня, - поспросил мой лучший друг, - Я сам к тебе не прикоснусь.

Я молча смотрел ему в глаза и не мог пошевелиться.

- Брайан, - сказал он дрожащим голосом. Я никогда не видел Кристиана таким беспомощным…. Таким… ребенком. И мне стало его жалко, словно это я сделал ему больно…

Я вдруг подумал, что не выдержу, что сойду с ума от этого взгляда, в котором столько чувства… Я поднес руку к его лицу, но потом сразу же убрал.

- Ромео… - проговорил я горько, - ах, зачем же ты Ромео!

Но моя попытка отвлечь себя или развеселить его любимым Шекспиром провалилась.

- Брайан, - шепнул он, - Брайан, ты дрожишь… - сказал он, осторожно касаясь рукой моего плеча. Моя дрожь от этого только усилилась.

- Я… кажется… схожу с ума… - ответил я, чувствуя как по телу разливается тепло, которое принесла его рука. Вожделенное тепло… То, которое я чувствовал каждый раз, когда он оказывался близко… Но теперь он был слишком близко. Слишком…

- Брайан, я ничего тебе не сделаю…. просто побудь рядом… Брайан… - шептал он, а его рука все гладила мое плечо, и я расслаблялся от этого прикосновения.

- Знаешь, я, наверное, не должен… мне нужно уйти, - сказал я, а он вдруг испуганно вцепился в меня, - Я просто хотел… чтобы ты… не пропускал лекции… Кристиан… - я протянул руку, осторожно коснувшись его мягких волос, провел пальцами по лицу, которое все еще было мокрым. Я стер его слезы, нечаянно коснувшись мягких губ. Я никогда раньше не прикасался к нему так, это было совершенно новое ощущение.

- Побудь со мной еще… - попросил он, - Завтра я приду на занятия, обещаю. Мне так хорошо когда ты рядом… просто рядом и все… Разве тебе это так неприятно?... Просто побудь рядом…

Я дотронулся до его плеча с нежной бархатной кожей. Крис закрыл глаза, а его веки задрожали. Я никогда не видел его в таком ракурсе, не прикасался, не вдыхал запаха его кожи. Я все еще дрожал, но постепенно стал успокаиваться.

- Только не уходи…. Я больше НИКОГДА тебя не поцелую… - прошептал он. И его слова ударили меня как плетью. Да, что мне стоит?

И я вдруг сделал то, чего никогда от себя не ожидал - я наклонился, и сам стал целовать его в губы, не давая ему вздохнуть, не давая ему опомниться… От неожиданности, он даже не шевельнулся.

Когда я понял, что делаю, я быстро отодвинулся от него. Кристиан смотрел на меня, широко раскрыв глаза. Он молчал, а в его глазах застыли слезы.

- Брайан, - срывающимся голосом проговорил он, - Брайан, Брайан…

Я снова обнял его, и закрыл глаза. Мы лежали так довольно долго, не произнося ни слова, я ощущал щекой мягкость его длинных пушистых волос.

- Тебе нужно немного прогуляться, - сказал я охрипшим голосом, несколько минут спустя. Идем на улицу. Пройдемся немного, я буду рядом с тобой, я не уйду.

Ответом мне была тишина. Мы просто лежали на одной кровати. Рядом. Нас разделяла только моя одежда. Моя одежда и стена тишины.

Через некоторое время, я, приподнимаясь, позвал его тихо:

- Крис.

Он открыл глаза. Мы долго смотрели друг на друга, мое сердце словно замерло на эти несколько мгновений. Я отвернулся первым.

- Хорошо, - вдруг ответил он покорным голосом, - Сейчас. Еще немного. Такого больше никогда не будет… Еще чуть-чуть… Брайан, побудь со мной еще немного…

Я кивнул, опускаясь на подушку рядом. В голове был полный хаос. Крис глубоко дышал, глядя на мои губы. В комнате было довольно темно - за то время, пока я был здесь, опустились сумерки, и жизнь медленно замирала. Я думал о том, как поведу его гулять, разрабатывал маршрут нашего вечернего похода, пытался отвлечься от этой странной реальности, в которую я попал.

Кристиан уснул, обнимая меня, и я слушал его дыхание. Он был так близко… Теперь не было никаких границ, я мог поцеловать его в губы. Кристиан был обнажен, я мог касаться его тела, его гладкой белой кожи…

Странно. У меня стали возникать опасные мысли. Я ведь мог утешить его. Да и себя за одно. Утешить одним лишь словом - и все. Можно даже ничего не говорить. Поцеловать его еще раз, и… но что мне даст поцелуй? Я запутаюсь еще сильнее, потому что мое отношение к нему - самое сложное, что есть на свете. Мы друзья, и если я поддамся временной слабости… Слабости? Так значит, все-таки слабости? Так значит, мне этого хочется?...

Я сделал глубокий вдох. Нет, это все, конечно же, глупости. Мы просто были очень близки. У Криса все это обязательно пройдет. Боже мой! Я-то думал, что он попал на большие деньги или того хуже - наркотики! В каком-то смысле, я даже был рад, что причиной всему было просто влечение. Пусть и такое нестандартное…

Крис вздохнул, и приоткрыл глаза.

- Ты здесь? - спросил он сквозь сон, и прижался ко мне крепче, - Не уходи, пожалуйста.

Но я не собирался уходить. Крис был мне очень дорог. А его теплое сонное тело грело меня, и я не хотел лишать себя этого. Мешала одежда, но это было бы слишком.

- Брайан, я… обними меня, еще… Брайан… - шептал он, - Брайан, ты такой горячий, я хочу… я…- он запинался, не решаясь сказать прямо, ему не хватало воздуха от возбуждения, - Обними меня крепче…

Я приподнялся и стянул с себя майку. Это был безумный поступок с моей стороны, я даже объяснить его себе толком не мог. Помню только, подумал, что хорошо было бы и с джинсами так поступить.

Крис почувствовав мою кожу, задышал глубже. Напряжение становилось все сильнее, Крис вжался в мое плечо и начал - то осторожно целовать его, то впиваться зубами. Я вдруг почувствовал, что… Мягко говоря, я немного возбуждался.

- Брайан, я… хочу… я с ума схожу… - шепнул он мне в ухо, а я, запустив руку в его волосы, крепко сжал их в кулаке. Кристиану не было больно, но дерни я рукой - он бы взвыл от боли.

- Перестань, Крис, - сказал я серьезно, - Перестань, ты доведешь меня, слышишь?

Я отпустил его, и он опустился на мою грудь. Его руки легли мне на плечи, и, приподнявшись, он поцеловал меня в правый сосок, от чего по моему телу прошла дрожь. Он осторожно провел по нему языком и снова поцеловал. У него были мягкие и влажные губы, горячий язык. Следующий поцелуй пришелся на левый сосок. Крис не смотрел мне в глаза - они у него были плотно закрыты. Я почувствовал, как его рука скользит вниз по моему телу. Только не в штаны, подумал я. Только не лезь в штаны. Крис не мог сдерживать громкое и частое дыхание, но глаза не открывал. Джинсы ужасно давили, я машинально протянул руку поправить их, и понял, что у меня стоит член. Крис расценил мое движение по-своему, и не долго думая, расстегнул на джинсах пуговицу и запустил руку мне в трусы. На несколько секунд его рука обхватила мой член, а потом съехала вверх, сдавив головку, но в следующий момент я оттолкнул его от себя, и ударил… Сам не знаю, как это получилось. Только он слетел с кровати, губа оказалась разбитой, и Крис в слезах отполз в дальний угол комнаты, трясущийся от обиды и возбуждения.

Я сразу же пожалел о том, что сделал, слезая с кровати и приближаясь к нему. Ведь я мог деликатно убрать от себя его руки. Но я его ударил! Уже второй раз. И ударил сильно. Надо извинится сейчас, пока еще не слишком поздно.

- Прости, - я виновато смотрел в его глаза, - я не в себе.

Он кивнул. Я застегнул штаны. Мне надо было уйти, но я не мог... Не мог его бросить, и даже не в этом дело - я не хотел уходить…

- Иди, прими душ, - сказал я охрипшим голосом, - И будем спать. Слышишь?

Он вытер стекающие слезы и поднялся на ноги.

- Только дверь не закрывай, - предупредил я, вспомнив его сегодняшнюю попытку самоубийства. Он вдруг сорвался с места, и я понял, что он собирается сделать. Но я успел поймать момент, когда дверь еще не захлопнулась, а Кристиан, оказавшийся в ловушке, отступал назад к ванне.

- Зачем? Зачем!? - орал я, - Какого черта ты это делаешь?

Я заметил на полке бритву и одним взмахом руки смел с нее все. Кристиан рыдал почти в голос.

- Я хочу тебя, хочу! - он кричал, почти срывая голос, - Я хочу тебя, я не могу больше!...

- Да пошел ты к черту!...

Крис толкнул меня, пытаясь вырваться из ловушки, но я не пустил, схватив его за руки.

- Я прибью тебя, слышишь?

- Давай! Мне плевать!

- Я тебя сейчас искупаю, идиот хренов! - обезумев, я орал во весь голос. Я затащил его в душевую кабинку, и включил холодную воду, но так как он вырывался, мне и самому пришлось стоять под ледяной водой… Как только эта холодная волна накрыла нас, я испытал шок и в то же время облегчение…

- Выключи, Брайан, выключи, пожалуйста! - умолял Крис.

Я добавил горячей, и вдруг навалившись на Кристиана, прижал его к стенке душа. Крис кусал меня и царапал мне спину, потому что я стал целовать его так, что он едва не задохнулся. Потом я оторвался от его губ, и посмотрел в покрасневшие глаза. Пропасть - вот, что я увидел. Бездонная пропасть. Боль. Отчаяние. Надежда? Он смотрел на меня…. Он смотрел на меня с любовью. И этот взгляд был мне ценнее миллионов других взглядов, потому что только он говорил мне «я люблю тебя», просто «я люблю тебя, Брайан».

У меня все плыло перед глазами. Крис целовал меня в шею, гладил руками спину, и при этом дышал так громко, что я не слышал за его дыханием своего собственного - такого же возбужденного. Мне конец, подумал я. Или беги, или трахни его, - сказал я себе. Последний вариант развернулся в голове картинкой - я расстегиваю штаны, давлю Кристиану на плечи, он опускается передо мной на колени. Открывает рот, и я погружаю в него головку. Сначала осторожно. Потом Крис начинает двигать языком внутри, а я беру его за волосы и направляю движения, все сильнее и сильнее прижимая его к себе… В какой-то момент мой член полностью исчезает у него во рту… Черт! Я резко одернул себя, и отодвинулся от него.

- Искупайся и выходи, - сказал я нарочно равнодушным голосом, успокаивая нас обоих. Член у меня стоял все так же. Если бы на мне не было джинсов, то я бы уже трахал его… И плевать бы мне было на все. Но джинсы будто возвращали меня в реальность. Я, безусловно, мог расстегнуть их опять, но пока бы я это делал, я бы осознал, что это безумие… Кристиана остудила вода, но мой поцелуй (черт бы меня побрал!) привел его в такое состояние, что я боялся смотреть вниз. Его член упирался мне в бедро…

Надо было сказать ему что-то грубое. Чтобы он разочаровался во мне. Чтобы он понял, что сможет и без меня прожить дальше… Что сможет кого-то другого найти… Что я ему не так уж и нужен. Но ничего лучше идиотской фразы не приходило в голову. А он ждал. Смотрел и ждал.

- Подрочи, - сказал я довольно грубо, - А потом выходи, надо поговорить.

Я бесцеремонно порылся в его шкафу и нашел себе подходящие джинсы. Свои - мокрые - повесил сушиться. Я сидел на кухне и курил, нервно попивая кофе, когда он вошел, одетый и какой-то ссутулившийся, зажатый. Мое возбуждение прошло и осталось только чувство отвращения, которое я пытался подавить, чтобы не броситься прочь из этой квартиры. То, что я делал несколько минут назад было для меня, теперь, немыслимо.

- Крис, - собравшись с силами, начал я, но он меня вдруг перебил.

- Не надо, я все понимаю. Я остался твоим другом с теми же мозгами. Я не стал более тупым, чем был раньше. Не утешай меня. Это не поможет.

Я помолчал, глядя, как он наливает себе кофе. Что ж, значит, все прояснилась. Если так - надо уходить. Чем больше я с ним говорю, тем больше он убеждается в том, что я с ним пересплю… Черт! Да это не он, а я убеждаюсь в этом! Дергать надо отсюда! И побыстрее! К чертям собачьим!

- Я тогда, наверное,… - я хотел сказать «пойду», но Крис опять меня перебил.

- Пойдем, прогуляемся, - сказал он, - я покажу тебе одно красивое местечко.

…Мы стояли на холме. Ветер набрасывался на нас, как пес, или страстный любовник - словно хотел сорвать одежду, а вечерняя свежесть вливалась в меня с каждым новым вздохом. Внизу - мириады ночных огней города, вверху - сияющее звездное небо. Я был спокоен. Кажется, вся жизнь в те мгновения потекла медленнее, чтобы я как можно лучше запомнил и это место, и умиротворенность, захватившую меня полностью.

Крис держал меня за руку. Он так и не отпускал ее с того момента, как мы вышли из дома. Он всю дорогу не сводил с меня глаз, и даже когда я смотрел в окно машины, я чувствовал, как его взгляд скользит по мне. Я думал о том, что теперь будет с нашей дружбой. Сможем ли мы как раньше дурачиться или это конец? А еще я думал о том, что если у меня будет выбор - спать с ним или потерять навсегда, то я… Наверное, (я думал об этом вполне серьезно, хоть и не мог себе этого представить), я бы… Да, я бы с ним спал.

- Когда мне нужно подумать о чем-то, я прихожу сюда. Это место прибавляет мне сил и надежды. Ведь я еще надеюсь… Пусть ты никогда не будешь со мной, пусть у тебя будет девушка, на которой ты потом женишься, дети… Пускай ты скоро забудешь меня, но знай, Брайан, я люблю тебя. Я никогда никого не любил так сильно…. - Крис смотрел вдаль, и сумбурно пытался выговорить все, что было у него на душе.

- Я не собираюсь забывать тебя, - ответил я. Он повернулся ко мне. Его глаза были похожи на звезды?… Может быть…. Но сияли они от слез.

- Я люблю тебя… - шепнул он, и я обнял его.

- Все пройдет, Крис, - проговорил я, стягивая резинку с его волос, и запуская пальцы в его волнистые локоны, - Все проходит.

- Боюсь, что эта та любовь, которая бывает только один раз… Всего один раз в жизни… И она не пройдет… просто так.

- Ну что мне сделать? - исступленно воскликнул я, отодвигаясь, чтобы увидеть его глаза, - Я же не могу ничего сделать! Как тебе помочь, скажи мне?... Я ведь не могу спокойно смотреть, как ты страдаешь! А если это - та самая любовь… то, что мне делать, Кристиан? Она ведь и моя тоже?...

Огромные зрачки, расширившиеся в темноте, неподвижно смотрели на меня. Он покачал головой.

- Ничего, - услышал я странно слабеющий голос Криса, - Ничего.

Я посмотрел наверх. Он тоже взглянул на небо, и шепнул:

- Может быть, когда я умру…

- Перестань говорить о смерти, - перебил я, строго глянув на него, но зря: в ответ я получил такой взгляд, что по телу прошла дрожь. Я подумал о том, что будет, если он решится на самоубийство. Я бы этого не вынес. Уж лучше переспать с ним, честное слово.

- …быть может, и я когда-то окажусь там, на небе… - закончил он.

- Ты не умрешь, ясно тебе? То есть, это произойдет очень нескоро! - вдруг не выдержал я, - Да и вообще. Ты мой ангел, Крис. А ангелы не умирают!

Я закрыл глаза и замолчал. В который раз я вспомнил, как его горячий язык вдруг оказался у меня во рту, как Крис кусал мои губы оттого, что просто поцелуя было мало - боль, неудовлетворенность разрывала на части его сердце. Я так хорошо понимал и переживал все его чувства, что мне самому становилось больно.

- Отбрось свой мрачный вид, мой милый Гамлет, - прошептал я, - И оком дружеским на Данию взгляни…

- Так создан мир, - отозвался Крис хриплым голосом. Он, наконец, отделился от моего плеча. Слез на его щеках не было. Глядя вниз с холма, мой друг что-то шептал. Я не расслышал, и приблизился к нему, чтобы поймать его слова.

Он читал стихотворение на незнакомом языке. Позже он рассказал мне, что это был Есенин, русский. Я очень удивился. Но тогда музыка этих слов, не несущих для меня смысла (ведь я их не понимал), показалась мне совершенной…

«Друг мой, друг мой… Я очень и очень болен.

Сам не знаю, откуда взялась эта боль…»

Мы пробыли там долго, а потом я отвез его домой, и, уходя, попросил дать мне обещание не делать глупостей. Я имел в виду все эти нелепые попытки самоубийства, весь этот бред.

- Знаешь, кто был на той фотографии? - спросил он.

- В смысле? На какой фотографии?

- У меня дома. Я сказал тебе, что она моя сестра.

- Да, вспомнил. А разве это не сестра? Такая красивая, на тебя похо…- я запнулся на полуслове, потому что вдруг понял, кто это был. Да и кто еще это мог быть, с такими синими глазами, с таким нежным взглядом?

- Да, - подтвердил Крис мою догадку, - Это был я. Как-то я проиграл сестре-шалунье в споре на желание… Вот она и поиздевалась надомной вдоволь. А на фото получилось очень даже… Я сам себя не узнал, - усмехнулся он, - Она еще в детстве наряжала меня в свои платья… Когда я вырос, то перестал разрешать ей это. Вот она и подловила момент.

- Странная у тебя сестра, - улыбнулся я.

- Я всегда был для нее живой куклой, - пожал он плечами.



Глава 5.


…В моей пустыне парят орлы. Особенно их много над пропастью. Иногда, если вдруг какой-то несчастный оступается, и падает вниз, орлы подхватывают его на лету, и на лету съедают. У них огромные когти… Не охотятся они только на тех, кто смело шагает по краю. Но я всегда помню о том, что ошибка будет стоить мне жизни…



Следующим утром мы увиделись в университете, и он был веселым весь день. Он просто не хотел портить мне настроение своей грустью, а я видел это так отчетливо, так ясно ощущал его любовь ко мне - даже скрытую маской дружелюбного равнодушия, - что мне становилось больно. Я видел, что ему плохо, хотя все остальные ничего не знали об этом, все остальные были слепы, как я раньше.

Вечером, когда я только вышел из душа, обмотанный полотенцем, в дверь дважды настойчиво позвонили. Я открыл, и увидел человека из службы доставки. Он назвал мое имя и передал мне то, что поразило меня и на время выбросило из этой реальности.

Это был букет черных роз, а среди цветов изящно выглядывала записка. «Надо же, что он придумал… Дарить мне цветы… Черные розы. Сумасшедший», и тут я испугался не на шутку - черный цвет означает смерть…

Я сразу же открыл записку, которая была написана от руки на листке, одна сторона которого была привычно белая, а другая - черная. В ней был сонет Шекспира, я узнал его с первых строк:


Зову я смерть. Мне видеть невтерпеж

Достоинство, что просит подаянья,

Над простотой глумящуюся ложь,

Ничтожество в роскошном одеянье,

И совершенству ложный приговор,

И девственность, поруганную грубо,

И неуместной почести позор,

И мощь в плену у немощи беззубой,

И прямоту, что глупостью слывет,

И глупость в маске мудреца, пророка,

И вдохновения зажатый рот,

И праведность на службе у порока.

Все мерзостно, что вижу я вокруг...

Но как тебя покинуть, милый друг!


Я остаюсь.

Твой навсегда, Кристиан.


Я опустился на диван со вздохом и горько усмехаясь. Понадобилось несколько минут, чтобы успокоить нервно бьющееся сердце. Поставив цветы в воду, я стал набирать его номер телефона.

- Привет, - сказал голос Криса в трубке.

- Привет, Крис… Спасибо за цветы. Спасибо, правда, спасибо, Кристиан.

- Я ответил на твою вчерашнюю просьбу? - спросил он.

- Да, конечно… - ответил я, вспомнив тему сонета, - Кристиан, может, ты хочешь, чтобы я приехал? Мне не трудно, мы прогуляемся, поболтаем. Или ты ко мне приезжай.

- Брайан, не надо, умоляю тебя, не надо… - ответил он и я понял, что он плачет. Конечно, он не хотел видеть меня. Видеть и не иметь возможности дотрагиваться, целовать… Это ужасная мука. Я его отлично понимал.

«Ну что мне сделать, - думал я, - чтобы забрать его боль? Будь я девушкой, я бы и минуты не вынес его слез, я бы приехал к нему, я бы… Но я ведь не девушка, да и он тоже. Что же мне делать, господи?»

- Крис, ну, пожалуйста, пожалуйста! - просил я, чувствуя бешено колотящееся сердце, - Не плачь, я не могу так… Мне больно.

- Мне тоже больно, Брайан, прости меня…

- Давай договоримся? Ты сейчас успокоишься, возьмешь себя в руки, слышишь? А завтра, мы весь вечер будем вместе, ты согласен?

- Да, хорошо, - сказал он, и я понял, что он даже не слушает меня, наверное.

Он положил трубку, а я представил себе, что он опять включает музыку и начинает плакать. Это было ужасно. А еще хуже было то, что это я во всем виноват. Я, который никогда не верил, что встречу такого друга - друга, которого у меня никогда не было… Но что я должен делать с его любовью?...

Я долго не мог найти себе места, и в конце концов опять набрал его номер.

- Привет, Крис. Это опять я. Просто хотел узнать, как у тебя дела.

- Нормально, Брайан, - он очень нежно произнес мое имя, у меня даже пробежали по спине мурашки, - Я думал о тебе. Я знал, что ты позвонишь…

- А что ты делал? - я подошел к кровати, и, подложив подушку, опустился на нее.

- Да так. Ничего особенного. Я последнее время ничего не могу делать, ты не выходишь у меня из головы. Да ты и сам знаешь.

- Я бы прогулялся где-нибудь… - вдруг проговорил я неуверенно, эта идея пришла спонтанно, - Не составишь мне компанию?

- Сегодня?!

- Да… Или… Хочешь… Я приеду? - спросил я негромко, словно мои слова были неприличны.

- Приезжай. Да, пожалуйста, Брайан… Пожалуйста. Я так этого хочу, - послышалось в трубке, - Я тебе сказал, что не надо, но… Не могу я без тебя… Приезжай пожалуйста!

- Договорились. Жди… - я повесил трубку, и стал одеваться. Почему я вообще предложил это? Почему он согласился? Несколько минут назад мы приняли прямо противоположное решение, а теперь я, переворачивая вещи в шкафу, нервно одеваюсь и все ради того, чтобы увидеть его сегодня, а не завтра. Так почему же? Я никак не мог этого понять. Просто я не хотел, чтобы он валялся на своей кровати в безжалостном одиночестве. Лучше уж я побуду рядом.

Он открыл мне дверь, улыбаясь.

- Привет, - сказал он, а потом слегка обнял меня и тут же отвернулся.

- У меня кое-что для тебя есть, - сказал я, и протянул ему огромный букет фиалок в плетенной корзине. Когда цветочница спросила меня, кому я собираюсь подарить это чудо, я почему-то не успел сориентироваться, что именно врать, и ответил правду:

- Это для друга. Он любит цветы.

Крис вдохнул их аромат, а потом поднял на меня глаза полные слез. Мне даже сделалось как-то нехорошо: я как будто должен был сказать ему что-нибудь еще, или хотя бы обнять, но я застыл на месте и не мог пошевелиться. Как будто мне что-то мешало.

- Спасибо, Брайан. Я люблю тебя.

- А я соскучился, - проговорил я тихо, - По тебе.

Меня пробрало так сильно, что я, наверное, вздрогнул. То, что я сам могу сказать ему что-то в этом роде, было так странно - я почувствовал, как у меня внутри все напряглось. Я боялся, что сам разрыдаюсь. Это была даже не грусть, а настоящее отчаяние.

Он сделал один шаг и обнял меня. Он опустил голову мне на плечо, а я мысленно умолял его не реветь. Меня мог подвести даже всхлип.

- Я там приготовил ванную… когда не знал, что ты придешь. Хочешь… нет, нет извини. Я не это имел в виду…

- Не это? Что? - я говорил каким-то сдавленным голосом, наверно от слез.

- Ничего. Я пойду, поставлю цветы в воду… - он повернулся к фиалкам и снова вдохнул их аромат. Я прошел за ним и понял, что он имел в виду - там везде горели свечи, а в полной ванне плавали лепестки роз.

- Красота… - сказал я, коснувшись пальцами воды. Она оказалась теплой.

- Хочешь? - спросил Кристиан, поднимая на меня невинные глаза, - Я подожду тебя. А потом поговорим, ты же останешься?

- Залезай. Поговорим здесь, - ответил я. Я видел, как дрогнули его пальцы.

Он быстро скинул с себя одежду и вошел в воду. Я сделал то же самое, потом добавил в воду капсулы для пены, взял немного фиалок, которые стояли тут же, и раскидал их сверху.

- У тебя глаза как фиалки, - сказал я.

- Спасибо, что пришел, Брайан…

- Я хотел тебя увидеть, - мы сидели напротив, и касались друг друга ногами.

- Я люблю полежать в теплой воде, - сказал он, - Это успокаивает нервы…

- И расслабляет, - добавил я, улыбнувшись.

Крис вспомнил о чем-то, и, высунувшись из воды, дотянулся до пульта от музыкального центра. Заиграла «In the Cold Light of the Morning» Placebo. Мы долго молчали, пока Крис не проговорил:

- Брайан, я безумно хочу поцеловать тебя.

- Ну, поцелуй… - ответил я.

Пусть поцелует, если ему от этого станет легче. Крис вряд ли ожидал такого ответа. Он медленно привстал и приблизился ко мне. У него была чистая нежная кожа, а синие глаза... они будто сияли в полутьме.

Он очень осторожно коснулся меня губами. Они были прохладны, как осенний дождь. Я почувствовал, как сильно колотится его сердце. Нужно было заканчивать это, потому что его губы начинали сводить меня с ума. Я брызнул на него водой. Он ответил тем же. Мы плескались как дети, все в белой ароматной мыльной пене и в тот момент мы оба были счастливы.

- Брайан, я обожаю тебя! - смеялся он. Я разыгрался так, что начал в шутку топить его, утаскивая за плечи под воду. Крис сопротивлялся, кусаясь и царапаясь и в то же время звонко смеясь. Он был таким красивым и таким женственным, что на мгновение мне показалось, что я играю с девушкой…

- Пусти! - смеялся он, вырываясь. Я дал ему вырваться, а потом опять схватил его руки и завел за спину.

- Попался, - сказал я. Крис попытался освободиться, но не смог - я потерял равновесие и упал на него, придавив своим весом. Он ушел под воду, но я тут же вытащил его, испуганно заглядывая в глаза. Мы были так близко, мы практически соприкасались телами…

Крис вывернулся, пытаясь сбежать, но я опять схватил его и прижал к себе. Его бедро коснулось моего, и я вдруг понял, что мы оба возбуждены. Я собирался отпустить его, но вместо этого только сильнее прижимал к себе. Я не видел его глаз, мы застыли в какой-то нелепой позе, полу-объятия полу-борьбы. Он освободил руку и обнял меня за шею, а потом прижался так, что наши тела соприкоснулись. Я устало опустил голову на его плечо.

В мое бедро упиралась его возбужденная плоть, я слышал дыхание Криса, который боялся двинуться, чтобы не нарушить внезапную гармонию, установившуюся между нами.

Он опустил вторую руку вниз по моей спине, и мне захотелось, чтобы он взял в руку мой член и…

Я понимал, что пора прекратить все это, но я не мог ничего сделать. Его рука медленно ползла по моему бедру…

Его напряженное дыхание возбуждало меня еще сильнее. Еще чуть-чуть, и мне уже будет все равно. Крис едва заметно шевельнулся, задев меня, от чего я вздрогнул. Рука была уже в сантиметре от цели, когда я отстранился, открывая глаза и поднимаясь. Крис смотрел на меня снизу, как обиженный ребенок. Я выбрался из ванны, и, заворачиваясь в полотенце, пробормотал:

- Идем, вода уже остыла. Нельзя сидеть в холодной воде…

Одевшись, я вышел на балкон покурить и привести мысли в порядок. Все-таки, подумал я, это черт знает что. Нужно быть осторожнее… Там, в воде, я даже не знаю, что на меня нашло: опять непонятное возбуждение от игры, от его близости. Еще чуть-чуть, и я бы его трахнул. Уже второй раз!

Кристиан позвал меня смотреть телевизор и я, сделав еще пару затяжек, пошел. Мы сидели рядом на диване, пили вино, Крис иногда поднимал на меня взгляд, и там, в его глазах я видел что-то совсем нежное, совсем еще детское и легкое… Потом этот взгляд темнел и наружу выплывала какая-то томность. Тогда он окончательно становился похожим на девушку, немного обиженную, но все же довольную тем, что я рядом. Боже! Иногда это невыносимо!

Крис нашел по какому-то каналу мелодраму «Красотка», не знаю почему, но это один из немногих фильмов, где игра Джулии Робертс мне на самом деле нравится. Так нежно и лирически она доказывает, что любовь возможна даже в такой безнадежной ситуации, в которой оказались главные герои. Ричард Гир в этом фильме тоже потрясающ. И хотя отношения их героев очень странные - симпатия, секс, дружба, - в конце они понимают, что уже не могут друг без друга. Любовь, черт возьми!

Я заметил, как Крис посматривает на меня на протяжении всего фильма. Я понимал, что он хочет сказать этим взглядом: «Посмотри, посмотри на них, и мы с тобой тоже можем быть счастливы… Как бы мы были счастливы…»

Под конец мне неожиданно захотелось забиться в какую-нибудь глубокую нору и никогда не вылезать оттуда. Вдруг пришло понимание, что вернуться к нашей прошлой жизни уже невозможно. Как мы ни старались, ничего не выходило, мы были по разные стороны баррикад, и только в какие-то короткие моменты, когда, забываясь, мы вели себя так же как раньше, без этого странного ощущения тревоги в груди - только в эти моменты мы становились друзьями, какими были до этого.

Под конец фильма у меня закрывались глаза, я уже полулежал, облокотившись на плечо Криса, который перебирал (якобы равнодушно, чтобы чем-то занять руки) мои волосы, а на самом деле, он из-за всех сил стараясь не подавать виду, гладил меня, касался пальцами шеи, плеч, головы, иногда - щеки… Когда фильм закончился, я стал вяло переключать каналы, чувствуя что он опять что-то скажет, и скажет то, что прервет этот тянущийся миг иллюзорной дружбы. Но он молчал. А мне слышались его слова, те которые он иногда шептал во сне или говорил со слезами в глазах или писал мне на открытках… Боже, как глупо, как глупо!... «Я люблю тебя, Брайан, мне ничего от тебя не нужно. Если ты будешь рядом со мной - я буду счастлив. Мне хорошо оттого, что ты есть…» Да, да, эти слова раздавались у меня в голове, так словно Крис говорил их мне. Но он молчал. Просто касался меня и молчал, а я все переключал каналы. Я уже забыл, зачем я это делаю и что я вообще делаю, потому что я ждал, что он скажет что-то, но он молчал. Он временами казался мне девушкой, самой настоящей девушкой, которую отчего-то заключили в мужскую плоть. И тогда я действительно чувствовал к нему нежность… Острую нежность и жажду того тепла, которое мог мне дать только Крис…

Он вдруг осторожно обнял меня. Я опустил пульт, остановившись на каком-то канале. Не знаю, на каком - я закрыл глаза. Я чувствовал, как по телу пробегает волна сладкой дрожи от этой близости. И если закрыть глаза, то мы - на берегу. Лежим на песке, и ничто не трогает нас.

Я подумал, каково ему сейчас - с растерзанным сердцем, и изодранной в клочья душой? Что я могу для него теперь сделать?... Что я могу сделать для мальчика, который плачет и просит «только люби меня»? Что?... Мое сердце застучало быстрее. Что мне сделать?!... И самое главное - я знал, что по его лицу сейчас катятся слезы, виною которых был я.

Что я мог сделать? Единственное, что пришло мне в голову - это успокоить его. Хотя бы как-то. Ведь он хочет меня до безумия. Хочет меня… А что бы я делал на его месте? Я бы, наверное, сорвал с него одежду и стал целовать, целовать, целовать… Хотя как он с меня одежду сорвет? Пару раз я ему за подобные выходки уже врезал. И вот сейчас - он обнимает меня, а я не шевелюсь. Не могу его оттолкнуть, не могу, не получается. Не могу я оттолкнуть человека которого люблю… Как друга. А может быть, как брата.

- Брайан, - услышал я горячий шепот. Он почти касался губами моего уха.

- Кристи… я сейчас с ума сойду… - прошептал я, поворачиваясь к нему, - Поцелуй меня,… делай что хочешь… - проговорил я, и хотел добавить «только не плачь», но Крис вдруг прижался губами к моему рту, не дав мне договорить… Несколько секунд - я словно опустился под воду: ничего не видел и не слышал. Я хотел сесть удобнее, повернуться к нему, но, почувствовав мое движение, Крис отпрянул. Видно испугался, что я его ударю. Это неприятно задело меня, и, приподнявшись, я, уложив его на спину, наклонился к лицу. Мне вдруг безумно захотелось поверить в чудо. В то, что я могу любить его… У меня перехватило дыхание… Он лежал подо мной, совершенно расслабленный. Я мог, если бы захотел, стащить с него брюки, и войти в него. Я почувствовал, как мой член твердеет. Я мог бы взять Кристиана, его тело, я мог бы разорвать на нем одежду, впиться в его плоть, как ястреб… Господи, что за мысли?... Я мог бы просто трахнуть его, вот и все. Я мог бы заняться с ним сексом… Или даже… любовью?

Я понимал, что не могу долго смотреть на него, ничего не делая, и лег рядом на спину. Тогда Крис потянулся к моим губам, а я не смог сопротивляться… Мы целовались, он опирался на локти, не касаясь меня грудью, а мне, наоборот, вдруг захотелось прижать его к себе, как можно крепче… Я был очень возбужден. Наверное, я плохо соображал, что происходит. В тот момент я не спрашивал себя: «Что ты делаешь, Брайан?»

Мой друг дотронулся через джинсы до моего члена. Я был возбужден, и его прикосновение доставило мне удовольствие. Мне захотелось, чтобы он расстегнул ширинку и сжал мою плоть в руке. Мне так сильно этого хотелось, что я, потеряв рассудок, сам расстегнул пуговицу на своих штанах, не открывая глаз, не отрывая губ от его губ. Кристиан, видимо, проследил за моей рукой, потому что его пальцы тут же коснулись моего живота и скользнули под брюки. А через мгновение уже обхватили мой член, осторожно сжимая его.

Мне показалось, а может быть, я действительно услышал его удивленный вздох. Я открыл глаза и увидел: он смотрит вниз, на мой член, который вдруг показался мне еще больше чем обычно - он и раньше не был маленьким, но сейчас, прости господи, он был просто огромным.

Крис смотрел на него, а мне вдруг представилось, как он берет его в рот. Рука так настойчиво ласкала меня, что я легко представлял себе подобные картины без отвращения: желание пересилило нравственность. Мне стало все равно, какого он пола. Мне только хотелось увидеть, как мой член исчезает у него во рту.

Крис оторвал руку от основания и, облизнув, вернул обратно. Я едва не застонал. Теперь его прикосновения стали влажными, что заводило меня еще больше. Я не стерпел, и прошептал пересохшими губами:

- Я хочу, чтобы ты… - я не знал, как именно это сказать: «взял у меня в рот» звучит грубо, «сделал мне минет» - мне даже в голову не пришло, уж очень официально, «дотронулся губами» - чересчур высокопарно, «отсосал» - вообще мерзко… - Я хочу, чтобы ты поцеловал… - прошептал я. Крис издал легкий стон - он все это время, не отрываясь, смотрел туда, вниз. Он тут же наклонился и коснулся языком головки. Я напрягся, чтобы не застонать.

- Такой большой, - выговорил он тихо, а потом открыл рот, и…

- А-а-а… Господи… - выдохнул я, - Да… Глубже…

Крис принялся посасывать мой член, а я смотрел, смотрел на его губы ездящие туда-сюда. Вверх-вниз…

- Глубже, глубже, - шептал я, прижимая к себе его затылок.

Я вдруг заметил, что в комнате до сих пор работает телевизор, и мир, в общем-то, не изменился. Но Крис тут же вернул меня обратно, совершив глотательное движение горлом.

- Ах… - вырвалось у меня. Крис то задерживался на головке, то съезжал вниз… Мне вдруг пришло в голову, что он делает это в первый раз. Впрочем, как и я, во всяком случае, мне не доводилось раньше терпеть мужских ласк.

Он на мгновение оторвался от меня и стал целовать бедро и живот. Я тронул пальцами его волосы, а другой рукой, взяв член, направил к его губам. Крис тут же открыл рот, и я опять не удержался от стона. С этой минуты я уже не думал ни о чем кроме своего неуемного желания. Сердце колотилось, у меня периодически возникало желание перейти к более активным действиям и войти в… партнершу, но я тут же вспоминал, что Кристиан - не девушка, а мой друг, который, несмотря на все мои предосторожности, сосет мой член, а я постанываю и шепчу: «хорошо… как хорошо!». Я ощутил, что мышцы начинают напрягаться. Я сейчас кончу. Кончу, кончу ему в рот!

- Крис, я кончаю, - шепнул я, пытаясь отодвинуться от него, но он только усилил движения, и я вдруг дернулся всем телом. Крис продолжал движение, на ходу глотая мою сперму. Потом он приподнялся и посмотрел на меня. Я одним движением прижал его к груди и провалился в сон.

Проснувшись утром, я обнаружил Кристиана в своих объятьях. События вчерашнего вечера вдруг хлынули потоком в мою голову, вызвав во мне негодование в первую очередь на себя. Ну, стоило так напиваться?!

Я тихо оделся и, чиркнув записку, вышел из его квартиры.

«Не помню, что вчера было. Надеюсь, мы не будем это обсуждать. Вечером позвоню».


Глава 6.


…Я поднял глаза на солнце, и вдруг почувствовал, что проваливаюсь вниз…

Ее не было рядом - тень, всегда сопровождавшая меня в этом путешествии, исчезла. Холод и опаляющий жар солнца внезапно сделали мое тело тяжелым, и я заскользил вниз.

...Надежда, что все можно исправить, заставила меня схватится за край пропасти. Но тени сопровождающей меня не было рядом, и сколько я не молил о помощи Кристиан не приходил.

Я остался висеть, зацепившись пальцами за край. Сколько я так выдержу?...

...Я жду, но никто не приходит. Иногда мне кажется, что мне осталось совсем немного. Неужели Кристиан специально бросил меня здесь?... Если он не вернется, я погибну. Солнце обжигает меня, а холодный ветер сковывает…


Спустя неделю мы вновь были там, на «таинственном холме», с которого виднелся весь город. Снова потеплело, и не было никакого ветра. Вот уже час мы сидели на траве - я болтал о чем-то, а Крис прилег мне на колени.

Было прохладно, а свежий воздух будто очищал и мою душу.

- …Я тогда еще был совсем ребенком, - говорил я, а Крис держал мою руку в своей, и лежал, закрыв глаза, - И эта старая дура мне говорит…

Я оборвал фразу, потому, что в кармане завибрировал мобильник. Я посмотрел на номер: Аманда. Черт и зачем я дал ей свой номер? Мы с ней, в последнее время, стали слишком часто видится - общие дела, связи друзья.... Да и в университете у нас больше совместных пар, чем у меня с Кристианом, так что как-то само собой получилось, что она стала постоянно вытягивать меня и Кристиана на разные тусовки и мероприятия. Подозреваю, что только для поднятия собственного имиджа - Критсиан был признан самым красивым парнем студенческого городка, а я к собственному удивлению занял следующее за ним место.

Так что Аманда никогда не упускала случая показаться на людях в нашей компании. Или скорее только в моей. Между ними словно кошка пробежала. Но как бы то ни было я продолжал с ней общаться, хотя постепенно начинал понимать, что этого делать не стоит - моему Кристиану это не нравилось.

- Извини, я сейчас, - сказал я Крису, поднимаясь. Он смотрел на меня, не отрываясь, и я отвернулся, чтобы не видеть этой мольбы в глазах, от которой мне становилось плохо.

- Эй, приветик, красавчик! - защебетала Аманда, - Где это ты? Почему тебя нет в «Мистике»? Пора бы уже!...

- Нет, мы сегодня не собирались…

- Кто это - мы? - разочарованно поинтересовалась она, но потом вздохнула, - Ах, это ты и твой милый дружок Кристиан?

- Дорогая, у меня мало времени, - ответил я довольно грубо: Аманда меня раздражала.

- Срочно приезжай. Я тебя кое с кем познакомлю!...

- Аманда! Но я тебе еще раз говорю: я не приеду!...

- Не подтверждай слухи, которые уже ходят, - с тенью угрозы в голосе сказала она, но потом сразу же переменилась, - Приезжай скорее!... Ты же хочешь познакомиться с той девушкой?!!!

- С какой?

- Той, с которой ты глаз не сводил на прошлом концерте в «Мистике»! Та сумасшедшая гитаристка из группы «Холод гор».

- Сейчас?...

- Ох, какой же ты!... Ну, можно часа через два!... Но это - максимум!

- Хорошо. Договорились. Через два я буду, - ответил я, пересилив себя.

- Один! Не бери с собой Кристиана!

- Почему?...

- Потому, что весь университет говорит, что вы голубые! - зло ответила она.

- Брось. Это глупости! Это - неправда!

- Ну, да… Вот и я о том же. Давай, опровергни слухи, явись к нам один. Она ждет!

- Аманда… Я не знаю…

- Все. Конец разговора! - сказала она и повесила трубку.

Мне стало как-то противно оттого, что она мне наговорила. Я стоял и чувствовал, что меня едва ли не облили грязью, но еще хуже было то, что я согласился быть там. Предатель.

- Кто это был? - спросил Крис.

- Да, так… Ничего особенного… - я вернулся на прежнее место, но он не ложился ко мне на колени, а тревожно вглядывался в огни города. Мне хотелось, чтобы он успокоился и снова лег, и снова взял меня за руку, потому, что я нервничал.

- О чем я говорил?

- Я не помню, - ответил мой друг холодно.

- Что с тобой такое?

- Со мной? - удивился он, - Все нормально, - он потянулся и снова лег, а я сам взял его за руку и вздохнул.

Пойти или нет?

Если нет - то не надо будет врать Крису, можно будет позвать его к себе, да и вообще развеселить чем-нибудь, и свою грусть хоть ненадолго унять.

Если да - то я увижу эту сумасшедшую блондинку, поправлю свою репутацию, и получу, возможно, удовольствие?...

Я закрыл глаза. После той ночи между мной и Крисом ничего не было, я не решался заговорить об этом, а мой друг молча страдал. Но я не мог...

Я поймал ему такси, сказав, что тоже поеду домой, но машина повезла меня в «Мистику».

Аманда мне обрадовалась, и взяв за руку, повела в глубь помещения. Там за столиком сидели некоторые знакомые девчонки и эта блондинка. Ее звали Эльф - все музыканты в нашем клубе жили под псевдонимами и странными прозвищами.

Эльфийская дива была одета в черное платье с вышитыми на нем золотой нитью звездами.

- Приятно познакомиться, - сказала она, улыбнувшись. Она была красивой, ее волосы были разделены на три косы, и каждая была украшена черной лентой с золотыми рунными надписями, эта странная прическа придавала ей еще больше обаяния.

- Брайан, мы тут говорили об их музыке, - вклинилась Аманда, - Скажи, какая у тебя любимая песня?...

Я задумался. У них было полно интересных песен, но они были просты, а мотивы, к сожалению, приклеивались намертво. Я назвал одну песню наугад, и мой ответ вызвал всеобщее одобрение. Девушки, среди которых я сидел, бросали на меня долгие взгляды. Я успевал только ловить их, усмехаясь про себя тому, что я «самый сладкий», как в песне Странника, и все меня хотят - и девушки и парни…

Но Эльф видимо уже выкупила мою душу у остальных, и только ждала того, что я позову ее прогуляться на свежем воздухе. Правда не торопился.

Я заказал себе виски и довольно быстро повеселел. Курил, откинувшись на спинку стула, иногда презрительно - не знаю, почему? - глядя на Аманду. Она же считала мои взгляды естественным интересом, к ней, такой милой и прекрасной.

Девушки смеялись над чем-то, болтали между собой и задавали мне разные вопросы, на которые я, отвечал между затяжками и разговором с Эльфом, которая очень нежно улыбалась мне, показывая ровные белые зубки.

Позднее Аманда начала раздражать меня, разговорами о Кристиане и о моих с ним отношениях. Подбираясь издалека, неприятными вопросами, она трепала мне нервы.

- Весь университет думает, что вы любовники… - усмехнувшись, наконец, проговорила она.

- Пусть университет засунет свои мысли себе в задницу, - ответил я, и она отстала.

Так прошло не меньше часа, и в какой-то момент мне стало не по себе. Ощущение беды начало захватывать все мои мысли, я даже не мог поддерживать разговор на должном уровне.

Я почему-то все время оборачивался к танцующим, пробегал глазами по людям, пробирающимся в толпе, куря одну сигарету за другой, и заказывая очередной виски.

Девушки уже начали задавать мне вопросы, а Аманда сидела с усмешкой и тоже курила.

Пик беспокойства пришелся на тот момент, когда заиграла медленная музыка, совсем не клубная, и ди-джей сказал, что это единственная заказанная на сегодня песня. Это была «Hello», Evanescence, - не то, чтобы я не любил ее, наоборот, но она заставила меня нервничать.

Я обернулся к толпе, которая парочками топталась на танцполе, или просто стояла, говоря о чем-то, и стал вглядываться в лица людей.

…И вдруг, сквозь толпу я увидел глаза, которые были устремлены на меня. Они были неподвижны, они были пронзительны, они кричали болью, как и эта песня, и у меня затрепетало сердце. А синий бархат мелькал за спинами танцующих…

Я поднялся, и глаза тут же исчезли, словно их там и не было, и я стал убеждать себя, что мне показалось.

- Брайан, что случилось? - спросила Эльф, и я вынужден был сесть назад.

Во мне боролись разум и чувства, а сердце билось с тоской и болью.

- Спасибо вам за компанию, - сказал, - Но мне, пожалуй, пора.

- Ты не останешься? - спросила Аманда.

- Нет, прости, но мне, правда, нужно уходить.

- Что, увидел что-нибудь «не то»? - насмешливо спросила она, - Я бы посоветовала тебе держаться от некоторых парней подальше... Мало ли, чего они от тебя хотят…

- Но, Брайан, - возмутилась Эльф, и я не успел ответить Аманде.

- Извини…

- Почему ты не можешь остаться?

- Мне… нужно срочно уйти, - я поцеловал Эльфа в щеку и помахав остальным рукой, стал выбираться из клуба.

Я знал куда иду, хотя в голове были одни догадки, и, поискав глазами у входа, я стал ловить такси.

Я позвонил три раза и толкнул дверь.

Она открылась, и я раздраженно и громко сказал:

- Когда ты научишься запирать двери?!

Было совершенно тихо, и я даже слышал, как в коридоре тикают часы. У меня перед глазами все плыло, потому что я выпил чересчур много спиртного. Кроме того, было уже поздно, и усталость брала свое.

Я вошел в спальню, но там никого не было, и сняв с себя куртку и майку, - мне было жарко и противно от того, что к моей коже прикасалась ткань, - я пошел искать его.

Крис стоял в темном зале, и смотрел в окно. На нем была одета открытая черная майка без рукавов, и модные голубые джинсы «на бедрах». В руке была сигарета - это означало, что он нервничает.

А когда я окликнул его, он не обернулся, продолжая курить.

- Крис, ну что с тобой? - Он все так же стоял ко мне спиной, не оборачиваясь. Теперь я точно знал, что это он был в клубе.

- Крис! - я обнял его сзади за плечи, а он стоял, не двигаясь, - Эй, Кристи, - шепнул я, и, увидев перед глазами его открытую шею, нежно укусил ее. Крис вздрогнул, и я почувствовал, как напряглись его мускулы. Он все так же молчал, а в опущенной руке тлела сигарета.

- Ох, попью я сейчас чьей-то кровушки… - прошипел я кровожадным голосом, снова цапнув его за шею. Мне вдруг захотелось сделать для него что-то приятное, а по телу пробежала сладковатая дрожь. Я положил руки на его талию.

- Почему ты молчишь? Ты обиделся? - обратился я к его затылку, забирая у него сигарету, затягиваясь, а потом туша в переполненной пепельнице.

- Брайан, - сказал он каким-то сдавленным голосом, - Оставь меня в покое… Мне плохо…

- От чего?

- От… Зачем ты пришел? Мог бы и дальше сидеть там с Амандой и ее подружками, - ответил он, - Да ты еще и соврал мне…

- Крис, прости… я никогда больше не буду этого делать… Я просто идиот, - говорил я, положив подбородок на его плечо, - Я никогда больше не буду лгать… Можешь даже ударить меня - вранье это самое низкое дело…

- Все равно… Какая разница?... Ладно, ты пришел, чтобы извиниться… Но теперь - иди. Иди к ним или к себе домой, уходи отсюда, Брайан… - говорил он, дрожа всем телом.

- Ты, правда, этого хочешь? - спросил я, забираясь рукой под его майку. Я понимал, что я сволочь, и что я его мучаю, но ничего с собой сделать не мог. Я скользил ладонью по его нежной коже, кончиками пальцев улавливая его напряжение, а он стоял, почти не дыша. Теперь он уже не мог прогнать меня…

- Ты издеваешься?... - спросил он вдруг, с болезненной яростью в голосе, - Ты же знаешь, как я к тебе отношусь! Зачем ты дразнишь меня?! Я хочу тебя, понимаешь?! Я не могу держать себя в руках, когда ты рядом!... Ты издеваешься над моими чувствами!

- Чтобы я больше об это не слышал, - сказал я, резко разворачивая его к себе лицом. Он посмотрел мне в глаза, так, словно говорил что-то непристойное, а потом опустил взгляд, и по щеке скатилась слеза.

«Черт, я просто кретин, - думал я тогда, - И я действительно издеваюсь над ним. Но… Я все равно не уйду отсюда. Я все равно останусь с ним до завтра. И не хочу я с ним ссориться… Уж лучше я трахну его, чем потеряю… Да. Я его трахну. Может быть, я даже хочу его трахнуть….».

- Давай потанцуем, Крис? - спросил я, проводя рукой по его волосам, - Не злись. Аманда, и, правда, дура. И все они вмести взятые. У тебя есть этот диск?

- Он там, на полке, - ответил Крис, и я пошел искать Evanescence.

- Я так испугался, когда увидел тебя, - улыбнулся я, ставя «My immortal» и нажимая кнопку «play», - Иди сюда, потанцуй со мной.

Он поднял на меня глаза:

- Ты серьезно, что ли? - его губы, наконец, тронула улыбка.

- Конечно! Идем!...

Он приблизился ко мне, не веря, что я, и, правда, собираюсь это делать.

- Положи мне руки на плечи. Давай, Крис…

Он обнял меня, с дрожью касаясь моих голых плеч.

- Нет, подожди, не так, - я нашел пальцами край ткани, и стянул с него майку, - Вот так гораздо лучше…

- Ты пьяный, Брайан, - весь, дрожа, говорил он, когда я прижал его к себе. Нежная бархатистая кожа коснулась моей груди, и у меня появилось ощущение какого-то трепета во всем теле. Мы переступали с ноги на ногу, топчась на месте, вслушиваясь в музыку…

Я вдруг увидел нас, будто со стороны: темная комната, открытое окно, в которое дует прохладный ветерок и заглядывают ветки деревьев, музыка, проникающая в самое сердце, на самое дно самой глубокой бездны… И два парня, обнимающих друг друга в странном танце, в странном экстазе, прижавшись друг к другу, сплетают пальцы рук…

Я потрогал рукой его темные локоны, осторожно коснулся пальцами щеки.

- Я думал ты уже не придешь… - сказал он, гладя рукой мою голую спину, стискивая меня в объятьях, а я пытался вести его. Он смотрел мне прямо в глаза. Я вслушивался в слова песни, которые мне хотелось сказать ему:

«Когда ты плачешь, я стираю твои слезы, когда ты кричишь, я гоню твои страхи прочь, я держу твою руку все это время, ведь у тебя все еще есть я».

- Она глупая, - проговорил я, - Глупая и беспечная дура.

Его пальцы впились в мою спину, и снова по телу пробежала волна странного приятного чувства. «Но теперь я связан жизнью, которую ты определил, твое лицо преследует меня как приятные мечты, твой голос - он прогнал все правильное во мне»…

- Тебе нравится? - спросил я, снова проводя рукой по его волосам и спине, - Нравится танцевать со мной?

- Да… Брайан…Я люблю тебя… - его тихий голос дрожал, - Я твой, слышишь? Я твой.

«Эти раны так не скоро заживут… - пел голос, - Эта боль так реальна…»

- Да, я слышу, - я прижал его к себе, и словно сквозь кожу почувствовал биение его сердца.

Он поднял на меня синие глаза. Сейчас его кожа казалась совсем белой, а губы, которые он кусал и облизывал, наоборот выделялись своей яркостью. Они были красиво и ровно очерчены, и я любовался Крисом, наслаждался его красотой.

Его глаза говорили: «Поцелуй меня. Пожалуйста, поцелуй меня!»…

Я хотел отвернуться, но не мог. Он разговаривал со мной взглядом, и мне и вправду казалось, что я слышу его голос: «Поцелуй меня, Брайан, сделай это, один раз, всего один раз, ты ведь уже целовал меня, так сделай это снова, сделай меня счастливым на мгновение, пожалуйста, Брайан!»

- Пожалуйста… - прошептал он, пронзая меня взглядом.

Я вздохнул и закрыл глаза.

Крис нежно прикоснулся языком к моим закрытым губам, умоляя пустить его внутрь.

…И вдруг музыка стала болью - и как в тот момент в клубе, у меня сжалось сердце, я ощутил одиночество и опустошенность, которая так сильно сдавила горло, что я поспешно раскрыл губы, и Крис жадно впился в них, наполняя всего меня трепетом и нежностью.

Я почувствовал приятный вкус никотина, смешанного с алкоголем… Мои пальцы гладили и перебирали его волосы… Я оторвался от его губ и стал целовать в шею, тяжело дыша, и чувствуя какое-то сумасшедшее возбуждение от его молодого и крепкого тела. Я представил себе, что могу сделать с ним - он ведь позволит! - и меня пробрала дрожь.

Потом я отвернулся, понимая, что и так уже перешел все границы…

Поющий голос заплакал, произнося какие-то междометия…

А Крис вцепился в мои плечи, обнимая меня.

- Брайан!… Брайан, я… - шептал он сквозь слезы, - Я так люблю тебя!...

- Успокойся, пожалуйста… Пойдём спать, а то я совсем уже на ногах не держусь, - ответил я, мягко высвобождаясь из его объятий.

Я шел по коридору в спальню, а он тихо следовал за мной.

В какой-то момент я почувствовал, как он кладет мне руки на талию. И вдруг, с силой, которой я от него никогда не ожидал, он прижал меня лицом к стене, быстро и грубо расстегивая мои джинсы, гладя руками живот и грудь. Одна его рука залезла прямо мне в штаны.

Ну, вот, подумал я. Как и предполагалось, есть еще один выход - изнасиловать меня.

- Крис, попробуй только! - угрожающе прорычал я в стену, но вдруг почувствовал, что проваливаюсь в бездну кайфа, и весь дрожу от его прикосновений…

- Я убью тебя, - слабо шептал я, упираясь руками в стенку, и почувствовал вполне болезненный укус в шею…

- Крис! - собрав последние силы, крикнул я, и, развернувшись, повалил его на пол…

Я помню, что со страстью прижался к его губам, целуя его в сумасшедшем экстазе. Мне хотелось, чтобы он хоть раз почувствовал себя счастливым, и я тискал его и целовал, там, на полу… Я не позволял его рукам дотрагиваться до меня, держа его за запястья, так чтобы он не мог вырваться. В тот момент, мне показалось - еще минута, и я…

Да, мне захотелось сделать это. Прямо там. На полу.

- Брайан, - простонал он, и я отпустил его руки, которые тут же впились в мою спину.

- Крис… все, хватит, - прошептал я, пытаясь оторваться от него, - Давай остановимся…

- Нет, пожалуйста!... - он вцепился в меня еще крепче, он был так возбужден, что уже не владел собой. Я приподнялся над ним, глядя в глаза.

- Кристиан, прошу тебя, - проговорил я, а он вдруг провел рукой по своей груди, вниз, медленно, и развратно, словно звезда порно… Я увидел, как под кожей напряглись мускулы. Его пальцы коснулись грубой, по сравнению с его кожей ткани джинс, замерли… и скользнули внутрь.

Я почувствовал жар, прокатившийся по всему телу, и не мог оторвать от него взгляда.

- Брайан… - мурлыкнул он, а глаза сверкали диким огнем, - Всего один раз?...

У меня бешено забилось сердце.

- Крис, прошу тебя, не надо… - я поднялся и побрел к кровати, опираясь о стены. Я снял джинсы и лег, плотно укрывшись одеялом, весь, дрожа, потому, что Крис вдруг показал мне то, чего я больше всего боялся: что-то такое, что может свести с ума, что не даст возможности обдумать следующий шаг. Меня это возбуждало.

Он пришел следом. Он пришел, и долго не ложился. Я лежал к нему спиной, а обернуться, чтобы посмотреть, чем он занимается, не было сил - я боялся, что не смогу сопротивляться…

Потом он опустился на кровать, приподнял одеяло, …и коснулся пальцами моей поясницы. Я сжал руки в кулаки, и хотел прошептать «прекрати», но почему-то заворожено молчал. Крис провел рукой по моей спине и придвинулся ближе, почти вплотную. Его член прижался к моей спине. Не знаю, что это было за чувство. Вроде шока. Мне захотелось отодвинуться, но я остался на месте. Что-то удерживало меня. Его рука коснулась моего плеча…

Мы оба молчали, он гладил меня. Я успокаивал себя, но чувствовал, что возбуждение растет… В какой-то момент я не выдержал и обернулся к нему… Он лежал с такой странной улыбкой, что я оцепенел и не мог двигаться. Лунный свет из окна сделал его кожу полупрозрачной, а синие глаза - глубокими ночными озерами, в которых можно утонуть. Одеяло закрывало его по пояс…

- Крис, - пробормотал я, - Кристиан…

Его взгляд говорил: «Я хочу тебя».

Я скользнул рукой по его коже и с силой сдернул с него одеяло…

Он провел рукой по моим волосам, а потом приподнялся и поцеловал меня. Он осторожно коснулся моих губ, и я почему-то ответил на его поцелуй. Я знал, что должен был теперь оттолкнуть его, сказать «хватит», но я почему-то целовал его в губы, не отрываясь…

Это все алкоголь - кричали мои мысли, когда я прижимал его к себе. Но даже если так, то в тот момент мне стало так хорошо, что я не знал, что теперь делать: отвернуться или принять его в свои объятия и никогда больше не отпускать. Боже, как мне захотелось быть с ним! Как мне захотелось тогда сделать его своей жизнью - навсегда, и пусть только смерть разлучит нас!...

- Я никогда не уйду от тебя, - прошептал он, а у меня сжалось сердце, потому, что он будто бы ответил на мои мысли. Я отнял от него губы, и посмотрел в глаза. Вот парень, который последний месяц только и делает, что соблазняет меня. Он домогается близости, он просит ее, он требует…

Я наклонился и поцеловал его в шею… Потом я лег на него, и почувствовал, как я сильно устал от всей этой беготни, от всех этих недомолвок. Я устал от своей собственной слабости. От того, что никак не могу взять себя в руки и решить все раз и навсегда.

Он лежал подо мной. Мой друг, мой парень… Ведь это так? Кристиан давно уже стал моим парнем…

- Я тоже, - сказал я. Я чувствовал, как его руки осторожно снимают с меня трусы… Я слез с него, растягиваясь по постели, - Кристиан, иди сюда…

Крис снова впился в мои губы.

Переспать с ним?... Господи, он голый, он лежит рядом, у него такое тело, что у меня уже давно стоит. Алкоголь… зачем я столько пил?!... Я хочу его! Хочу, как хотел тогда, в ту ночь, которую пытаюсь забыть все это время...

Я пытался зацепиться за какой-нибудь факт, чтобы почувствовать отвращение к тому, что я делаю, но вместо отвращения, я возбуждался. Он стал целовать мою грудь, и я уже не мог думать о том, что будет завтра. Пусть. Пусть сегодня.

- Кристи… - прошептал я. Он стал опускаться с поцелуями ниже, и, наконец, я почувствовал, как его губы коснулись моего стоящего члена. Ну, все… Он опять это сделает, я опять позволю ему это сделать…

- О, Господи, Кристиан!... - прошептал я, и у меня перехватило дыхание. Его губы сводили с ума. Я помню, что шептал ему что-то, стонал и хватал его за руки. Я почти терял сознание от возбуждения…

В какой-то момент, Крис оторвался от меня и прошептал в ухо громко: «трахни меня». Эта фраза возбудила меня до безумия. Я впился в его губы, а потом перевернул на живот, нащупывая на его теле маленькую дырочку. От предвкушения, что я сейчас окажусь внутри, у меня заныло все тело. Крис оттопырил попку, которая не так уж отличалась от женской, может, не такая круглая и мягкая, но, стиснув его ягодицу я понял, что все не так уж плохо. Единственное - не было смазки. Я не знал, как я войду в него просто так, ему ведь будет больно.

- Давай, Брайан, прошу тебя, - застонал он. Я ткнулся членом в маленькое отверстие. Он не входил. Крис облизал свою ладонь и схватил в руку мой член, направляя его. Ничего не получалось, он был слишком большой. Кристиан вдруг вскрикнул от боли, и я остановился.

- Не могу, - сказал я ему, отодвигаясь, - Видно, не судьба.

- Подожди, Брайан! - метнулся ко мне друг, но я уже слез с кровати. Нужно быстрее в душ. Там я смогу снять напряжение, которое отдается болью с каждым вздохом.

Не слушая, я влетел в душевую, и открыв воду, стал водить пальцами по стволу члена. Я опирался рукой о стенку душа, и дрочил. Скрип двери я не услышал - Крис распахнул створку кабинки и прижался ко мне. Деваться было некуда. Я так хотел его, что терял самообладание. Я хотел его трахнуть…

Я схватил с полки какой-то крем, и намазал им член. Крис быстро наклонился, и я грубо вошел в него сзади, не слушая его стоны. Я понимал, что ему больно, но в тот момент мне было плевать. Я трахал его сзади, стоя, и держал за длинные намокшие под душем волосы. Через некоторое время он стал стонать от удовольствия, я почувствовал это, и заставил его встать на колени. Теперь я опирался о стенку и вбивал в него свой член до самого конца. Это было ни с чем не сравнимо! Трахать своего друга!

На полу было чертовски не удобно. Я вывел Криса из кабинки, он оперся на раковину - в такой позе мне было гораздо удобнее. Я двигался на этот раз медленней, и Крис стал стонать громче. Член входил не до конца, и я старался пройти глубже, резко подаваясь вперед, вонзаясь в него… Мне почему-то хотелось целовать его. Я пожалел, что мы ушли из кровати.

…Я кончил, когда его мышцы вдруг стали сокращаться и обхватили меня очень крепко. Кристиан издал длинный стон, и я понял, что он тоже кончил.

Мой друг с трудом поднялся на ноги. Его немного шатало. Я завел его в душ, мы ополоснулись, а потом вернулись в кровать. Крис ничего мне не говорил, даже не порывался обнять меня. Когда он понял, что после секса я не стал другим, что я не буду размазывать сопли и говорить, что люблю его, Крис как-то замкнулся в себе. Не то, чтобы этот секс для меня ничего не значил - в этом я и сам разобраться пока не мог. Но уж то, что этот случайный контакт, во многом спровоцированный, не является подтверждением того, что я педик, - я был уверен. Крис уснул раньше меня. Я видел, как дрожали его плечи - он плакал молча. А чего он ждал? Что я буду целовать его и обещать жениться?

Утром я тихо вылез из-под одеяла, оделся, и выскользнул за дверь… Он не проснулся, не стал меня останавливать.

Записка, которую, я оставил для него, почти полностью повторяла ту, недельной давности: «Я поеду домой. Если что - звони. Я вчера был очень пьяный. Забудь о том, что вчера было. Я уже забыл. Пока. Надеюсь, тебе не было больно…».

За последнюю фразу я ругал себя всю дорогу до дома. Ему было больно, и я это прекрасно знал. Ему было очень больно, а мне было очень хорошо. От одного воспоминания у меня вставал член, и я ничего не мог с этим поделать. Но какая-то злоба, несогласие с устройством мира, одолевали меня. Я не хотел больше слышать его голос, я не хотел больше видеть его. Мне было больно. Не оттого, что мне было мерзко вспоминать вчерашний день, а оттого, что я хотел его повторить…


Глава 7.


Никто уже не придет. Я просто уверен в этом. Мне осталось еще чуть-чуть. И я сорвусь вниз и разобьюсь о камни, как и многие другие до меня. Прогулки были так рискованны…

Хотя у меня еще есть надежда.


Дома я сразу же залез в душ, и в голове, барабанной дробью стучало: «не-вы-но-си-мо!». Все это, вся эта чертова жизнь - невыносима… Что я должен теперь делать?

Почему все это связало меня по рукам и ногам? Почему я не вырываюсь, почему?!

…Кристиан. Это все он. Он меня с ума сведет…. Капли воды струились по моему телу, а я опирался о стенку руками, и онанировал.

Позднее я взял трубку и, набрав его номер, услышал усталый голос:

- Алло.

- Крис…. Это я.

- Почему ты уехал? - спросил он тем же тоном.

- Я?... Не знаю. Ты… извини меня, ладно? Что-то на меня нашло…

- За то, что ты уехал?

- Нет, за вчерашний вечер.

- Не надо извиняться. Мне понравилось, - сказал он негромко. У меня чуть не вырвалось «мне тоже», но я сдержался. Черт знает что, но у меня опять встал.

- …Я сегодня, наверное, останусь дома…. Весь день. Так что, до завтра, наверное… - сказал я, запуская руку в шорты и закрывая глаза. Меня просто преследовала эта картина: его спина, и мой член, погружающийся в него…

- А тебе понравилось? - он перебил меня довольно резко. Я растерялся, и хотел даже повесить трубку, чтобы не отвечать на этот вопрос.

- …а… Вчера?... Ну…

- Именно. Так ты мне ответишь или нет?

- До завтра, Крис, - повторил я настойчиво.

- Пока, - он повесил трубку, а я откинулся в кресле. Я мастурбировал. Черт подери, я просто не мог оторвать руку от члена, так сильно меня заводили воспоминания. Это уже слишком! Это просто глупо!... Сегодня съезжу в клуб. Сниму какую-нибудь красотку…

…Я не поехал никуда, потому, что дома, оказалось, есть много срочных дел, и промаявшись до вечера, я лег в постель, и, осознавая, что спать без него уже непривычно - я уснул. А на следующий день все было по-прежнему - Кристиан даже не намекал на то, что между нами было.

Несколько дней спустя, под предлогом того, что мы были на вечеринке, и до его квартиры было ближе, я снова оказался у него дома. Я вел себя, как ни в чем не бывало, а он не лез ко мне. Может потому, что весь день мы почти не оставались наедине.

На вечеринке, к Крису подошла девушка, и сказала, что он самое красивое существо на планете. Я усмехнулся и напомнил ему об этом в такси.

- Если бы это парень был - другое дело… - пожал он плечами.

- В смысле?

Он посмотрел на меня недоверчиво.

- В смысле, я бы его так не отпустил, - пожал он плечами и улыбнулся.

Я отвернулся к окну, чтобы скрыть свое омерзение. Мне стало тошно от мысли, что Крис будет трахаться с кем-то еще, с каким-нибудь накаченным вонючим ублюдком…. Да как? Как он может позволять каким-то парням прикасаться к себе?... Как ему не противно от того, что какие-то потные уроды его лапают?!....

Я обернулся к нему с негодованием.

- Крис… ты… пообещай мне, пожалуйста,… что ты не будешь ни с кем… в смысле - с кем попало.

Он поднял брови, а губы, которые он сейчас покусывал, слегка покраснели.

- Ты имеешь в виду моих любовников?

Меня передернуло. Каких еще любовников?

- Разве они у тебя есть? Ты же говорил, что у тебя никогда этого не было?

Он посмотрел мне в глаза, и проговорил медленно, словно во сне:

- Какой же ты идиот…

- Если я увижу тебя хоть раз с каким-нибудь уродом, поверь мне, Кристиан, я не выдержу. Я не смогу смотреть на то, как какой-то… трогает тебя… Я тебя убью. На месте.

- Да о чем ты говоришь, Брайан?! Я не могу ни с кем, ты что, не понял? - громко возмущался он, - Я только о тебе думаю, понимаешь ты, или нет?!

- Ты только что сказал, что не отпустил бы парня…

- …ты просто ревнуешь, Брайан!

Я вспыхнул:

- Ничего подобного! Не выдумывай!

- Это смешно!

- Я тебя не ревную!

- А тогда тебе должно быть безразлично, с кем я сплю!- крикнул он.

- Давай закроем эту тему, - сказал я.

Когда мы доехали, и вошли в подъезд, и он остановился, и прижался ко мне. В те мгновения, мне показалось, что он начнет целовать меня, но он только обнимал мои плечи.

- Брайан… я не могу забыть ту ночь… - прошептал он.

- Прекрати! Ты знаешь, что есть границы. Не нужно их переходить!

- Не будь таким жестоким! - он оторвался от меня, и побежал вверх по лестнице.

…Дома, мы особо не разговаривали. Меня все мучили мысли о том, что он говорил о каких-то «любовниках». Я теоретически понимал, что их у него быть не должно… Но… А вдруг, он все-таки спал с кем-то? Меня даже не страшила возможность подхватить какую-нибудь гадость. Самое ужасное, что я мог себе представить - что Кристиана трахает кто-то посторонний. Это было ужасно. Лучше уж я буду трахать его три раза в день, лишь бы его тела не касались чужие лапы!

…Он пошел в ванную первым. Я взял с полки какую-то книгу и попытался читать, но почему-то не получалось. Шум льющейся воды сбивал меня с толку. Наконец, я бросил книгу, и подойдя к двери в ванную, (которая, конечно же, была открыта! - Крис никогда не запирался от меня), заглянул внутрь.

Кристиан уже был в душе, его одежда лежала тут же. Сквозь полупрозрачную стенку душевой я видел очертания его фигуры. Я попробовал унять свою дрожь, но это плохо получалось, и я облокотился о стенку возле ванной, закрывая глаза.

…Мой друг. Мой друг играет со мной. Или это уже не игра?...

Вот кто ходит по краю пропасти! Вот кто играет с огнем!...

Я представил, как какой-нибудь воображаемый здоровенный черт заходит в душевую, как он целует Кристиана в губы, и прижимает его к стенке, а Крис податливо принимает его объятья… У меня закружилась голова, но эти видения не проходили - парень лапал его, грязно трогал, и целовал, а потом грубо вцепившись в волосы, заставлял становиться на колени, и…

Стоп. Что за ерунда? Крис не терпит грубости, я знаю. Он бы не позволил никому так с собой обращаться!

Зачем я вообще об этом думаю?!!

Не знаю, сколько я там простоял, прислушиваясь к шуму воды и дрожа все телом, но внезапно, так быстро, что я от неожиданности чуть не вскрикнул - Крис появился передо мной. Он был голый, капли воды стекали по белому гладкому телу, а вода в душе все еще шумела…

Крис молча прижался ко мне всем телом - одежда мгновенно впитала капли воды. Я не знал, как реагировать, так я был удивлен его неожиданным появлением.… Он специально не выключил воду - он знал, что я стою здесь, и хотел поймать меня на месте преступления…


Он обнимал меня, положив мне голову на плечо. А я весь дрожал.

- …Крис… я теперь весь мокрый… - сказал я каким-то чужим голосом.

- …ммм… - промычал он, - Замолчи…. Любимый.

Я послушался его совета, и замолчал, положив руки на его спину. Он взял мои руки и спустил их ниже… Я касался его мокрых ягодиц, вода стекала на пол. Его мокрые волосы так приятно пахли свежестью, что я улыбнулся, подумав, что все не так уж и плохо, наверное…

Кристиан отлепился от меня, и так же неожиданно, как и появился, исчез в ванной.

Он вышел спустя несколько минут, завернутый в полотенце, и развратно улыбнувшись мне, пошел в комнату…

Мне не оставалось ничего, кроме как пойти принимать душ. Холодный душ. Я мастурбировал, и все думал о том, сколько еще это будет продолжаться…

Я вышел также как он - завернутый в полотенце. Он сидел в спальне на кровати и аккуратно полировал пилочкой свои ногти.

- Кристи… - пробормотал я, усаживаясь рядом с ним, - Я сегодня так устал…

- Хочешь, я сделаю тебе массаж? - предложил он, не отрываясь от своих ногтей.

Я пожал плечами. Черт, да хочу я, хочу! Я уже всего хочу, просто не могу признаться. Даже сам себе не могу...

Прикосновения Крстиана были неожиданно сильными, волевыми и расслабляющими. Под его руками я словно превратился в пластилин, из которого он лепил нового человека. Честно говоря сначала я думал, что это еще один метод затащить меня в постель, но Крис делал массаж с профессиональным достоинством - снимая с мышц напряжение и заставляя меня почувствовать себя полным сил, энергии и жизни.

Во время этого таинства, а иначе и не назовешь, Кристиан словно колдовал над моим телом, я предложил ему поехать на море, на выходные, просто отдохнуть и покупаться в море. Он ответил, что подумает, и посоветовал мне поспать. И я заснул, без обычной бессонницы и самотерзаний, заснул почти сразу.



Мы взяли машину напрокат. Я сел за руль, а Крис всю дорогу что-то болтал. Мы поехали в хорошее местечко, куда почти никто не ездил - огромный пляж, пустой и чистый, прохладный морской воздух, и никакого шума, только шепот волн…

Мотель назывался «Небеса».

Когда мы попросили одну комнату с двухместной кроватью, управляющий впился в нас взглядом, и чтобы еще больше разозлить его, я, словно не замечая его взгляда, положил руку на талию своего друга.

Управляющий вручил нам ключи, и сказал, что проводит до номера. Не знаю, что на меня нашло, но, войдя в роль, я уже не мог остановиться - я так вилял бедрами, что как только мы вошли в комнату, Кристиан повернулся ко мне и возмущенно прошептал:

- Веди себя прилично, Брайан! Ты хочешь, чтобы этот хмырь явился к нам ночью?!

Я рассмеялся.

- Ты сам этого хотел! Теперь - мы с тобой влюбленная парочка. И если не будешь следить за мной - меня вполне могут у тебя увести, - с этими словами я обернулся к кровати и застыл.

Сначала мы не заметили, но теперь это просто сбило меня с ног - это была кровать в форме сердца, с ангелочками и прочей дребеденью. Меня разбирал смех - нам достался номер для молодоженов!...

- …И как тебе кроватка? - изумленно спросил Крис.

- Да… - протянул я.

Он усмехнулся, и, ущипнув меня за задницу, и попытался скрыться в ванной. Не получилось, я его обогнал. А в ванной просто опустился на пол и понял, что не могу сдержать слез. Я, наверное, какой-то неправильный… не могу уснуть, когда рядом нет Криса, и в тоже время сам отталкиваю его. «Да, скорее всего, - горько усмехнулся я, - я просто педик! Если посмотреть со стороны, то это, наверное, и так видно. Просто два слезливых полудурка сошлись в этой жизни и теперь, никак не могут договорится, о том как же им теперь жить? Один все время ноет, а другой - то ударит, то погладит. Садист поганый!»

Крис крикнул, что примет душ в соседнем, пустующем номере, и я что согласно промычал. Собрал остатки собственных нервов и решил принять полноценную ванну. Вместе с ароматической пеной и бутылкой пива. Кроме всего прочего, я, наверное, еще и алкоголик.

Когда я вытерся полотенцем и вышел из ванны Крис уже ждал меня в кровати. Или точнее не так, он возлежал на кровати, и все его естество лучилось ожиданием меня. Его волосы, рассыпанные по белым плечам, его улыбка, изгиб руки, изящно держащей сигарету - все это вызывало у меня какой-то трепет. Я подошел и сел рядом, беря сигарету из пачки. Я надеялся, что он не заметит мои покрасневшие веки…. Я никогда не плакал просто так. Да и вообще, я всегда скрывал свои слезы, даже когда это было почти невозможно. А теперь я чувствовал, что я слабею, невероятно быстро теряю свое холоднокровие, уверенность. Это было ужасно, потому, что обнажать свою душу перед кем бы то ни было, я боялся.

- К нам заходил тот парень… - вдруг сказал он, совершенно безразличным голосом.

Я медленно обернулся и посмотрел ему в глаза.

- Какой еще парень?

- Тот, которого ты так соблазнял своей походкой.

- Ну и?

Он усмехнулся и, перевернувшись на живот, проговорил:

- Он пытался со мной заигрывать…

- Что?! - переспросил я.

- Он спрашивал какую-то ерунду… «что-нибудь вам принести?», «я могу вам чем-нибудь помочь?», «вам что-нибудь нужно?», - улыбался он, - А я был в одном полотенце на бедрах… в общем… Я его отослал приготовить нам завтрак.

- Он тебе понравился? - спросил я.

- Не особенно.

- Да, ладно. Я же знаю, что если бы меня здесь не было, ты бы не упустил шанса развлечься с ним…

- Я ненавижу тебя, Брайан! - заорал он вдруг, - Почему ты надо мной издеваешься?!

Я в шоке обернулся. Он сидел, закрывая ладонями лицо. Я залез на кровать, и обнял его плечи.

- Крис… Кристи… ну, не надо… ну, прости меня… - шептал я, целуя его мокрые щеки, - Прости меня. Я просто ненормальный. И ты тоже. Ты тоже сумасшедший. И мы друг друга стоим… Не плачь… Кристи… Я не могу видеть твои слезы… Скажи… Чего ты хочешь? Скажи, я все сделаю!

Я уложил его на спину, и поцеловал в губы. Но он вырвался и задыхаясь от слез, шептал:

- Почему, скажи, почему ты такой?! Стоит мне заговорить о парнях, ты сразу начинаешь ревновать, но ты не подпускаешь меня к себе, Брайан! Почему ты такой?... Я так не могу, я не могу!... Я хочу тебя, я хочу быть с тобой, я хочу, чтобы ты всегда был рядом, я люблю тебя!... Никто никогда не сможет любить тебя сильнее!... - плакал он.

- Крис… Но я ведь говорю правду… Я не хочу обманывать тебя. Я не гей. Но ты мой друг!

- Да пошел ты к черту! Ты самый настоящий педик, если хочешь знать! Хватит уже играть в невинного мальчика-натуральчика! Разве ты не видишь, как мне плохо?! - заорал он, и, вырвавшись, стал одеваться, мечась по комнате.

Я не знал, что еще могу сказать ему, и мне казалось, что как бы ему не было плохо, он все-таки должен был понимать, что делает и что говорит. Так что, я не считал себя виновным в этой странной ссоре.

Одевшись, он выскользнул за дверь, не сказав мне больше ни слова.

Его слова, особенно «педик» вызвали у меня злость. Злость оттого, что он прав. Но не могу я этого принять. Не могу!

Я решил, что бегать за ним я больше не буду. Как он считает нужным поступать - так и быть. Пора показать ему свой характер. С этой жестокой мыслью я уснул. Мне снились какие-то ужасные сны, в которых я все время бежал вперед. Разбудил меня стук в дверь.

- Вот ваш завтрак, - радостно сказал мне управляющий, который видимо нашел еще один повод увидеть Кристи, и вкатил в номер тележку с едой.

- Вы не видели моего друга? - спросил я.

- Нет. А разве он выходил?

- Да…. Кажется.

Я принялся за еду.

Что делать? Может, вообще уехать, бросить его здесь? Может просто забыть о его существовании? Зачем он мучает и меня и мою душу?... Я ведь хочу только, чтобы ему было хорошо!....

На улице пошел дождь. Черт, уже вечер, почему же он не возвращается? Я смотрел в открытое окно, и мне хотелось плакать. Ну почему? Почему все это происходит? Почему со мной?! Разве что-то теперь изменилось?! Этот парень свел меня с ума! Господи, неужели мне действительно нужен парень?

Потом я оделся и вышел в холл. Я спрашивал всех, кого только мог, но никто не видел Кристиана… И я решил искать его сам.

Я вышел под дождь, на мне была кожаная куртка, джинсы, которые сразу промокли. Я шел вперед, и дождь хлестал меня по лицу. Волосы прилипли к щекам, и на ресницах застывали капельки воды. Я решил пойти к морю.

Что со мной происходит? Почему мне так плохо?

По шоссе неслась какая-то машина, мне на встречу, и притормозив, поравнявшись со мной, водитель высунулся из окошка: «Эй, парень! Ты куда? Может тебя подвезти?»

«Нет, спасибо», - и я пошел дальше, понимая, что уже промок насквозь и скорее всего завтра заболею.

Мне плохо. Мне так больно, и эту боль никто не видит… даже… мой… Кристи… Иначе, он не ушел бы. И не заставил бы меня страдать. Почему он ушел?! Он знал, что я побегу следом! Господи, почему я за ним бегаю? Потому, что он… мой?...

Я подошел к пляжу, но он был пуст. Кристиана здесь не было…. Я стал спускаться к воде. Ботинки утопали в песке, а мне вдруг стало жарко. Я вдруг стал лихорадочно раздеваться, бросая одежду на песок… Я услышал собственный всхлип… Я плачу…

Вода оказалась ледяной, но я быстро привык, и понял, что в воде теплее, чем на суше… Я уплывал все дальше и дальше от этого безумного берега, где жило мое сердце и моя любовь…

…В воде случилась странная вещь - одну мою ногу вдруг свело судорогой, и я начал погружаться в воду с головой. Что было дальше - сплошной туман, но я как-то выбрался на берег, пришел в себя, и, одев на себя мокрую одежду, пошел обратно…

Дождь все не прекращался, и когда я доплелся до нашего номера, и открыл дверь, Кристиан в одних джинсовых шортах, сидел на полу, и рыдал, прижав колени к груди. У него были мокрые волосы, а мокрая одежда, которую он только что снял, висела на стуле…

Когда он увидел меня, то вскочил, и повис у меня на шее. Он ничего не говорил, только обнимал меня, ласково гладил руками мое лицо. Я был в таком странном состоянии, будто во сне, и мне казалось, я могу упасть и отключиться.

- Я знаю… я мучаю нас… нас обоих… Крис, помоги мне. Мне так плохо. Помоги мне! - шептал я, - Не говори ничего, просто избавь меня от этих ужасных мыслей - они жалят меня… Как пчелы… Они облепили все мое тело, мне плохо, мне жарко…

- Все, все хорошо, Брайан, - говорил он, помогая мне снять с себя мокрое. Раздев меня, он принес полотенце, и стал вытирать мое тело. Потом дал сухую одежду, усадил на кровать и, принеся из ванной фен, стал сушить мои волосы. У меня перед глазами был его накаченный пресс, с кубиками мышц, которые я раньше почему-то не замечал. Я вздохнул. Мне становилось легче и не хотелось уже беспрерывно рыдать. Я уже даже не спрашивал себя, что со мной случилось, я просто не думал ни о чем.

Крис выключил фен и взъерошив мои высушенные волосы, ушел в ванную. Я сидел на краю нашей кровати, и слушал какую-то мелодию, которую мой мозг выдавал мне. Смешиваясь с дождем, моя фантазия становилась похожей на классическую симфонию… Симфонию дождя…. Кристиан вернулся и, взглянув на меня, спросил: «Хочешь сок?»

Не дождавшись ответа, он принес мне томатный сок, и проследил за тем, чтобы я выпил его до конца. Он ничего больше не говорил. Отдав ему стакан, я опустил голову на подушку. Крис еще некоторое время был где-то в ванной, а потом, он залез на кровать и лег со мной рядом.

- Крис, обними меня, - срывающимся голосом попросил я.

- Сейчас, - пробормотал он, ложась на мое плечо, - Хорошо? Так хорошо?

- Да… хорошо, - ответил я, чувствуя болезненный укол в сердце, и с трудом сдержав новый поток слез, я посмотрел ему в глаза. У него было беспокойное выражение лица, взгляд синих глаз метался вверх и вниз, губы подрагивали.

- Да, Кристи,… - прошептал я, двумя руками гладя его лицо, и приближаясь к нему. Сердце билось быстро, неприятно, создавая ощущение безумной тревоги. Мне хотелось плакать, я тяжело дышал.

Кристиан смотрел на меня синими глазами, такими глубокими, что я в который раз утонул в них. Боже, какой он красивый, подумал я, какой он совершенный, прекрасный…. Что со мной будет, если он вдруг исчезнет из моей жизни? Если я вдруг порву с ним и стану тем, кем был раньше? Что будет со мной?! Что будет, если я вдруг лишусь этих странных отношений, без которых я уже не я, без которых я буду одинок? Какие у него глаза и губы, какая чистая белая кожа, какие изящные черты лица…

Нет! Я никогда не смогу расстаться с ним, я не хочу его отпускать!!!

Я стиснул его в объятьях, и стал целовать его лицо. Кристиан улыбался, шепча какие-то нежности, а я только и мог говорить:

- Прости меня, прости… Прости меня пожалуйста!

Он приподнялся и поцеловал меня в губы. Я растворился в нежном поцелуе, и моя тревога понемногу начинала проходить.

- Здесь никого кроме нас нет, Брайан. Никто нас не знает. Всем плевать. Никто не следит за тем, что мы делаем. Я люблю тебя, Брайан. Я хочу тебе помочь. Просто помочь. Я уйду потом, надолго, чтобы ты побыл один, или с другими, чтобы ты смог обдумать все. А сейчас я просто хочу, чтобы ты успокоился, чтобы тебе стало хорошо.

- Нет, Кристи, не уходи, - я плакал, уткнувшись носом в подушку. Я не мог остановить рыдания, все мое тело трясло от боли в сердце. Потом были его руки, расстегивающие мои джинсы. Я приподнял бедра, чтобы ему легче было стянуть их вниз. В этом было что-то умиротворяющее.

Он снял с меня рубашку и нижнее белье, а потом разделся сам, и осторожно лег рядом. Он легко коснулся рукой моей груди.

- Как бы я хотел быть для тебя настоящей девушкой, с которой бы ты смог открыться до конца, которую ты мог бы чувствовать и любить, - прошептал он мне в ухо.

- Я полностью открыт с тобой, Крис, - ответил я, - И не нужно мне, чтобы ты становился девушкой.… Я хочу, чтобы ты остался самим собой…

- Скажи мне: «я-люблю-тебя», просто скажи, Брайан, пожалуйста. Просто так, произнеси это.

- Я люблю тебя, - ответил я сквозь слезы, и почувствовал его поцелуи. Он лизнул мою нижнюю губу, и я ощутил возбуждение.

- Крис, мне холодно… - прошептал я. Он кивнул и закрыл нас одеялом.

- Выключи свет, - попросил я, потому что он слепил меня, раздражал глаза.

- Так хорошо? - шепотом спросил Крис, когда мы остались в полной темноте.

- Да, - ответил я, и почувствовал, как его рука нежно сжала мой член. Я напрягся и тихо вздохнул.

- Тебе будет хорошо, - услышал я его голос. Он делал осторожные движения рукой, и мне становилось легче с каждой секундой. Я понимал, отчетливо понимал, что я делаю. Я спустил руки вниз, на его ягодицы, и, приподняв их, услышал его тихое «да, солнце». Он сам потянулся вслед за моим движением и медленно сел на меня верхом. Мы оба дрожали, не произнося ни слова, только двигаясь и чувствуя. Мне вдруг стало так спокойно, словно лезвие, что держали у моего горла, убрали. И в тоже время дикое возбуждение заставляло идти дальше, воплощать в реальность те мечты, о которых даже ночью не смел думать.

Я обнимал его и целовал в губы, я остро чувствовал тот экстаз, в котором мы находились.

- Брайан, - проговорил он, - Скажи, что ты меня любишь.

- Я люблю тебя, Крис… Я люблю тебя! А-а-ах… Я так люблю тебя…

…Я почувствовал свободу. Несколько мгновений она разливалась по всему моему телу.… Мы почти касались друг друга губами.

Он прикоснулся губами к моей груди, там, где сердце, и я почувствовал, как тепло разрастается, и свербящий когтистый холод покидает мою грудь. Я выдохнул и закрыл глаза, потому, что так хорошо и спокойно мне не бывало даже после виски. Крис целовал мои плечи и шею, не давая огню, вспыхнувшему во мне потухнуть. Я лежал с закрытыми глазами, не двигаясь. Боль прошла. Я вспомнил, как шел под дождем, как плавал в холодной воде, и все ощущения смешивались, а Крис целовал меня, нежно и спокойно, будто ангел, не пытаясь разбудить меня, вернуть меня из этого сладостного забытья… Он гладил руками мое тело, и я таял под этими прикосновениями… Господи!... ДА Я СЧАСТЛИВ! Я счастлив, когда он рядом!... Господи….

Я очнулся вечером, когда к нам постучался управляющий. Крис спал рядом, обнимая меня…

Поужинав, и собрав свои вещи, мы поехали домой. В дороге почти не разговаривали. Я вел машину, а он лежал в своем кресле, слушая радио.

Когда мы подъехали к его дому, Крис сказал:

- Брайан, я хочу предложить тебе одну вещь. Давай дадим друг другу отдохнуть… Ты должен теперь хорошо подумать, чтобы принимать какие-то решения…

Я посмотрел ему в глаза, и почувствовал, что начинаю плакать, хотя вроде бы всегда умел сдерживать эмоции.

- Ты хочешь, чтобы после того, что сегодня было, я ехал к себе? - спросил я, чувствуя комок в горле.

- …да, так будет лучше… - он опустил глаза.

- Кристиан, я люблю тебя! - заорал я так громко, что редкие прохожие тут же повернулись в нашу сторону, - Я люблю тебя! Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!! - орал я, - Что тебе еще нужно?!

Крис быстро зажал ладонью мне рот, а потом поцеловал в губы.

- Я не хочу уходить, - говорил я.

- Прошу тебя…

- Ты хочешь, чтобы я ушел?! - во мне поднималась жуткая обида.

- Я просто хочу, чтобы ты пришел в себя. Тебе нужно побыть в одиночестве!...

- Да?!! Кто тебе сказал? - опять заорал я, - Тогда иди!

Он вылез из машины и забрав сумку, повернулся, чтобы попрощаться, но я нажал на газ, и помчался прочь ни разу не оглянувшись.


Глава 8.


Мои руки дрогнули и отпустили край скалы. Я падал.


Мы не виделись почти неделю. В университете он проходил мимо, словно не замечая меня, а я медленно сходил с ума, зачеркивая красным фломастером, в сердце, дни, в которые он меня игнорирует. По вечерам я оставался дома, ощущая пустоту и никчемность своей жизни. Я лежал, обняв подушку, и закрывая глаза, вспоминал, что совсем недавно рядом со мной был человек… без которого мне теперь плохо. Раньше я мог обернуться к нему ночью, и обнять… или… поцеловать его сладкие губы, посмотреть в глаза… Погрузить сознание в синий бархат…

Зачеркнутых чисел насчитывалось уже пять, была суббота, и лежа на кровати, я плакал. Слезы тихо скатывались вниз, почти незаметно, но сердце разрывалось от боли.

Я почему-то перестал ощущать себя каким-то особенным. Я просто сидел и вспоминал его…. Я пытался заснуть, слушая музыку, потом достал наш с Джесс фотоальбом, и рассматривал его, без цели листая страницы. К ней я давно уже ничего не чувствовал, а фотографии остались - так странно видеть себя целующего ее… Но мысли все равно возвращались к нему. Крису.

Потом я выпил три бутылки пива, и закрыл глаза, проваливаясь в уютную и сладкую бездну сновидений…

Я проснулся, потому, что мобильник разрывался от писка, сотрясая вибрацией мою кровать.

- Брайан, - раздался в трубке знакомый возбужденный голос, - Ты еще не спишь?...

- Не совсем.

- Я люблю тебя! - едва ли не крикнул он, и я услышал громкие всхлипы, - Брайан, я больше не могу… Я не могу без тебя, мне плохо без тебя!...

Я вскочил с кровати - сердце отбивало сумасшедший ритм.

- Где ты?...

- Я… я за твоей дверью… я здесь…

Я выбежал в коридор и, распахнув настежь дверь, увидел его. Он был пьян, его шатало из стороны в сторону, а лицо все было в слезах… А еще у него были накрашены глаза… Он обвел их черным карандашом, но от слез вся краска растеклась… Он опять напомнил мне Брайана Молко, но я не успел ему об этом сказать, потому, что мой «Молко» вел себя совершенно не адекватно.

- Я люблю тебя! - закричал он так громко, как я орал на улице, - Я ЛЮБЛЮ ТЕБЯ!!!

Я раздевал его, прикасаясь к нежной бархатистой белой коже. Да, это удивительное сочетание - белая кожа, темные, почти черные вьющиеся волосы и синий бархат глаз…

Мне казалось, что я слышу какую-то музыку - дивную скрипку и высокий нежный голос, который с нарастающей силой пел о гармонии всего сущего, всего, что есть в природе… О мире, где все заботятся друг о друге, и никто не делает зла - никто даже не знает такого слова…

И снова скрипка…

Вот его бедро, светящееся на белом ковре, вот его стон, сливающийся с голосом скрипки…

Я наклонился к его губам. Теперь я не пытался обмануть себя, я был честным и в поцелуе и в своей искренней нежности…

Кто может быть нежнее парня, который со всей своей мужской, сильной красотой - так чувственен, так легок, так ласков?…

Я провел ладонью по его бархатной груди, наслаждаясь совершенством и плавными изгибами его фигуры, его пластичностью, которая туманила мои мысли, и я уже не мог думать ни о чем, музыка приобретала все нарастающую громкость, и наконец, сделалась невыносимо-прекрасной, а голос заплакал, и я плакал вместе с ним, от восхищения телом своего друга, его нежностью, его чувственной болью!....

- А-а-ах, Брайан, - услышал я жалобный, трепещущий стон, - Я хочу тебя!...

Я целовал его тело - ниже, ниже, ниже…

Мои мысли были сейчас полны только им, и я не хотел больше ни о чем думать, я старался забыть даже свое имя…

- Господи, останови это мгновение, - едва ли не закричал мой друг, - Я так не хочу, чтобы все заканчивалось, Господи!

Я стал целовать его губы, стараясь убедить его, что я никогда не оставлю его, что я всегда буду с ним - мне ведь никто больше не нужен, только он, он!



Я упал, но внизу меня подхватила моя тень, Кристиан. Я больше никогда не буду один. И он тоже. В нашей пустыни появится оазис. В нем будут наши чувства в образе диких зверей, наши поцелуи будут свежим и ласковым воздухом. Солнце больше не будет так обжигающе опалять наши лица, оно станет нашим другом, как и ветер который будет нести нам нежное прикосновение. Ласковое и совсем не холодное.

Мы просто будем.



Конец

скачать файл | источник
просмотреть